Всадники Перна

Пожав плечами, Н’тон шагнул к лорду. Маленький файр снова закричал, Гралл опять расправила крылья. От нее исходили неприязнь и раздражение, смешанные со страхом.

— Лорд Набольский, ты не отходишь от дальногляда с тех пор, как стемнело.

— Я буду им пользоваться, сколько захочу, всадник. Убирайся! Оставь меня!

Слишком привыкший к тому, что его приказы немедленно исполняются, Мерон снова повернулся к дальногляду. Глаза Ф’нора уже приспособились к темноте, и он увидел, как лорд, нагнувшись, приставил глаз к инструменту, крепко сжимая в руках файра, который извивался, пытаясь вырваться. Его тревожные крики перешли в нервные вопли.

«Малыш в ужасе», – сообщил своему всаднику Кант’.

— Гралл тоже? – удивленно спросил коричневого дракона Ф’нор.

Он видел, что Гралл встревожена, но в ее мыслях ужаса не чувствовалось.

«Гралл – нет. Но ее маленький братец – да. Он в ужасе. Этот человек – чудовище».

Ф’лар никогда прежде не слышал от своего дракона подобных обвинений.

Внезапно Кант’ издал невероятно мощный рев, застигший врасплох и всадников, и драконов. Гралл сорвалась с плеча Ф’нора. Драконы Форт-Вейра один за другим начали вопросительно трубить, но тактика Кант’а уже возымела желаемое действие. От неожиданности Мерон выпустил своего файра из руки, и тот исчез в Промежутке.

Издав яростный вопль, Мерон рванулся к всадникам, но ему преградило путь зловещее препятствие – голова Кант’а.

— Выделенный тебе всадник заберет тебя обратно в твой холд, лорд Мерон, – ледяным тоном сообщил Н’тон. – И не возвращайся больше в Форт-Вейр.

— Ты не имеешь права! Ты не можешь запретить мне доступ к дальногляду! Ты не предводитель Вейра! Я созову Конклав и все им расскажу! Вас заставят действовать! Вам меня не одурачить своими уловками и попытками тянуть время! Трусы! Вы все трусы, вся ваша стая! Я всегда это знал! Любой может добраться до Алой Звезды. Любой! Я раскрою ваш обман, извращенцы кастрированные!

Зеленая драконица, зловеще сверкнув глазами, подставила Мерону лапу. Не переставая ругаться, лорд Набола ухватился за упряжь и взобрался на драконью шею. Едва зеленая взмыла над Звездными Скалами, Ф’нор уже смотрел в дальногляд на Алую Звезду.

Что мог увидеть Мерон? Или он просто разбрасывался безосновательными обвинениями, пытаясь их взбесить?

Каждый раз, видя Алую Звезду с ее клубящимся покровом красновато-серых облаков, Ф’нор ощущал укол первобытного страха. Точно так же и сегодня по спине у него пробежал холодок. Дальногляд показал направленный на запад серый мыс, напоминавший Нерат, лишенный каких-либо индивидуальных черт. На него надвигался неровный край клубящихся облаков, которые на этот раз формой походили не на заплетающую волосы девушку, но скорее на массивный кулак с медленно сгибающимся большим пальцем, словно облако пыталось ухватиться за конец серой массы. Кулак сомкнулся и потерял форму, напомнив теперь полузакрытый глаз дракона.

— Что он мог там увидеть? – настойчиво спросил Н’тон, постучав Ф’нора по плечу.

— Облака, – ответил Ф’нор, пропуская к инструменту Н’тона. – Похожие на кулак, который превратился в драконий глаз.

Н’тон облегченно вздохнул:

— От этих облачных образований нам никакого толку!

Ф’нор подставил руку Гралл. Ящерка послушно опустилась на предплечье и собралась вспрыгнуть на плечо. Всадник перехватил ее, стал мягко поглаживать голову и крылья. Держа ящерку на уровне глаз и не переставая ее гладить, он мысленно представил образ лениво формирующегося над Нератом облачного кулака, подчеркнув его серовато-красный цвет и белые пятна в тех местах, где лучи солнца падали на воображаемые пальцы, сжимающиеся над Нератским полуостровом. А затем он представил, как Гралл совершает длинный прыжок в Промежутке к Алой Звезде, прямо в этот облачный кулак.

Внезапно он ощутил волну невообразимого ужаса и вихрь обжигающего жара. Ф’нор пошатнулся, невольно схватившись за Н’тона. Гралл с пронзительным воплем сорвалась с его руки и исчезла.

— Что это с ней? – спросил Н’тон, помогая коричневому всаднику удержаться на ногах.

— Я попросил ее, – Ф’нор глубоко вздохнул, с трудом подбирая слова, – отправиться к Алой Звезде.

— То самое, о чем говорила Брекка!

— Но с чего вдруг такая реакция? Кант’?

«Ей стало страшно! – нравоучительно заметил Кант’, хотя, похоже, был удивлен не меньше Ф’нора. – Ты дал ей слишком яркие ориентиры».

— Слишком яркие ориентиры?

«Да».

— Что так напугало Гралл? Ты ведь не реагировал так, хотя тоже все слышал?

«Она молодая и глупая. – Кант’ помедлил, о чем-то размышляя. – Она вспомнила нечто такое, что повергло ее в ужас».

Судя по всему, коричневый дракон тоже был озадачен.

— Что говорит Кант’? – спросил Н’тон, которому их быстрый обмен репликами был недоступен.

— Он не знает, что ее напугало. Говорит, какое-то воспоминание.

— Воспоминание? Да она всего несколько недель как вылупилась!

— Погоди, Н’тон.

Ф’нор, которому вдруг пришла в голову некая мысль, положил руку на плечо бронзового всадника.

— Кант’, – сказал он, глубоко вздохнув, – ты сказал, что я дал ей слишком яркие ориентиры. Достаточно яркие, чтобы ты мог доставить меня к тому кулаку, что я видел в облаках?

«Да, я вижу, куда ты хочешь, чтобы я отправился», – уверенно заявил Кант’.

Его ответ застал Ф’нора врасплох. Но он не мог позволить себе тратить время на размышления.

Он плотнее запахнул куртку и натянул перчатки.

— Возвращаешься домой? – спросил Н’тон.

— На сегодня развлечения закончились, – с удивившей его самого небрежностью ответил Ф’нор. – Хочу убедиться, что Гралл целой и невредимой вернулась к Брекке. Иначе придется тайком пробираться в Южный, в ту бухту, где она вылупилась.

— Будь осторожнее, – предупредил Н’тон. – По крайней мере, одну задачу мы сегодня решили. Мерон не сможет отправить своего файра к Алой Звезде раньше нас.

Ф’нор взобрался на шею Кант’а и как можно туже затянул ремни. Он помахал Н’тону и часовому, ничем не показывая охватившего его волнения. Тем временем Кант’ поднялся высоко над Вейром.

Распластавшись на шее Кант’а, Ф’нор дважды обмотал ремнями запястья. Еще не хватало свалиться во время прыжка в Промежутке! Кант’ взмывал все выше, прямо к висевшей в темном небе зловещей Алой Звезде, будто собрался лететь к ней напрямую.