Страница 28 из 91
— Я хотела поступить в МГУ, – вздохнула Саша, делая еще глоток восхитительного сока. – Как раз чтобы пойти на кафедру «Эклектики» на журфаке с третьего курса.. Но не прошла.
— Зато сейчас сюда прошла, – подбодрила Оксана. – Не волнуйся, у нас очень классные ребята. Собеседования проводит Алена, она отвечает за страницу, паблик стажировок и за все учебные рассылки. Она сама к нам не так давно пришла, года полтора назад, сразу после МГИЖа.
— Я тоже из МГИЖа! – воскликнула Саша и прикусила язык. Может, не надо было говорить это. Хотя они и так знают – она же заполняла анкету. Но, может, не надо было так восторженно, по крайней мере..
— Ну вот, быстро найдете общий язык.
По еще одной стеклянной лестнице с подсветкой они добрались до лифтов. Их было так много, что Саша сбилась, попробовав сосчитать. Где-то между серебристо-стальными дверьми даже приютился прилавок с кофе, возле которого, уткнувшись в телефоны, стояло три или четыре человека.
— Это «Лаванда», – перехватив ее взгляд, пояснила Оксана. – Наша кофейня. Можно покупать кофе за деньги, а можно брать за коины.
— Коины?
— Что-то вроде внутренней валюты. Их можно набирать за достижения в работе, за инициативность, за какие-то лекции или мероприятия, которые проводишь для коллег. Ими можно еще в парикмахерской на первом этаже платить и у эйчаров: они всякие тапки-толстовки-чашки с логотипом «Эклектики» за них дают.
— Звучит как фантастика, – пробормотала Саша, допивая сок.
— Иногда мне кажется, что так оно и есть, – серьезно ответила Оксана. – Я уже семь лет здесь, но до сих пор ощущение, будто попала в Хогвартс.
Саше чудилось примерно то же – все время, пока они ждали лифт (нужно было всего лишь выбрать номер этажа на экране, и подходил самый свободный лифт, как объяснила Оксана), пока взмывали на шестнадцатый этаж и шли по опенспейсу, уставленному белой мебелью и цветами.
Здесь было гораздо тише и спокойней, чем на втором этаже. Светло-серый ковер приглушал шаги, и, хотя стен как таковых не было, пространство разделяли драцены, монстеры, перегородки из какой-то травы и те самые белые книжные шкафы, что и внизу, только тут в них хранились не книги, а статуэтки, кружки, стаканчики с ручками и канцелярские мелочи. В целом создавалось ощущение, что Саша очутилась не то внутри космического корабля, не то в каком-то офисе будущего. «Офисы класса А», – вспомнилось ей из «Девочки со спичками».
По сравнению с нижними этажами на шестнадцатом сотрудников почти не было, и Саша вопросительно и тревожно оглядывалась, пытаясь обнаружить хоть кого-то.
— Я думаю, кто не на выезде, тот в столовой, – пояснила Оксана.
— Так поздно?
— После шести корпоративная скидка сорок процентов. К тому же на ужине очень вкусные кексы. Но Алёна на месте, не переживай, – улыбнулась Оксана, нырнула под гирлянду из крупных цветных скрепок и крикнула: – Алён, я стажера привела!
— Я не стажер пока, – смущенно пробормотала Саша.
Оксана показала на длинный белый стол в простенке между окнами. Саша подумала, как круто сидеть на этом месте: за стеклом внизу расстилалось шоссе, машины неслись в обе стороны – красные и золотые огни. Шоссе обрамляли деревья, четкие, черные, с подстриженными кронами, а впереди дорога уходила в бесконечность, взлетала стрелой к мосту, сливаясь с низким облачным небом.
— Вау! – выдохнула Саша.
— Привет. – Девушка за столом обернулась, встала и кивнула на диван. – Присаживайся! Чаю?
— Я уже, – неловко показывая стакан с соком, покачала головой Саша. Здесь было безумно красиво, уютно, спокойно; безумно хотелось остаться тут: в тишине, где в отдалении мягко шумели принтеры, кофемашины и голоса; в неярком матовом свете, лившемся из самых разных ламп и гирлянд; под защитой толстых и непроницаемых стеклянных стен, которые можно по щелчку сверху донизу закрыть шторами, сквозь которые ничего не видно. Саша решила, что костьми ляжет – но добьется, чтобы ее взяли.
— Не волнуйся, ладно? Ты бледная вся. Не голодная?
Черт. Что ж они еще и ведут себя так, словно знают ее сто лет. Словно они ее друзья – такие же настоящие, как Вадим и Арина, только чуть взрослей, чуть адекватней.
— Нет, – ответила Саша. Увидела рядом мусорную корзину, допила сок и смяла стаканчик. Бросила в корзину и села на диван. – Я готова.
Алена улыбнулась.
— Мне нравится такой настрой!
— Я к себе, – вклинилась Оксана, листая пестрый буклет со стола Алёны. – Надо будет – зовите.
Кивнув им, Оксана вместе с буклетом исчезла за фикусами, этажерками и столами. На секунду Саша почувствовала себя неуютно – Оксана все-таки уже стала почти знакомым персонажем, – но потом собралась и внимательно посмотрела на веснушчатую светловолосую Алёну.
— Тогда поехали. – Алёна поправила блузку, на которой были нарисованы рыбы и утки, и села рядом. К счастью, диван был достаточно длинным, чтобы расположиться с комфортом, а не стукаться коленями. – Расскажи о себе, Саш. Я помню, мы просили это в анкете, но расскажи, пожалуйста, еще раз. Почему тебе нравится журналистика? Почему именно МГИЖ? В чем вообще видишь свою задачу как журналиста? Или не задачу – цель, удовольствие, смысл. В общем, что тебя мотивирует?
* * *
Ее приняли сразу. Сразу после собеседования. Алёна сказала, что с бумагами можно будет разобраться завтра – сегодня бухгалтер и эйчар уже ушли. Пропуск пока будет временный, потом оформят стажерский. Условия – двадцать часов в неделю, часть времени можно работать удаленно («Я помню, в МГИЖе особо не попрогуливаешь, хотя вроде сейчас некоторые пары онлайн?»), но минимум раз в неделю нужно появляться в офисе («Место тебе найдем; в крайнем случае поставим стол в мягкий уголок»). Тридцать пять тысяч на руки, договор ГПХ.
Тридцать пять тысяч! С ума сойти! Саше хотелось сорваться с места, спрятаться в мягком уголке и тут же позвонить маме. Вот! Вот, мама! А ты говорила – невозможно писульками зарабатывать!
— Если получится, приходи завтра во второй половине дня. Я как раз утрясу все с бумагами, сможешь сразу подписать. Познакомлю с коллегами, кто будет на месте, и дам первое задание.
Первое задание! У Саши волоски на руках от трепета встали дыбом.
— Если что, офис работает круглосуточно, у нас отличная библиотека. Сможешь что-то по учебе делать, если будет нужно.