Наследник $$$ уровня V

Глава 11

Хавьер уже перенёс вес на переднюю ногу. Со стороны движение выглядело безобидно, но я знал, чем оно может заканчится.

— Расслабься, — негромко сказал я. — Сам же знаешь, что на таких машинах не приезжают стрелять, а берут что попроще.

Задняя дверь открылась изнутри. Оттуда никто не вышел, а значит, кто-то меня приглашал внутрь. Из салона потянуло холодом кондиционера и дорогим парфюмом.

Жест читался без слов.

Я сунул стаканчик Хавьеру и полез в машину. Телохранитель постоял ещё секунду, оценил седан, водителя, улицу, после чего молча обошёл капот и опустился на переднее место. По его лицу было ясно, что он не собирался ждать меня на улице.

Дверь мягко закрылась, и уличный шум моментально стих. Внутри слышался только ровный и тихий шёпот мотора.

На дальнем краю сиденья расположился немолодой мужчина. Темный костюм идеально сидящий по фигуре владельца, руки спокойно лежали на коленях. Волосы густые, зачёсанные назад, с проседью, ложившейся у висков ровным серебром. Загорелое лицо, глубокие складки у рта, и светлые глаза. Он рассматривал меня спокойно, как неопасного человека.

— Добрый день, молодой человек, — заговорил он. — Рад наконец-то с вами познакомиться. Я Марио дэ Баргас.

Вот теперь пазл в голове у меня начал складываться. Денто-Моторс, коллективный иск на две с лишним тысячи человек и лоснящийся Энтони, обещавший запомнить мои слова. Судя по возрасту и по тому, как он занимал пространство, рядом со мной сидел именно хозяин этого концерна, у которого наследники ходят на коротком поводке.

Он протянул руку. Ладонь была сухая, и крепкая, а рукопожатие короткое.

— Добрый день, Виктор дэ Фуэго, — я расстегнул пиджак и устроился в кресле поудобнее, откинувшись на спинку и вытянув ноги, насколько хватало места. — Почтен вашим визитом. Чем могу быть полезен?

Дэ Баргас хохотнул, цокнул языком и покачал головой.

— Вы времени не теряете, — произнёс он. — Молодость, спешка.

Я не ответил.

В моём прошлом мире такие фразы бросают, чтобы собеседник начал оправдываться. Молодой, значит, торопится, торопится, значит, ошибается, а раз ошибается, можно и поторговаться. Дешёвый приём, но работает почти на всех. Виктор в прошлой жизни пережил слишком много подобных провокаций, чтобы вестись на них в теле девятнадцатилетнего парня.

Поэтому я сидел и ждал.

Дэ Баргас тоже не спешил. Несколько секунд он смотрел на меня, затем в светлых глазах что-то поменялось. Он понял, что в полемику я не полезу, и его это, кажется, устроило.

— Мне нужна услуга, — наконец сообщил он.

Водитель без команды тронул с места. Машина мягко ушла с перекрёстка, обогнула квартал и покатила вдоль заводских заборов, никуда особенно не направляясь. Хавьер впереди чуть повернул голову, отслеживая маршрут.

За окнами тянулся мой район.

Промзона старой Фаворы начиналась сразу за нашими воротами и уходила на километры вглубь. Длинные корпуса из потемневшего кирпича, крыши в заплатах ржавого железа, трубы, из которых давно ничего не шло. Часть цехов работала: за приоткрытыми воротами что-то ухало, дребезжало, по двору сновал погрузчик с поддонами. Другие стояли пустыми, с выбитыми стёклами и травой на подоконниках. Между ними лежала дорога, разбитая до состояния стиральной доски, и седан плыл по ней медленно, покачиваясь на рессорах, отчего кофе в руках Хавьера постоянно норовил перевалиться через край.

Через кондиционер в салон всё равно пробивались запахи улицы. Горелое масло, ржавчина, где-то сладковатая гниль от свалки за забором. На переезде рельсы вздрогнули под колёсами, и по крыше пробежал грохот проходящего состава.

Мы обогнули территорию, вышли на соседнюю улицу и повернули снова.

Я молчал.

Дэ Баргас смотрел в окно с той стороны, и по его лицу нельзя было понять, нравится ему пейзаж или нет. Скорее всего, он вообще его не видел. Люди его калибра выбирают маршрут ради разговора без лишних ушей.

— Вы мне малость должны, не находите? — спокойно произнес он, не оборачиваясь. — Атака на Денто-Моторс… Можно было просто договориться, но вы решили действовать кардинально.

В его голосе не слышалось ни злости, ни обиды. Он просто напомнил о старом счете, который, как ему казалось, числился за мной.

— Послушали бы вы меня, приди я к вам? — иронично поинтересовался я.

— Нет, — честно ответил Марио.

Врать он не стал, и уже одно это выделяло его среди большинства людей, с которыми мне приходилось иметь дело в этой стране.

Мы оба замолчали.

Седан выехал за границу промзоны, и вдоль дороги пошли дома. Низкие, в два и три этажа, с облупленной штукатуркой и бельем на веревках между окнами. У подъездов сидели старики, во дворе мальчишки гоняли мяч по утоптанной земле, на углу дымила жаровня с чем-то мясным. Люди провожали машину взглядами, но без интереса.

Молчание тянулось долго. Ни один из нас не открывал рта.

Дэ Баргас заговорил первым. Не сдался, скорее решил, что пауза не отработала своё.

— Не сегодня так завтра к вам придут люди из парламента, — перешел к делу Марио. — А точнее, некая семья дэ Гарро. Мне нужно быть уверенным, что вы дадите правильный ответ на их предложение.

— Какое предложение? — я поднял брови и постарался придать лицу самое искреннее недоумение, на какое был способен.

Дурачка я играть умел. Отличный прием, если хочешь получить больше ответов на свои вопросы. Человек, который считает тебя простаком, выбалтывает больше, чем хотел.

Дэ Баргас чуть склонил голову набок и посмотрел на меня почти с сочувствием.

— Вы, Виктор, генеральный директор крупного информационного портала, — начал он размеренно, тоном учителя перед нерадивым классом. — Я бы встретился с вашим руководителем, но, увы, не думаю, что деревенский мальчишка что-то смыслит в переговорах… Хочу, чтобы вы донесли до него: сотрудничать с дэ Гарро опасно для такого молодого бизнеса.

Договорив, он откинулся на спинку и улыбнулся мне широко и тепло, как добрый дядюшка племяннику за праздничным столом. В улыбке читалось многое: он договорил, дальше моя очередь, ну же, соглашайся, мальчик, какой у тебя выход.

Кожа сиденья под ладонью была холодной. Я провёл по ней пальцами, собирая мысли, и слушал, как впереди Хавьер сделал пару глотков.

Матео он назвал руководителем, меня обозначил посыльным. Значит, кто-то очень старательно кормит его нашей официальной версией, и он либо верит ей, либо делает вид. Второе вероятнее, но проверять сейчас незачем.