Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 40 из 122

Глава 20

Света.

Прошло полторы недели с нашего первого свидания.

И теперь каждый вечер, когда Андрей заканчивал смену, он появлялся у нас. Иногда с пакетами из «Пятёрочки», иногда просто так, с усталыми глазами и желанием завалиться спать. Он не спрашивал разрешения, не ждал приглашения. Приходил, сначала звонил в дверь, а спустя пару дней просто открывал замок запасными ключами, которые я выдала ему после целой ночи раздумий на тему, стоит ли переходить к новому шагу.

Полина визжала от счастья каждый раз, когда он приходил, как будто видела его впервые за год, а не почти все дни. Бросалась ему на шею, обнимала за ноги, тащила показывать новые рисунки. А он подхватывал её, крутил в воздухе, пока она не начинала хохотать и просить пощады.

Я смотрела на них и думала:

Это сон. Это не может быть реальностью.

Потому что в моей жизни мужчины не оставались. Они приходили, брали, что хотели, и уходили. А этот… этот остался. И не просто остался, а брал на себя ответственность, которую не должен был.

Всё началось незаметно. Сначала он принес пакеты с продуктами. Я тут же хотела возмутиться, сказать, что мне ничего не нужно, что я справляюсь сама, но он просто положил их на стол и начал разбирать: мясо, овощи, фрукты, молоко, крупы, йогурты, конфеты, печенье и многое другое. По моим меркам, бесчисленное количество еды.

Я стояла рядом и молчала, потому что в горле стоял ком. Потом он принёс новую зубную пасту, потому что заметил, что моя заканчивается. Потом — крем для рук, потому что мои ладони были в трещинах от мытья посуды и холодного ветра, а новый я все время “забывала” купить.

А потом он сделал то, от чего у меня перехватило дыхание.

В один из вечеров, когда Полина уже спала, он сел напротив меня на кухне, положил на стол банковскую карту и сказал:

— Завтра сгоняйте в ТЦ и купите Полине новую куртку. Я, конечно, не специалист, но, по-моему, ей эта маловата.

Я уставилась на карту, как будто она могла меня укусить.

— Андрей… ты с ума сошел, что ли?

— С чего бы это вдруг? — ответил он, фыркнув. — Мне не сложно. И тебе бы тоже, кстати, не мешало новую взять.

Я тут же захотела заплакать. Прямо там, на кухне, под тусклой лампочкой.

Ведь о Поле всегда заботилась только я.

На следующий день он принёс ей огромного плюшевого единорога — такого большого, что Полина сначала испугалась, а потом вцепилась в него, как в спасательный круг, и не отпускала весь вечер. Я пыталась сказать, что это слишком дорого, что не надо, но он только отмахнулся:

— Свет, заткнись, я тебя по-хорошему прошу. Пусть ребенок радуется. Я тебе уже говорил: у меня есть приличное количество денег и совсем некуда их тратить.

И я заткнулась. Потому что впервые за очень долгое время не чувствовала себя одинокой в этой войне с жизнью.

Он приходил почти каждый день. Гулял с нами в парке, катался с Полиной на каруселях, покупал ей сахарную вату, хотя я ворчала, что зубы испортит.

Он учил её завязывать шнурки, ибо на это у меня никогда не хватало терпения, один раз даже читал ей перед сном детскую книжку таким низким голосом, что я сама засыпала на диване, слушая их.

Я ловила себя на том, что жду его. Каждый вечер, когда часы показывали семь, я невольно смотрела на дверь. И когда она открывалась, и он входил уставший, в своей черной куртке, с лёгким запахом сигарет и холода, внутри сразу становилось теплее.

Но вместе с теплом приходил страх.

Я слишком привыкла к тому, что всё хорошее заканчивается. Что мужчины не остаются. Что помощь — это всегда с подвохом. Я боялась, что однажды он проснётся и скажет:

Свет, это было круто, но я не для семьи. Я пас.

И уйдёт. А мы с Полиной останемся собирать осколки.

Поэтому я молчала. Не спрашивала, что будет дальше. Не говорила: «Я, кажется, люблю тебя». Просто позволяла ему быть рядом. Позволяла ему заботиться. Позволяла себе немного расслабиться.

Потому что впервые за пять лет я не считала каждую копейку перед походом в магазин. Не просыпалась в три часа ночи от мысли, что завтра опять нечем платить за квартиру. Не прятала слёзы, когда Полина просила новую куклу, а я отвечала: «Потом, солнышко, потом».

Он взял это на себя. Не хвастаясь. Не требуя благодарности. Просто взял и сделал.

И я не знала, как сказать ему спасибо.

Не знала, как сказать, что он — первое настоящее чудо в моей жизни.

И что я боюсь, что это чудо однажды исчезнет.

****

Утро следующего дня выдалось на удивление спокойным. Андрей ушёл на работу ещё в пять тридцать. Поцеловал меня в висок, шепнул:

—

Еще очень рано, спи, милая.

Когда я заворочалась, он исчез за дверью, оставив после себя запах кофе и лёгкой хвои от своего геля для душа.

Спустя три часа я встала. Полина ещё спала, уткнувшись носом в нового единорога, который занимал почти половину её кровати. А я стояла на кухне, помешивала кашу в кастрюльке и пыталась убедить себя, что всё это — не временная сказка.

В последние полторы недели у меня пропала надобность вообще ходить в магазин, ведь полки холодильника теперь были полны еды: йогурты, сыр, мясо, колбаса, фрукты — всё то, что раньше покупалось по акциям и строго по списку.

Андрей не спрашивал, нужно ли нам что-то, просто приносил. И каждый раз, когда я пыталась сказать: «Прекрати, нам всего хватает», он смотрел на меня так, будто я сказала полную чушь.

Я налила себе кофе, села за стол и открыла банковское приложение — привычка, от которой я так и не смогла избавиться. Посмотреть баланс, подсчитать, сколько осталось дней до следующей выплаты по кредиту. Просто чтобы знать, на что рассчитывать.

И тут телефон зазвонил.

На экране высветилось: «Банк ВТБ. Кредитный отдел».

Сердце ухнуло вниз. Я замерла, глядя на вибрирующий мобильник. Полина спала. Андрей был на работе. Никто не услышит, если я сейчас сорвусь.

Но я все равно быстро вернулась в комнату и вышла на балкон, плотно прикрыв за собой дверь, и только тогда нажала на “ответить”.

— Алло, — произнесла тихо, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Добрый день, Светлана Михайловна. Это Дарья из кредитного отдела банка ВТБ. Звоню по поводу задолженности на вашей кредитной карте на сумму 187 400 рублей. Ежемесячный платеж за текущий месяц просрочен уже на 6 дней. Напоминаем, что дальнейшая просрочка влечет начисление штрафов и…

Я прислонилась лбом к холодному стеклу. Знакомый текст. Как заезженная пластинка, которую я слышала уже десятки раз.