Страница 43 из 43
– Я могу понять желание твоего отца – устроить жизнь дочери как можно лучше, но Ника понять не могу. Вроде, взрослый мужик, а готов плясать под чужую дудку. Или он ищет себе материальной выгоды, или хочет сбросить груз проблем на чужие плечи. Его сестричка, несмотря на то что взрослая, до сих пор нуждается в воспитании. После смерти отца я тоже много бунтовал. Однако в тот момент мне было четырнадцать. А в двадцать я учился и работал, поддерживая маму и сестру. И уж тем более не позволял себе ранить их грубым поведением или словами.
Я не знала, что сказать. Чувствовала, что в Пашке кипит раздражение, но, чем оно вызвано, могла лишь догадываться.
– У нас отпуск. Мы должны отдыхать, а не вникать в чужие проблемы. Лучше держаться подальше от таких знакомых.
– Даже не подозревала, что вся эта ситуация так сильно тебя задевает.
– Гонять мажориков было весело. Но слишком долго находиться в их обществе чревато проблемами.
– А о чём вы говорили с Ником на пляже? За завтраком вы были такими буками.
Пашка повернулся и обнял меня за талию.
– Я напомнил ему, что ты – моя.
– Оказывается, ты жуткий собственник.
– Кстати, я уже нашёл для нас жильё в городе. Так что можем выезжать прямо сейчас.
– Когда успел?
– С интернетом это несложно. Размеры дома, конечно, поменьше будут, но в целом устроимся не хуже.
– Дом? Но это же дорого!
– Успокойся. Платить буду я.
– Вот именно! Потратишь все свои деньги…
– Стасик! – шутливо рявкнул друг, крепче сжимая меня в объятиях. – Хватит унижать моё мужское достоинство, подозревая в финансовой несостоятельности.
– Я лишь хотела сказать, что не нуждаюсь в каких-то супер-пупер комфортных условиях. У меня же обычная однокомнатная квартира, не дворец. И мне вполне хватает.
– То есть ты хочешь снять крохотную комнатку на двоих с одной единственной кроватью? – предположил Пашка, лукаво блеснув карими глазами. – В принципе я не против.
– Гм… Слушай! А ведь я тоже не сидела сложа руки. Папка думает, что только у него здесь связи. Но в этом отношении он сильно просчитался. Я списалась с одной знакомой, которая обещала по-быстрому обстряпать наше дело.
– Какое?
– Подать заявление в загс, чтобы по приезду домой мы могли как можно скорее расписаться.
– Расписаться?
Вопрос задал Никита. Я резко обернулась. Пашке пришлось выпустить меня из объятий. Ник замер на середине лестницы, то ли передумав спускаться дальше, то ли оторопев от того, что услышал.
– Сможешь на время притвориться глухим?
– Зачем?
– Затем, чтобы не испортить сюрприз для родителей, – я незаметно для себя сделала несколько шагов вперёд и оказалась примерно на одинаковом расстоянии между парнями.
– То есть вы хотите тайно ото всех пожениться? – уточнил Никита, продолжая стоять на месте. При этом он так крепко вцепился в перила, словно боялся упасть.
– Мы в принципе хотим пожениться. А тайно или явно – какая разница? – пожала я плечами и обернулась к Пашке. Тот снова спрятал руки в карманы, пристально глядя на Ника.
– Но разве ваши родители не хотели бы присутствовать на вашей свадьбе?
– Думаю, да, – я медленно кивнула. – Поэтому чуть позже, скорее всего осенью, мы устроим для них свадебное торжество.
– Поехали, – не выдержал Пашка и шагнул в сторону двери. – Погода к вечеру может испортиться.
– Нам пора, – я помахала Нику рукой и поспешила за другом, который шёл так быстро, что мне пришлось бежать.
– Садись, – скомандовал парень, убирая в багажник вещи.
Никита молча наблюдал, как мы грузимся в позаимствованный у родителей автомобиль. Наш отъезд действительно напоминал бегство, словно мы что-то натворили.
– Спасибо за гостеприимство, – Пашка улыбнулся, однако было понятно, что вокруг слова «гостеприимство» стоят жирные кавычки.
Эксцентричное поведение брата и сестры сильно меня утомило. Я была рада снова остаться с Пашей наедине и просто помолчать, глядя в окно на пролетающие мимо пейзажи. Мы больше не стали обсуждать Артеевых, не сговариваясь решив, что лучше запомнить из проведённого в гостях времени только хорошее: прогулку на яхте и романтическую ночь на пляже.
Конец