Страница 30 из 43
Глава 14
Наш самолёт улетал во вторник рано утром. Всю дорогу до аэропорта я дремала у Пашки на плече. Мы помирились, хотя, вроде бы, и не ссорились. Просто сделали вид, будто не было того странного, посеявшего между нами неловкость разговора.
В понедельник, несмотря на начавшийся отпуск, я сбегала на работу, попинала решивших расслабиться без меня парней, написала и сдала в местную газету статью про фестиваль. Вечером мы с Пашкой вместе отнесли Мишку к бабе Нюше, чтобы соседке было проще заботиться о котёнке.
В самолёте друг к середине полёта уснул, а я, чтобы не скучать, попыталась читать скаченную на телефон книгу. Однако мысли раз за разом уводили меня далеко в сторону от незамысловатого сюжета иронического детектива. Мне не терпелось увидеться с родителями. Дико интересовала их живая реакция на Пашку в роли моего жениха. Хотелось поскорее окунуться в солёные, теплые морские волны, а потом в холодные, кристально чистые воды горной реки. Я представляла, как всё будет, и вдруг осознала, что там, на юге, мы с Пашкой постоянно будем вместе. Это дома: захотели и разбежались по разным квартирам, разным работам и видимся друг с другом лишь по желанию или необходимости. А там… Хочешь не хочешь, в глазах родителей придётся быть парой, влюблённой парой, и из этого вытекает соответствующее поведение и образ жизни.
Я повернула голову и посмотрела на друга. Красивый. Даже стюардесса не осталась равнодушной к флюидам его обаяния, когда Пашка благодарил её за воду. А ещё надёжный, добрый, заботливый. И хотя раньше я считала его легкомысленным и ветреным, за последний месяц моё мнение кардинально переменилось. Так что же тебе ещё надо, Станислава? Тебе даже поцелуи его нравятся. Почему бы не попробовать по-настоящему? Зачем все эти игры? Я внутренне вздрогнула от заданных самой себе вопросов и попыталась оправдаться: у меня другие интересы в жизни, мне сейчас не до этого: не до серьёзных отношений и уж тем более не до семейных обязанностей.
Пашка открыл глаза, и наши взгляды встретились.
– О чём думаешь?
– О тебе, – честно призналась я.
– Плохое или хорошее? – улыбнулся парень и стал ещё красивее. Прежде я на это внимание особо не обращала.
– Второе, – и снова уткнулась в книгу. А то растаю как шоколадка, стану липкой и противной.
– Что читаешь?
Я обрадовалась возможности поговорить на нейтральную тему, чтобы вернуть себе уверенность и самообладание.
Плавно покачиваясь, самолёт продолжал резать воздушное пространство. Скорее бы! Не терпелось обнять родителей. Папа сказал, что приготовил сюрприз. Возможно, они с мамой сами приедут встречать нас в аэропорт, несмотря на вечную отцовскую занятость.
Наконец, белая «птица» начала снижаться. Пассажиры оживились. Многие прильнули к иллюминаторам. Взлёты и приземления – самое интересное в полёте. После еды, конечно.
– Тебе понравится, – переполненная эмоциями, пообещала я другу.
– Не сомневаюсь, – усмехнулся в ответ Пашка.
Однако мои ожидания не оправдались. Вместо родителей нас встречал холёный незнакомец в стильных солнцезащитных очках. В руках он держал табличку с моим именем. От изумления я даже замедлила шаг, собираясь звонить родителям и выяснять, что за ерунда происходит.
– Здравствуй, Станислава, – опередил меня ноунейм и снял очки. – Я – Никита. Приятно познакомиться.
«Тот самый, про которого рассказывала мама!», – догадалась я. Что ж, типаж родители подобрали, что надо: высокий блондин с ослепительной улыбкой и ярко-синими глазами.
«Типаж» протянул руку. Я машинально хотела ответить на рукопожатие, но вместо меня это сделал жених.
– Павел.
Какое-то время мужчины мерились силой хвата, а потом Никита снова переключил внимание на мою персону:
– Ты очень красивая. Даже красивее, чем на фотографиях.
– Согласен, – Пашка тут же обнял меня за талию и притянул к себе. – Для других красивая, а для меня самая красивая.
И чмокнул в висок. Похоже друг решил сразу расставить все точки.
– Валерий Геннадьевич попросил встретить вас, – пояснил своё присутствие в аэропорту Никита.
– Жаль, что он сам не приехал, – разочарованно протянула ему в ответ.
Ну папочка! Тоже мне сюрприз!
– Тогда хватит топтаться на месте, – решительно заявил Паша, увлекая меня к выходу. – Чемоданчик прихватишь?
Последние слова адресовались Никите. Я совсем забыла про свои вещи. Красный чемодан на колёсиках остался стоять за спиной. Именно его имел в виду Пашка, по-свойски обращаясь к новому знакомому.
Снаружи глаза ослепило яркое солнце, а со всех сторон окутал горячий воздух. Раскалённый асфальт дыхнул жаром. Я надела заранее приготовленные солнцезащитные очки и обернулась к Никите. Тот, заметив моё внимание, чарующе улыбнулся.
Однако настырный. Это ж кем надо быть, чтобы прийти знакомиться с девушкой в аэропорт, заранее зная, что та приедет с парнем? Или не знал? Тогда почему не удивился? Хороший актёр? Вон как на Брэда Питта похож. Такая же полная нижняя губа с выразительной морщинкой посередине, широкие скулы…
– Ну, провожай, провожатый, – остановился Пашка, пропуская Никиту вперёд.
Тот послушно обогнал.
– Похоже, родители бросили на штурм любимой дочурки мощную артиллерию, – шепнул друг, глядя в спину новому знакомому.
– Ну, это они зря, – хищно улыбнулась я. – Меня подобным не проймёшь.
– Какая самоуверенность, – иронично покачал головой Паша.
– В крайнем случае у меня есть ты. Прикроюсь как щитом.
– Вы идёте? – заметив, что мы топчемся на месте, окликнул Никита.
На стоянке нас поджидал белоснежный автомобиль со складывающейся бордовой крышей.
– Шикарно, – Пашка не удержался и выразительно присвистнул. – Надеюсь, у неё вместительный багажник?
– Сейчас проверим, – невозмутимо отозвался владелец, пиликнув брелком.
Погрузив наши чемоданы, Никита предложил:
– Станислава, садись вперёд. Тут удобнее. Ехать далеко.
Какой шустрый!
– Спасибо за заботу. Но мне гораздо удобнее рядом с Пашей. – Я нырнула на заднее пассажирское.
– Он упорно игнорирует, что мы – пара, – хмыкнул друг, устраиваясь рядом.
– Тебя это бесит?
– Нисколько. Твоя же свобода под угрозой. Не моя.
– Что, даже нисколечко не ревнуешь?
– А разве должен, дружище?
– Ты должен хорошо сыграть свою роль, – шёпотом напомнила я, так как в этот момент открылась передняя дверь и Никита сел за руль.
Мы замолчали, глядя в окно.