Страница 7 из 43
Глава 4
Утром на выходе из подъезда меня поймала соседка баба Нюша.
– Алиса пропала, – дрожащим от волнения голосом пожаловалась она. – Вчера вечером сбежала и не вернулась.
Белая и пушистая, как одуванчик, кошка Алиса была для Анастасии Петровны не просто любимым домашним питомцем, а верным другом, собеседницей и доступным антистрессом. Восьмидесятипятилетняя старушка души в ней не чаяла, баловала любимицу разнообразными вкусняшками и дважды в день выгуливала у себя на руках. Иногда кошка спрыгивала на землю, но далеко не уходила и всегда возвращалась.
– А вчера как побежит, – на глаза бабы Нюши навернулись слёзы. – И нет её.
– Сейчас поищем, – бодро заверила я соседку, достала из сумки телефон и набрала номер друга. – Паша, подъем! У бабы Нюши Алиса пропала.
– Спускаюсь
, – быстро оценил ситуацию парень.
– Идите пока домой и о плохом раньше времени не думайте, – ласково погладила я пожилую женщину по плечу.
– Она ведь никогда на улице не ночевала, – промокнув глаза платочком, пролепетала та.
– Наверное, в подвале спряталась.
– Доброе утро. – Со ступенек к нам навстречу сбежал Пашка. – Анастасия Петровна, почему глаза на мокром месте? А давайте я отведу вас домой, выпьем успокоительного, включим телевизор. Там ваша любимая передача идёт. Пропустите же, обидно будет. А мы со Стасей Алису поищем.
Продолжая весело болтать и по-доброму подшучивать, парень увлёк старушку к её квартире. Я осталась ждать. Друг вернулся через несколько минут, и мы отправились на поиски. Для начала обошли соседние дворы, заглянули под каждый куст. Потом Пашка раздобыл ключи от подвала и спустился вниз. Я стояла на улице, соображая, куда ещё могла пойти неискушенная в самостоятельных прогулках домашняя кошка. Неподалёку велась стройка нового торгового центра. В окружающем её заборе было несколько прорех, через которые можно было попасть на охраняемую от чужого любопытства территорию. Попробовать поискать там?
– Хорошо. Тепло. – Пашка вышел из холодного темного подземелья и встал рядом, греясь на солнышке.
Несмотря на раннее утро, было жарко и душно. Надеюсь, напарит грозу и хороший ливень. Дожди этим летом шли редко, заставляя меня переживать, уж не накопятся ли они ко дню проведения фестиваля.
– Пошли туда, – я указала на дыру между мятыми жестяными листами строительного забора.
– Лучше я один.
– Да ладно. Там никого нет, – и первая побежала в сторону стройплощадки.
– Осторожно, – Пашка подхватил меня по локоть, когда я полезла сквозь прореху. – Под ноги смотри.
– Алиса! – позвала я. – Кис-кис-кис.
Фигушки с макушком. Никто не отозвался. Мы начали методично обходить тяжелую строительную технику и горы стройматериалов. Если здесь и была охрана, свои обязанности она выполняла спустя рукава. Подобное безалаберное отношение нам было только на руку.
– Ой, – я испуганно замерла на месте, увидев вытянутый по земле белый кошачий хвост. Остальное тело было скрыто за бетонным блоком. Испуг был вызван дурным предчувствием, которое возникло сразу же, как я заметила знакомую пушистую шерстку. Слишком безжизненным выглядел индикатор кошачьего настроения. – Паша, смотри. Это она.
Я сделала ещё несколько шагов вперёд и, вздрогнув, закрыла лицо руками, не в силах смотреть на окоченевшее тельце с раззявленной пастью. Пашка подскочил, заслонил от меня грустную картину, успокаивающе приобнял за плечи.
– Ты в порядке?
– Норм.
В сумке бодро завибрировал телефон. Я поспешила ответить, чтобы хоть как-то отвлечься. Перед глазами стояло заплаканное лицо бабы Нюши.
– Станислава, ты где? Ты зачем нас собрала? Кофе попить? Устроила совещание, а сама не явилась?
– возмущался в трубку Антон Лебедев, специалист по связям с общественностью и СМИ, он же видео оператор всех организуемых мной мероприятий.
– Ребята, простите. Пообщайтесь пока без меня. Важное дело нарисовалось, – произнесла я скороговоркой и отключилась.
– Иди на работу. Сам всё сделаю, – предложил Пашка.
– А баба Нюша? Кто ей скажет?
– Я похороню Алису и обо всем расскажу Анастасии Петровне, – терпеливо разъяснил парень. – Иди. Ты и так уже опоздала.
– Она сильно расстроится, – чуть осипшим голосом произнесла я, отступая назад.
– Что за дурацкая привычка ходить спиной вперёд? – Пашка подошёл, развернул меня лицом к дырке в заборе и подтолкнул на выход. – Я умею обращаться с женщинами, независимо от их возраста и настроения. Всё будет хорошо. Иди.
***
Поначалу я думала, что смерть знакомой кошки пускай меня и расстроила, но отнюдь не выбила из колеи. Однако, когда поймала себя на отрешённом перекатывании по столу шариковой ручки, осознала, что не так-то просто отвлечься от утреннего происшествия.
Сидевший за соседним столом Александр, специалист по физкультуре и спорту, с помощью телефона натравил на меня солнечного зайчика:
– Станислава Валерьевна, очнись. Обедать идём?
– Без меня.
В кабинет заглянул Лебедев:
– Пошли в столовку.
– Идите. Я по делам смотаюсь, – схватив со стула сумку, быстрым шагом направилась к двери.
– То сидит как статуя, то летит как ужаленная, – покачал головой Александр, поднимаясь следом.
– Обезьян смешнее нет. Что сидеть как статуя? Человеческий портрет, даром что хвостатая, – процитировал Маяковского Антон.
– Вот верблюд, а на верблюде возят кладь и ездят люди. Он в работе круглый год – он, верблюд, рабочий скот, – не осталась я в долгу, немного подсократив детский стишок того же авторства.
– Намекаешь, что я верблюд, на котором все ездят? Рабочий скот? – слишком буквально воспринял слова Лебедев.
– С каких пор верблюды начали обижаться на обезьян? – склонив голову набок, усмехнулась я.