Страница 47 из 65
Карина попыталась до меня достучаться, и, стоило ей снять шлем, я поддалась. Мельком взглянула в лицо, смутно узнала её – может, коллега Алины? Виделись в социальных сетях? – но побоялась пялиться слишком уж долго, чтобы понять до конца.
— Да?
— Мы знаем, что ваша дочь здесь, – она тут же подняла ладонь, чтобы усмирить меня. Я открыла и закрыла рот в одно мгновение. – Не нужно спорить, мы отслеживаем чип, который был вживлён ей под пуповину при рождении. Так произошло со всеми детьми проекта по восстановлению интеллектуального ресурса Федерации, не волнуйтесь.
— Ей было больно от вашего поиска, – дрожащим голосом обвинила я.
— Приношу свои извинения! – Карина развела руками. Её лицо исказило деланное сочувствие. Что-то странное было в её взгляде и всегда приподнятых уголках губ. – Это не было целью, мы не ожидали найти чип в таком близком радиусе. Сейчас наша задача аккумулировать ресурс на базе под Челябинском. Там безопасно. Вы понимаете, о чём я говорю?
Биение сердца и шум крови в ушах и правда мешали воспринимать слова. Я ложно кивнула, постаравшись понять, но ничего не ответила. Тогда Карина продолжила, но уже более убедительно:
— Мы вас сопроводим.
— Нет! – спохватилась я. Грязными руками схватилась за диван, но не нашла за что удержаться. – Нет, ни за что! Федерация пала, вы меня обманываете!
Я всхлипнула и застонала от боли, кое-как проглотив слюни, сопли и кровь. Карина же не теряла хватку, каждую минуту она становилась на сантиметр ближе ко мне и пыталась заглянуть в глаза. От её пристального внимания воротило – или меня просто приложили головой о шкаф?
— Я не позволю забрать моего ребёнка.
Прозвучало так жалко.
— Мира, мы вынуждены исполнить приказ. Ваша семья станет частью новой истории, ваша дочь спасёт мир. В чипах таких детей закодировано множество данных, которые помогут нам восстановить павшие системы. А мощная школа сделает Кристину полезным и умным членом будущего сообщества. Как вы и мечтали!
— Мечтала о чём? – закричала я Карине в лицо, словно она воплощала собой всю Федерацию.
Я наверняка уродливо заревела. Карина раздражённо утёрла лицо от брызг моей ярости. Мне было приятно знать, что она испытывает ко мне сочувствие. Я смерила её подозрительным взглядом. Чтобы убедиться, человек ли напротив – его, видимо, нужно пырнуть ножом.
— Моя дочь будет в безопасности?
— Да. И вы будете с ней. Мы ценим ваш подвиг, – она сделала акцент на этом слове, – и то, как самоотверженно вы посвятили себя воспитанию девочки, с которой, как вы знаете, у вас нет общих генов. Всё же вы любите, и вы сберегли её после объединения интеллекта, рискнули всем, что имели. Большинство детей нашей программы не.. не уцелели из-за ошибок их родителей..
Голос ликвидаторши неожиданно дрогнул. Я прониклась, подалась чуть вперёд и от ощущения избранности меня перекосило. Иногда я думала о других женщинах, тоже пришедших на «чекап» с анализом фертильности. Я даже представляла, счастливы ли они, слепы ли настолько, чтобы не догадаться. Когда мне на глаза попадались матери, непохожие на своих детей, я надеялась, что они разделяли со мной ту же ношу, но были куда выносливее. Быть частью общества – это одна из важнейших потребностей человека, так ведь? Я точно не смогла бы стать частью общества автохтонов.
— Что мы получим взамен? Взамен на.. на то, что пойдём с вами? У меня есть.. у меня есть условие..
— Мы опаздываем. Обсудим это по пути. Рада нашему сотрудничеству, – отчеканила Карина и изменилась в лице. Затем поднялась и совершенно спокойно мне кивнула, словно я ничего такого не спросила. – Вещи не понадобятся, мы сохранили один из кампусов Уральского университета.
— Д-да, хорошо, но.. – промямлила я, но Карина не дала мне и шанса. Она уже вышла в коридор, и я бросилась за ней, пытаясь докричаться о нюансе, о котором умолчала. Юлию Романовну на кухне уже опаивали снотворным, а она послушно засыпала, упершись спиной в стену. Два ликвидатора держали брыкавшуюся Нелли, а женщина, которая меня допрашивала, осторожно прикрывала Крису, как будто той грозила опасность. Машине отодрали свитер от горла – куски искусственной кожи повисли на её шее, обнажая диод. Карина обернулась и подловила меня у двери, а затем рывком отстранила от происходящего.
— Что происходит? Я не понимаю!
— Сохраняйте спокойствие, пожалуйста, – Карина фальшиво улыбнулась, а затем попыталась закрыть перед моим носом дверь. Я выставила ногу вперёд, и дверное полотно глухо врезалось мне в колено.
— Карина, прошу! – взмолилась я, точно предчувствуя, что она намерена сделать.
Ликвидаторы перестали быть обходительными. Кристину оттеснили ко мне, бессознательную Юлию Романовну скинули туловищем на стол, а затем запихнули Нелли обратно на лоджию. Она не кричала, не истерила, лишь методично дёргала руками и ногами, пытаясь сокрушить неуязвимых нападающих. Карина вошла следом, вытащила из кобуры электрошокер и перезарядила его. Я побоялась возразить, не напомнила о своём праве частной собственности, которое они нарушали. Из-за заклеенных окон мигнула вспышка, и Кристина закричала от рокота электричества. Высоковольтный разряд пронзил голову Нелли, и та обмякла в удерживающих тисках.
— Не переживайте. – Карина обернулась. Я попыталась закрыть лицо дочери руками, спрятать её, лишить необходимости смотреть и чувствовать этот мир. – Будет в целости, просто пусть пока помолчит.
И глаза её странно блеснули, совсем не по-человечески.
Нелли
Я впервые спала. Вернее, меня отключили, но это самое близкое к человеческому сну состояние. В темноте оказалось дискомфортно, пусто и тихо, зато почти спокойно. Никакая системная функция во мне не работала, только Гелий-3 медленно перетекал из трубки в желобки, из механического органа в процессор. Перестав функционировать, я погасла и размякла, и хоть процессоры всё ещё пытались воззвать ко мне, возможности дать ответ не было. Я перестала имитировать, но то, что не живо – умереть не может.