Страница 57 из 84
За это вам мужское спасибо. И за Лену мою. Но вот это… Стать женой за деньги – это не
по-нашему, не по-человечески как-то. Анька у нас девочка совсем домашняя, в своём подвале с
накладными сидела, жизни не видела и в людях не разбирается. А вы её в свои эти игры
миллиардерские втягиваете...
Пока он говорит всё это, мама ни на секунду не сводит с меня глаз и подмечает всё. Особенно
то, как я смущенно кошусь на Зарубина и вспыхиваю жгучим румянцем при одном лишь слове
«жена», пусть даже трижды фиктивная.
– Коля, помолчи, – внезапно хмыкает она. – Хватит ворчать. Не видишь, что ли? Люди
взрослые, всё сами для себя решили.
– Лен, да как так-то… – пытается возразить папа.
– А вот так, – мама поднимается и гладит по голове Юлю, а потом переводит взгляд на
Зарубина. – Максим Эдуардович – человек жёсткий, но правильный. Я его в школе видела, он за
своих людей горой встанет. Да и девочке без Ани совсем худо будет... Аня, иди-ка в комнату,
собери свои вещи на первое время. Зубную щетку там, бельё.
Я послушно вскакиваю, чувствуя невероятное облегчение от возможности сбежать из этого
эпицентра напряжения, и захожу в свою старую комнату. А через минуту в комнату заходит мама.
Она закрывает за собой дверь и прислоняется к косяку, глядя на то, как я лихорадочно
запихиваю в сумку любимую домашнюю кружку с надписью «Лучший день – это сегодня».
– Контракт, говоришь? – с мягкой иронией тихо спрашивает мама.
– Контракт, мам, – киваю я, не поднимая глаз. – Чистый бизнес.
– Ну-ну, – мама подходит ближе и заставляет меня взглянуть на неё. В её глазах столько
тёплого понимания, что мне хочется расплакаться. – Смотри только, Анечка, сердце своё в этом
твоём бизнесе не оставь. Начальник у тебя... мужчина опасный. Моргнуть не успеешь, как
влюбишься по самые уши.
– Мам, да ну тебя, – я отворачиваюсь, чувствуя, как щеки снова начинает жечь. – Ему просто
нужен щит для Юли.
– Щит, говоришь? – мама качает головы. – Ладно. Езжай. Отец поворчит и успокоится, он
понимает, что Зарубин нас из такой ямы вытащил, из которой мы бы до конца дней не выбрались.
Но будь осторожна, милая...
Когда мы выходим в коридор, всё уже решено. Папа сидит хмурый, но молчит, а Зарубин
застёгивает пуговицы пальто и забирает мою сумку из рук, словно это само собой разумеющееся
движение.
– До свидания, – кивает он. – Финансовые вопросы на этот год закрыты, и секретарь пришлёт
вам документы на новую квартиру в охраняемом комплексе. Моя семья не должна жить в
криминальных спальных районах, Николай Степанович. Это вопрос безопасности Юли, когда она
будет бывать у вас в гостях. Это тоже часть наших договоренностей с Анной.
Мы выходим под безмолвный аккомпанемент нового шока родителей, и я понимаю: мосты сожжены.