Всадники Перна

Глава 1

Форт-холд, Дом арфистов, утро.

Бенден-Вейр, послеполуденное время.

Телгар-холд, главная мастерская кузнечного цеха, позднее утро (по времени Телгара)

«С чего бы начать?» – размышлял Робинтон, мастер-арфист Перна.

Задумчиво хмурясь, он смотрел на ровную поверхность влажного песка в неглубоких лотках на его рабочем столе. На вытянутом лице мастера пролегли глубокие морщины, а его глаза, обычно ярко-голубые, искрящиеся весельем, посерьезнели, подернувшись пасмурной дымкой.

Казалось, сам песок умоляет, чтобы его покой нарушили словами и нотами, но Робинтон, хранитель и сочинитель баллад, саг и песен, не мог придумать ни одной толковой строки. И тем не менее от него ожидали балладу к предстоящей свадьбе лорда Асгенара, правителя Лемос-холда, и сводной сестры лорда Ларада из Телгар-холда. После недавних тревожных сообщений, полученных по барабанной связи и от странствующих арфистов, Робинтон решил воспользоваться подходящим случаем, чтобы напомнить всем приглашенным лордам и мастерам об их долге перед всадниками Перна. В качестве темы для баллады он выбрал фантастическое путешествие во времени госпожи Бенден-Вейра Лессы на ее золотой королеве Рамот’е. Лорды и мастера были тогда в восторге от появления всадников пяти Древних Вейров, преодолевших путь в четыреста Оборотов из прошлого.

Но как обратить эти захватывающие яростные дни, эту неистовую отвагу в рифмованные строки и ритмы? Даже самые энергичные аккорды не могли передать биение сердец, прерывистое дыхание, леденящий страх и надежду, зародившуюся в то утро после первого Падения Нитей на Нерат, когда Ф’лар собрал в Бенден-Вейре всех перепуганных лордов и мастеров и заручился их помощью.

Дело было вовсе не в том, что лорды внезапно вспомнили о забытом долге. Слишком велика оказалась опасность. Представив, как превращаются в прах процветающие земли под воздействием молниеносно распространяющихся паразитов-Нитей, существование которых они считали мифом, представив, как им самим придется прятаться в холдах за толстыми металлическими дверями и ставнями, лорды готовы были в тот день пообещать Ф’лару собственную душу, если он сумеет их защитить. И именно Лесса обеспечила эту защиту, почти ценой своей жизни.

Робинтон отвел взгляд от лотков с песком, и лицо его внезапно помрачнело.

— Песок памяти сохнет быстро, – тихо проговорил он, глядя поверх населенной долины на утес, где располагался Форт-холд.

На обрыве стоял только один часовой: обычно их было шесть, но сейчас наступило время сева, и лорд Форт-холда Грож отправил в поля всех, кто способен ходить, даже детей, которым обычно поручали только выпалывать сорную траву из щелей и выдергивать мох из стен. Прошлой весной лорд Грож отнесся к борьбе с зеленью со всей серьезностью, без оглядки на площадь посевов.

Лорд Грож наверняка и сам был сейчас в поле, разъезжая от одного участка земли к другому на этом своем длинноногом беговом животном, из тех, что разводит мастер-скотовод Согрейни. Грож из Форт-холда не знал усталости, его слегка выпуклые голубые глаза замечали каждое необрезанное дерево, каждую плохо вспаханную борозду. Дородный, с аккуратно завязанными лентой седеющими волосами и красным, под стать его характеру, лицом, он легко впадал в гнев, но никогда не требовал ни от холдеров, ни от своих детей и подопечных ничего такого, чего не мог бы сделать сам. Если лорд и отличался консервативным мышлением, то лишь потому, что знал границы собственных возможностей, и это знание придавало ему уверенность.

Робинтон закусил губу. Удивительно, что такой человек, как лорд Грож, пренебрег традиционной обязанностью холда: истреблять любую зелень возле жилья. Может, это ответ лорда Грожа на растущее беспокойство Форт-Вейра по поводу огромных лесных угодий Форт-холда, которые приходится защищать всадникам? Предводитель Форт-Вейра Т’рон и его госпожа Вейра Мардра не слишком-то тщательно следили за ускользнувшими от всадников Нитями, и паразиты все чаще зарывались в землю в буйных зеленых лесах. Однако сам лорд Грож после Падений с прежним усердием отправлял в леса наземные команды с огнеметами. У него имелись действовавшие по всему холду отряды наблюдателей и скороходов, и холдеры не менее эффективно, чем всадники в воздухе, уничтожали любую Нить, сумевшую ускользнуть от огненного дыхания драконов.

Однако в последнее время до Робинтона доходили неприятные слухи, причем не только из Форт-холда. Поскольку ему рано или поздно становились известны любые непочтительные сплетни и обвинения, высказывавшиеся на Перне, он научился отделять факты от недоброжелательства, клевету от преступления. Далекий от паникерства благодаря опыту, Робинтон отчего-то ощущал теперь смутную тревогу.

Мастер-арфист тяжело опустился в кресло, глядя на ясный день, зеленеющие поля, желтые соцветия на плодовых деревьях, аккуратные каменные строения вдоль дороги к главному холду, поселение ремесленников у подножия широкого склона, поднимавшегося к главному внешнему двору Форт-холда.

А если его подозрения верны, что он может сделать? Написать песню-упрек? Сатиру? Робинтон фыркнул. Лорд Грож чересчур прямолинеен, чтобы распознать намек, но слишком уверен в своей непогрешимости, чтобы выслушивать упреки. Более того, подумал Робинтон, приподнимаясь на локтях, если лорд Грож и проявил небрежность, то лишь в ответ на вопиющую небрежность Вейра. Робинтон содрогнулся, представив, как Нити зарываются в почву среди рощ южных деревьев с мягкой древесиной.

Он мог бы спеть песню-наставление Мардре и Т’рону, предводителям Вейра, но это был бы напрасный труд. Мардра в последнее время стала слишком раздражительной. Возможно, если Т’рон ее больше не привлекает, ей стоит отказаться от звания госпожи Вейра и позволить другим мужчинам искать ее благосклонности. Судя по разговорам девушек в холде, Т’рон достаточно здоров и крепок – собственно, ему даже приходится себя сдерживать. Лорд Грож не в восторге от того, что слишком многие его подданные носят в себе семя всадника драконов..

«Очередной тупик», – криво усмехнулся Робинтон. Обычаи холда слишком отличны от моральных устоев Вейра. Может, поговорить с Ф’ларом из Бенден-Вейра? Опять-таки – никакого толку. Бронзовый всадник ничем не поможет. Вейры самостоятельны, и Т’рона оскорбит любой совет со стороны Ф’лара, а в том, что Ф’лар наверняка склонится на сторону лорда, Робинтон не сомневался.