Страница 63 из 90
— Света! — крикнула Василиса, завязывая бой с последней защитницей и отвлекая её на себя. — Давай!
Света, рванула вперёд, и рубанула. **Чпок.** Голова капитана с выражением искреннего шока взмыла в воздух.
Лида, уже готовая, поймала её на излёте и, сделав эффектный пируэт, зашвырнула точно в малое кольцо.
— ГОООООЛ! 50 очков! **110:150**! — заорал судья, и табло зажглось новыми цифрами.
Свисток. Конец матча.
На табло горели цифры: **110:150**!. Победа команды «Успенский Приют».
Трибуны взорвались. Призраки свистели, вампиры хлопали, оборотни выли от восторга. А в центре поля наши девчонки, облепив друг друга, пытались осознать, что только что произошло.
— Мы выиграли? — спросила Федосея, когда её голова, только что вернувшаяся на место, мотнулась в недоумении.
— Мы выиграли, — выдохнула Василиса, чувствуя, как дрожат руки.
— Мы реально выиграли! — взвизгнула Лида.
Федосея, тяжело дыша, выпрямилась во весь рост, расправила плечи и, глядя на поверженных немок, которые уже покидали поле, торжественно произнесла:
— Всё! Гитлер капут!
На секунду воцарилась тишина. А потом Лида заржала так, что едва не свалилась со швабры. Света уткнулась лицом в плечо Василисы, безуспешно пытаясь сдержать смех. Алиса, подлетевшая к ним, поправила очки и сухо заметила:
— Исторически не совсем точно, но эмоционально — безупречно.
Василиса, чувствуя, как напряжение уходит, улыбнулась. Она посмотрела на табло, на ликующих зрителей, на своих девчонок — растрёпанных, потных, но счастливых.
— Пошли, — сказала она. — Теперь полуфиналу.
— Шотландки, — мрачно напомнила Света.
— Шотландки, — кивнула Василиса. — Но это уже завтра. А сегодня — мы победили.
Они покидали поле под аплодисменты. С трибун свистели, кричали, призраки срывали голоса, а вампиры, забыв про вековую невозмутимость, хлопали так, что их ладони, казалось, вот-вот воспламенятся.
Наши девчонки, всё ещё не веря до конца, что матч закончился, летели низко, почти касаясь травы. Василиса обернулась. Немки, уже сдавшие серпы и теперь направлявшиеся к выходу с поля, уходили молча, плотной группой, даже не взглянув в сторону победительниц. Их идеальный строй наконец нарушился: кто-то поник плечами, кто-то опустил голову, а капитан, чья голова побывала в полёте дважды, застыла на мгновение у выхода с поля, посмотрела на табло с цифрами 110:150, и её лицо дрогнуло — на секунду в нём мелькнуло что-то, очень похожее на боль. Но она быстро взяла себя в руки и, выпрямив спину, шагнула в темноту тоннеля, ведущего в раздевалку.
Василиса смотрела им вслед, чувствуя странную смесь триумфа и… чего-то ещё, похожего на жалость. Но тут рядом раздался знакомый голос, вернувший её в реальность.
— Феникс не появился, — сказала Алиса, поправляя очки. — Трёх процентов вероятности оказалось явно недостаточно. Но я собрала много данных о поведении команд в стрессовой ситуации. Материал для диссертации, — она похлопала по блокноту, который всё это время был при ней. — И, Василиса…
— Что?
— Твой план «кучка идиотов» сработал. Это было… — она замялась, подбирая слово, — гениально в своей абсурдности. Запишу.
Василиса почувствовала, как к щекам приливает тепло. Похвала от Алисы — это было почти как орден.
Они приземлились у кромки поля. Траву под ногами примяли, воздух всё ещё гудел от криков и свиста. Группа итальянок, которые должны были играть следующий матч против француженок, остановились в нескольких шагах. Их капитан — та самая, что вчера посылала Василисе воздушный поцелуй — подошла ближе.
— Белла, — сказала она с неподдельным восхищением, глядя на Василису. — Вы сломали немцев. Это… это прекрасно. — Она прижала руку к груди. — Теперь мы должны победить французов. И надеюсь встретиться с вами в финале. Это будет честь.
— Удачи, — кивнула Василиса.
— И вам, — итальянка улыбнулась и, развернувшись, упорхнула к своим.
Алиса, услышав это, склонила голову набок и что-то быстро записала в блокнот.
— Итальянцы, — пробормотала она, — демонстрируют неожиданную рыцарственность. Надо будет изучить этот феномен.
— Слушайте, — сказала Лида, обводя всех взглядом. — А давайте сделаем селфи?
— Чего? — не поняла Федосея.
— Селфи. На память. Первая победа, всё такое. — Лида уже доставала телефон, который чудом пережил и дорогу, и матч. — Собирайтесь, короче.
Они сгрудились в кучу, обнявшись за плечи. Швабры сами собой зависли рядом, будто тоже захотели попасть в кадр. Лида вытянула руку, поймала удачный ракурс.
— Василиса, не хмурься! Федя, улыбайся! Света, ты вообще можешь улыбаться? Алиса, убери морковку из кадра!
— Это моя рабочая морковка, — возразила Алиса, но спрятала её в карман.
— Всем улыбнулись! Три-четыре…
**Щёлк.**
На фотографии получились пять растрёпанных, потных, но абсолютно счастливых девчонок. Латекс в пыли, наколенники съехали. Федосея улыбалась во весь рот. Света… Света, кажется, чуть-чуть приподняла уголки губ — наверное, это и была её версия счастья. Алиса стояла с идеально прямой спиной, но в её глазах за стеклами очков светилось что-то тёплое.
А Василиса в центре, сжимая в одной руке серп, а другой приобняв Федосею, смотрела в объектив и улыбалась так, как не улыбалась давно.
— Отправлю в общий чат, — сказала Лида, убирая телефон. — Название поста: «Как мы немцев сделали».
— Лида, это не политкорректно, — заметила Алиса.
— А я и не пытаюсь быть политкорректной, — отмахнулась та. — Я пытаюсь быть счастливой.
Они засмеялись. Все вместе. И этот смех, такой живой и настоящий, разнёсся над пустеющим стадионом, смешиваясь с отголосками свистков и редкими криками «Браво!», которые ещё долетали с верхних рядов.
— Ладно, — сказала Света, первой возвращаясь к реальности. — Сейчас итальянки с француженками играют. Надо посмотреть.
— Пойдём на трибуны? — предложила Федосея.
— Пойдём, — кивнула Василиса. — Только сначала сдадим серпы. А то следующий матч в роли хорьков будим играть.