Гёрлхуд

13. Девчонкам тут самое место

— Мы пойдём к нему вместе, – вдруг предложила Ужа, к которой незаслуженно мы обращались реже всего. Она видела на полу и что-то рисовала в скетчбуке, возможно, пытавшись зафиксировать реальность в штрихах хоть так. Затем Ужа повернулась ко мне. – Ты была у директрисы в кабинете часто, так ведь?Ты сможешь мне его описать, показать?

— У меня есть фото.. – растерянно ответила я, подняв голову. Ранние подъёмы вынуждали меня весь день бороться с дрёмой.

— Отлично! Я нарисую его интерьер, и тогда мы сможем проникнуть.. ну.. туда? К Смерти?

— Мы сможем?

«Ещё как сможем», – подтвердила Аида через написанную заметку в телефоне Моры, который ходил теперь по всем рукам. – «Ужа оживит. Ряба и Мора зайдут. Там будут следователи. Скорее всего меня допрашивать».

Они, не сговариваясь, уставились на последнюю деталь паззла – на меня.

— Что? Мне отвлекать Смерть, пока вы у него рыскаете в кабинете? У меня-то нет особого таланта, чтобы вам помочь, – почти обиженно брякнула я.

— Зато у тебя есть знания, – заметила Мора и попала, да так, что от невидимого удара заныло плечо. – Ты же была помешана на директрисе. Без обид.

Я шокировано открыла рот, фыркнула, но не нашла, чего бы ответить.

— Ну и ты нас собрала вокруг себя, – осторожно напомнила Ужа. – Поэтому, конечно, нам очень нужна твоя помощь.

Мне это слишком польстило, чтобы сопротивляться. Я развела руками, словно над моей головой разлетелись разноцветные искорки любви и добра.

— Для начала нам нужно поесть, – заметила я, хотя до вечера времени оставалось куда меньше, чем хотелось. – Ужасно хочу есть.

— И я! – просияла Ряба, и её щёки порозовели от улыбки.

— Ой-ой-ой, – Ужа захлопала в ладоши. – И заодно обсудим все детали!

Аида посмотрела на меня пронзительно и понимающе. Она хотела меня в чём-то уличить или уколоть, но не могла, потому что её насильно лишили возможности говорить. Жалость смешивалась во мне с неприятием. Я хотела бы верить, что Аида.. могла по-настоящему стать частью нашего круга, а не его центром и первопричиной. Возможно, потому что я сама хотела бы ею.

Когда я нашла директрису в тайной комнате младеницей и узнала о том, что Смерть готовил с ней обряд – теперь память уверяла меня, что гостем, заставшим меня, был именно Смерть – мне хотелось верить, что события закрутятся вокруг меня. Что девушка, которая была выбрана ими как детонатор всех событий, это я сама, и что мне повезло оказаться чуть раньше в кабинете и предвосхитить всё. Но что в итоге? Я ничего не смогла предугадать или избежать, и не защитила ни себя, ни подруг, ни даже Аиду от захвата училища. Смерть скорее всего уничтожит всё то, чем мы дорожили и извратит повседневность так, что мы все станем «его детьми». И ещё эти бесполезные, но послушные стражи, станут самой малой проблемой..

Аида перевернула телефон экраном к нам и потрясла рукой.

«Ограбим столовую и пойдём на лесополосу?»

Я показала ей два высоких пальца вверх и улыбнулась, хотя идея была ужасная. Холодный камень или брёвна на подмёрзшей ноябрьской земле, ветер, воющий в ушах, не особо вкусная, зато сытная еда и место пикника – это место прошлого Аидиного зажора. То, что нужно!

Столовая стояла пустой и заспанной, потому что завтрак был уже готов, а студенты пока что не спустились с занятий. Аромат безвкусного омлета всё равно раззадоривал мой аппетит. Голод штука странная, иррациональная; и я даже удивлена, что сегодняшние события его назревание приглушили. Когда мы вошли в кухню, то любое здравомыслие перебил запах котлет, умело слепленных из какой-то мертвечины, подгнившего лука и плесневелого хлеба – их уже жарили в литре масла к обеду супружеская пара орков-поваров с большими клыками и огромными ладонями.

Рябу отправили первой – чтобы загипнотизировала и отвлекла их, пока мы уносили металлические поддоны с омлетами, сырниками, яйцами и сосисками. И чуть не забыли – но всё-таки прихватили кастрюлю с прогорклым, но тёплым молочным какао. Грохотали так, что способность свою Ряба скорее всего была вынуждена развить – потому что никто так и не заметил, как мы вынесли почти весь завтрак, рассчитанный на несколько сотен персон. Девочкам, вообще-то, очень нужны силы на злые дела.

Аида провела нас на место кострища, на котором мальчишки регулярно устраивали вечера с тем, что была запрещено в училище. Они с Рябой снова «состыковались мыслями», поэтому та, что обладала возможностью сейчас говорить, транслировала то, что другая хотела сказать.

— Аида говорит, что пацаны вечно ошивались здесь и выборочно звали девчонок, чтобы.. ну.. – Ряба смутилась и покраснела явно не от позднеосеннего прохладного ветра. – Нет, я такое говорить не буду. В общем, взрывали тут петарды, пили всякое плохое, курили.. Фу, Аида, ну перестань!

Та засмеялась и зазвенела маской. Мора разожгла огонь на месте кострища, позаимствовав припрятанные спички и горячительные напитки для розжига. В том же тайнике она нашла кубики продукта страха, завёрнутые в бумагу и припорошённые землей, чтобы никто не уволок. Поэтому завтрак восполнился ещё и перекусом основной энергией, без которой и нас бы не существовало.

— Пожар, вот ты гад.. – выругалась она. – Было время, когда мама отдавала мне последнее, а сама не подзаряжалась.. А он его притаскивает из дома и просто хранит под бревном?..

Я понимала, о чём Мора говорила, и понимала так хорошо, что самой стало обидно опять. Семьи в нашем мире – всего лишь кланы, где иерархически никто не равен, и я всегда была на низшей из ступеней.

— Твоя мама не одна из жён Смерти? – я присела у костра и протянула руки к едва зашедшемуся пламени, который Мора поддерживала редкими сухими хрустящими веточками.

— Да, – она сосредоточено занималась костром и из-за пламени я впервые увидела её светло-серую кожу тёплой в отблеске пламени. – Она одна из его случайных командировочных любовниц. Я родилась в Городе Бесов, и отец признал меня только когда я проявила способность к тени.

— Я читала, что его первая дочь была Тенью. Её так и звали, да?

— Да, думаю, поэтому мы и взлетели от самого низшего крыла его семьи до основного состава, – она будто сама над собой поглумилась. – Но я всё ещё на последних местах, как и многие мои сёстры..

Девочки позади раскладывали широкий шарф Ужи как подстилку и расставляли еду, в единственный стакан из сумки Моры наливали единую порцию какао на всех. Казалось, что общие приёмы пищи всерьёз нас объединяли.