Генеральный папа

Его ладонь на моей талии на секунду сжимается сильнее, словно он не хочет меня отпускать, а

затем он бросает короткий взгляд в сторону закрытых дверей вип-комнаты, где сидит его дочь,

оценивая риски.

– Стой у фуршетной стойки, – приказывает он. – Никуда не уходи и ни с кем не разговаривай.

– Хорошо, – киваю я, чувствуя облегчение от возможности просто постоять на одном месте и не

балансировать на шпильках.

Он отходит в сторону вип-зоны, и я остаюсь одна в уединенном углу зала, недалеко от

закрытых бархатных портьер, ведущих к террасе.

Но моё одиночество длится недолго.

Очень скоро краем глаза я подмечаю, что от толпы гостей отделяется какой-то эффектный

мужчина и направляется прямиком ко мне с ленивой грацией человека, привыкшего открывать

любые двери ногой. На вид ему около сорока пяти, но выглядит он превосходно для своих лет.

На его губах играет мягкая располагающая улыбка, а в глазах светится неподдельное

любопытство.

– Добрый вечер. Простите мою бестактность, – вкрадчиво начинает он, оглядывая меня с ног до

головы бесцеремонным взглядом, – но я просто не мог пройти мимо. Вы ведь Анна, верно?

Невеста Максима Эдуардовича.

– Да, здравствуйте, – растерянно киваю я, судорожно сжимая в руках бокал с минеральной

водой. Я понятия не имею, кто предо мной стоит, но на его лацкане поблескивает значок

закрытого вип-клуба, а пара проходящих мимо банкиров подобострастно ему кивают.

– Меня зовут Алексей Крушинский. Глава холдинга «Север-Инвест», – он слегка наклоняет

голову, демонстрируя идеальные манеры. – Признаться, на сороковом этаже вашей компании

только о вас и треплются. В кулуарах столько завистливых слухов про выскочку на побегушках

из подвала, что я ожидал увидеть кого угодно, но только не такую хрупкую милую девушку. Надо

признать, у Зарубина потрясающий вкус...

Мои щёки обжигает румянец. Комплимент звучит вроде бы приятно, но упоминание сплетен

оставляет неприятный осадок. И я, поморщившись, делаю шаг в сторону, чтобы вежливо

прекратить разговор.

– Извините, Алексей, мне нужно отойти…

– О, не спешите, Анна, – он мягко делает полшага в мою сторону, не давая мне его обойти, и

я оказываюсь зажата между его высокой фигурой и фуршетной стойкой. – Ваш покровитель сейчас

занят на закрытом совещании с министром, у них там серьёзные тёрки, ему ещё долго будет не

до вас. Побудьте моим собеседником пару минут. Знаете, я ведь искренне вам сочувствую.

Я удивленно моргаю.

– Сочувствуете?

– Конечно, – вздыхает Крушинский и доверительно сообщает: – Работать на Зарубина, а уж тем

более быть его… избранницей – это тяжёлый крест. Для него ведь люди – просто расходный

материал. А у меня с ним давние счёты, Анна. Понимаете, когда-то у меня была женщина,

которую я безумно любил и долго добивался. Мои ресурсы, поверьте, весьма впечатляющи – у

моего холдинга лучшие активы на рынке, и я привык окружать своих людей роскошью. Но Максим…

он просто разрушил её жизнь.

Я застываю, слушая это вкрадчивое предостережение.

– Что вы имеете в виду? – спрашиваю тихо, чувствуя, как внутри начинает подниматься

холодная тревога.

– Он поиграл с ней одну ночь и использовал её, чтобы забрать мои контракты, а потом

хладнокровно выбросил на улицу, – голос Крушинского падает до интимного шёпота, и его манеры

вдруг неуловимо меняются. Он делает шаг вплотную ко мне, сокращая дистанцию до неприличия, и

заправляет мне за ушко выбившуюся прядь, шокировав меня до состояния ступора. – Я не хочу,

чтобы с вами случилось то же самое, Анна. Вы слишком невинны для этого террариума. Скажите

мне… сколько ваш покровитель платит за ваши услуги? Назовите сумму. Я готов предложить вам

условия втрое лучше, если вы перейдете ко мне в холдинг. Будете сидеть в роскошном

вип-кабинете, перебирать бумаги, ни в чем не нуждаться. И не только бумаги… Я умею быть

очень благодарным мужчиной...

Он сжимает пальцы на моём локте, лишая возможности отступить, и я вздрагиваю.

– Пустите! – шепчу я, безуспешно пытаясь вырвать руку. Его прикосновение кажется мне

грязным, а эта внезапная наигранная близость пугает до чёртиков.

– Да ладно тебе, Ань, не будь дурой, – ухмыляется он, продолжая удерживать меня и слегка

покачивать, словно мы ведём тихий доверительный диалог старых любовников. – Пошли на

террасу, обсудим твой новый контракт без лишних глаз. Зарубин со стороны уже просёк, как

интимно мы тут с тобой общаемся, так что варианта получше у тебя больше не будет. Вышвырнет

тебя с тёпленького местечка с волчьим билетом, гарантирую. Ему измена, пусть даже мнимая,

поперёк горла встанет. И прямо сейчас он идёт сюда.