Страница 61 из 82
— Вот паразит, куда он опять… Говорил же Серому, сортируй по номерам, а он сваливает всё в кучу, как дрова…
Я осмотрелся. На верхней полке лежали свёрнутые рулоны сетки, ниже — ящики с трафаретной надписью, замазанной краской. У стены стояли три манекена в разномастной броне, безголовые и запылённые. С крюка свисала связка карабинов.
Грач вернулся, волоча две коробки, поставил их на пол, сходил ещё за тремя. Отряхнул руки о джинсы.
— Смотри быстро, — сказал он, глянув на часы. — А то я это… к стоматологу опаздываю.
— Здоровье зубов — дело серьёзное, — кивнул я. — Хорошо, когда все на месте.
Мы смотрели друг на друга ровно секунду. Оба всё поняли, оба остались довольны формулировкой. Я присел на корточки и открыл первую картонку.
Товар был обезличенный до стерильности. Бронежилет — потёртый, с вытертым до белизны кантом, клеймо производителя спилено начисто, номер выведен кислотой. Внутри, под чехлом, прощупывалась рунная подкладка: ровные строчки нити, складывающиеся в символы. Наверное, должны отгонять от меня пули и когти. Я оценил швы, надавил на пластины.
К нему нашлась стёганка с влажным запахом стирального порошка. Кто-то прогнал его через машинку. Возможно, чтобы вывести кровь предыдущего владельца, вон пятна характерные. Хозяйственный человек.
— Тряпочки! — сообщил Архимед, спикировав на край коробки. — Ношеные! Чужая спина!
— С чужого плеча, — согласился я, примеряя жилет по фигуре.
Краги на предплечья — толстая кожа с нашитыми пластинами. Они сели чуть свободно, но ремни позволяли подтянуть. Перчаток я перемерил три пары, пока не нашёл такие, в которых пальцы гнулись свободно: работа руками для меня важнее, чем защита костяшек.
Ботинки заняли больше всего времени. Обувь в поле — это половина жизни, а стёртая пятка на третьем часу превращает бойца в обузу. Я разулся прямо на бетоне, натянул шерстяной носок из соседней упаковки и перепробовал четыре пары. Выбрал берцы с жёстким носком и рифлёной подошвой: чуть тяжеловаты, зато голеностоп держат намертво. Прошёлся по проходу, попрыгал, присел.
— Дэнька танцует! — оживился Архимед. — Купи-купи! Красиво!
— Удобно, — поправил я. — Красота потом.
Дальше пошло быстрее.
Очки с автоматическим затемнением — стекло потемнело при вспышке за долю секунды, когда я посветил в него фонариком телефона. Респиратор со сменными фильтрами от спор, я взял три запасных картриджа. Противогаз — старый, армейский, с гофрированным хоботом, пахнущий резиной и тальком.
— Морда! Стр-р-рашная морда! — крикнул попугай.
— Это противогаз, — я повертел его в руках, проверил клапаны.
— Стр-р-рашный газ! Птичка задыхается!
Налобный фонарь на мана-кристалле, с тремя режимами. Я щёлкнул кнопкой, и белое пятно легло на стеллаж, вырезав из полумрака кусок стены. Запасных кристаллов взял шесть штук, россыпью в кармашке. Каска — лёгкая, композитная, с креплением под фонарь. Пять обычных фонарей разной мощности. Химсветы — десяток палочек, зелёные и красные, они работают там, где магия отказывает, и это их главное достоинство.
Пара простеньких амулетов связи: половинки диска на шнурках — один для меня, второй для напарника. Дальность — до километра, одно нажатие для активации, после чего амулет рассыпается в пыль.
— Шнур бери, — буркнул Грач, кивая на моток. — «Нить Ариадны». Привязываешь конец у входа в данж, разматываешь за собой. Обратно по ней и выйдешь, светится в темноте сама.
Я развернул промасленную бумагу и вытащил катушку тонкого маркерного шнура, слабо фосфоресцирующего в полумраке склада. Слышал про такие. Если порвётся — концы тянутся друг к другу. На дне лежал механический компас в латунном корпусе.
— А это зачем? — я поднял его. — В Разломах же магнитные поля пляшут.
Грач вдруг заржал, коротко и хрипло.
— Бери-бери. Ещё удивишься.
Мне такой ответ понравился, как нравятся сюрпризы в темноте. То есть примерно никак. Компас отправился в Инвентарь.
— Светящийся маркер или мел есть? Чтобы оставлять метки на стенах и деревьях. Если нить порвётся, старые добрые стрелочки на камнях спасут жизнь.
— Вон в том ящике, — качнул подбородком Грач.
Медицина шла отдельным пунктом. Я разложил содержимое на соседней коробке. Жгут — резиновый, с зажимом, проверенная конструкция. Гемостатик в порошке — два пакета. Складные шины — лёгкие, алюминиевые. Адреналин в шприц-тюбике — если кто-то потеряет много крови или впадёт в шок, нужен жёсткий стимулятор, чтобы просто встать и бежать. Флакон «Живой Воды»… а вот это интересно. Я открутил колпачок мутноватой склянки и принюхался. Запаха почти никакого, просто свежесть.
— Третья перегонка? — прочитал я этикетку. — Слабовата.
— На безрыбье, Егерев, сам знаешь, — пожал плечами Грач. — Для серьёзных дыр не пойдёт, но мелочь затянет. Антидоты широкого спектра там же, в пенале.
Я закинул медицину в Инвентарь. Так, что у нас дальше? Что пожрать и попить. Фляга с магической фильтрацией — литровая, с угольным картриджем и рунным кольцом на горловине. Пачка соли. Котелок. Три пайка в вакуумной упаковке. Энергетические батончики и гели. Кофеин в таблетках в качестве стимулятора — если рейд затянется, срубит усталость. Пачка батареек для обычных фонарей.
— Теперь железо, — я окинул взглядом нижние ярусы. — Мне нужен нож. Крепкий, с толстым обухом, чтобы по нему можно было бить камнем. И мачете — прорубаться сквозь джунгли.
Грач закряхтел, присел на корточки у дальнего ящика и, покопавшись, выудил оттуда ножны из кайдекса, а следом — мачете, мультитул и складной резак.
— Забирай. Сталь хорошая, ты её хрен убьёшь при всём желании. В коробке слева спальники и палатки-одиночки, если вдруг решите там заночевать.
— Надеюсь, не придётся, — я взвесил оружие в руке и убрал в пространственный карман. — Огонь и химия есть? Фальшфейеры, турбозажигалки? И мне нужна маскировка запаха. Я буду потеть, пахнуть страхом и, возможно, кровью. В дикой местности это как звонок к обеду.
Грач молча ткнул пальцем в верхнюю полку.
— Жестяной ящик. Там сигнальные шашки — слепят так, что глаза вытекут, и дымят едко. Отпугнёшь любую ночную стаю. Рядом спреи-нейтрализаторы и репелленты. Возьми с красной полосой, он от жаб-пиявок хорошо помогает.