Важнее слов

Мы подъехали к ручью. Оливье привязал лошадь к дереву и дал ей напиться воды и пожевать сладкой травы, что росла на берегу. От ручья мы прошествовали к пещере, вход в которую мы с трудом нашли среди больших камней на вершине холма. Когда мы оказались там, Оливье сказал мне:

– Если нам придется разделиться, если ты потеряешься, приходи сюда, когда луна еще молода, прямо как сегодня. С этой минуты это место – наше.

– Хорошо, – согласилась я. – Это место – наше.

– Чего же ты все-таки хочешь, Аделаида? – спросил он, как будто давая мне последний шанс отказаться от всего, отказаться от него.

Я поцеловала его и тихо прошептала, прижимаясь к нему губами:

– Я хочу жить, ничего не боясь и ни о чем не жалея. Я хочу тебя, капитан Оливье Дюран.

На этих словах Оливье сначала притянул меня к себе, а затем постелил на землю тонкое одеяло, до того лежавшее на седле, а поверх него положил свою куртку. И вот около входа в пещеру – нашу пещеру – там, где мы еще могли видеть звезды, война ненадолго остановилась, утихли звуки битв, остались только мы одни. Осталась одна только умиротворяющая тишина. Осталась только любовь.

Аделаида! Ее звали Аделаида! От восторга у меня перехватило дыхание, и я тут же написала имейл доктору Моро, а затем еще послала сообщение Бену, который отправился выполнять одно поручение. Сделав это, я еще несколько минут сидела в тишине, повторяя ее имя у себя в голове, ощущая себя еще крепче связанной с этой девушкой

. Аделаи

да.

Когда время уже подбиралось к полудню, я отправилась во внутренний двор замка, где мы с Беном обычно вместе обедали. Мне нужно было сменить обстановку и подышать свежим воздухом после того, как я несколько часов просидела в комнате без окон. Я все думала о том отрывке, который я перевела сегодня. «Осталась только любовь» – так написала Аделаида, и стоило мне вспомнить эти слова, как сердце мое уколола тоска. Я уже продвинулась в переводе дальше, но все равно возвращалась к этой строчке. Я хотела, чтобы в моей жизни случилось то же самое. Чтобы рядом был Каллен. Я хотела вернуться в наш с ним вагон или в гостиничный номер, в нашу собственную пещеру, попав в которую, Оливье и Аделаида смогли забыть обо всем остальном мире. Но мне хотелось и чего-то большего, а не просто красть часы и недели у настоящей жизни. Мне хотелось намного, намного большего. «Пожалуйста, просто поверь», – так я сказала ему, но, по правде говоря, мне самой недоставало веры.

Время обеда еще не наступило, но я все равно решила немного размяться и освежить голову. Сегодня утром я попыталась дозвониться до Фрэнки, но она к тому времени уже была на работе. Скорее всего, она будет занята весь день, потому что сейчас она работала сутки напролет, доделывая костюмы для предстоящего показа мод.

Я прошлась по периметру двора, ведя рукой по каменной стене. По одной из стен замка вились похожие на жасмин цветы, и я на мгновение прикрыла глаза, вдыхая сладкий аромат и прислушиваясь к пению птиц. Вдруг я услышала шаги, обернулась и увидела, как по ступенькам поднимается Бен, очевидно, только что закончивший свои дела.

– Хей, ты в порядке? – спросил он.

– Со мной все хорошо, – кивнула я. – Я просто… сегодня мне как-то сложно сосредоточиться на работе, – я застенчиво улыбнулась. – Сегодня для перевода мне попалось описание ландшафта – оно очень медленно разворачивается.

Бен улыбнулся.

– Да-да, и все же сегодня знаменательный день. Теперь мы знаем имя нашей хронистки. Как ты думаешь, нам удастся узнать еще что-нибудь про нее и про то, кем она была?

– Очень надеюсь, что сможем. Доктор Моро казался очень воодушевленным, когда он написал мне имейл с ответом. Всего-то одно слово, почти затерянное в записках, и вот теперь мы знаем ее имя.

– Да. Аделаида, – пробормотал он, снова улыбаясь. – И правда, оно ей подходит.

Какое-то время мы оба сохраняли молчание, но затем Бен слегка наклонил голову и внимательней присмотрелся ко мне.

– Так что, несмотря на то, что все, и ты тоже, так воодушевлены, узнав имя Аделаиды, сейчас ты переводишь очень тягомотный кусок и решила сделать перерыв? Ты уверена, что в этом все дело? Ты выглядишь слегка… расстроенной.

Смотря в его глаза, полные беспокойства, я поняла, что не могу больше притворяться и сдерживать эмоции. Я тяжело опустилась на скамейку, стоявшую позади меня.

– Да, ты прав, мне действительно грустно.

– Это все из-за того парня, который тут остановился? Как там его, Каллен Хейс, верно? Композитор?

– Да. Прости, пожалуйста. Мы приехали сюда, чтобы заниматься делами, а я…

– У нас у всех есть личная жизнь, Джесси, и мы не можем просто поставить ее на паузу, потому что так было бы удобней. Я уверен, Оливье и Аделаида сказали бы тебе то же самое, – сказал Бен и присел рядом со мной.

– Да уж, они бы, наверное, так и сказали, а как иначе? – я улыбнулась. – И

правда

, было бы куда удобней, если бы можно было нажать на паузу, когда необходимо.

К тому же это бы дало мне время, чтобы подумать над решением проблемы. Эх, если бы жизнь действительно так работала.

– Я хорошо умею слушать, – Бен немного наклонил голову.

– Я не хочу наскучивать тебе.

– Джессика, поверь мне, я рад всему, что позволит мне не возвращаться в ту комнату еще какое-то время. Так что, пожалуйста, наскучивай мне, вперед.

Я засмеялась. Сказать по правде, пока мы сидели в той комнате и несколько недель переводили записки Аделаиды, между мной и Беном установилось чувство товарищества. Нам хорошо работалось вместе, и мы сошлись характерами. Так что я глубоко вздохнула и кратко изложила ему нашу с Калленом историю, какой она виделась мне, а еще рассказала о том, в каком положении наши отношения были сейчас. Само собой, я не стала упоминать, что Каллен не умел читать; это был не тот секрет, которым можно было делиться.

– Должен признаться, – сказал Бен, – я удивлен… удивлен тому, что ты встречаешься с кем-то таким… ну…

– Таким, как он?

Бен поморщился.

– Я не имею в виду ничего плохого. Я просто хочу сказать, что у него репутация любителя вечеринок, а ты скорее похожа на человека, который предпочтет посидеть дома.

Что ж, тут он не ошибся.

– Да, я знаю. На первый взгляд мы правда совсем не подходим друг другу.

– Думаю, Аделаида и капитан Оливье тоже думали, что не подходят друг другу, когда только встретились.

Я посмотрела на него.

– Но мы еще не знаем, чем закончилась их история.

– Ты права. Это плохой пример.