Сын пекаря

— И ты в этой общине главный? — с интересом посмотрел на него Тит.

— Хотелось бы, — серьезно ответил Марк. — Думаешь, не справлюсь?

— Справишься, — кивнул Тит без тени сомнения. Он долго молчал, потом зло сплюнул и сказал: — Пропадем мы с тобой, сын. Творишь такое, чего и деды наши не видали. Грузим эту падаль. Твое решение.

Африканец исхудал так, что казался почти невесомым. Он что-то промычал, но жара и слабость превратили его в полутруп. Бродягу подняли на ноги, и он упал плашмя на телегу, которую меланхоличный ослик потащил в сторону Субуры. Африканец так и не пришел в себя до самого дома.

— Старший! — малыш Франк появился на пороге комнаты. — Очнулся варнак. Тебя видеть хочет.

— Иду, — сказал Марк, замешивая поску в горшочке. Вода, немного уксуса, взбитое яйцо, творог, мед.

Он спустился по скрипучей лестнице, шуганув черную крысу, что ползла себе на седьмой этаж по стене (3). Крыса обиженно запищала и укрылась под лестницей, провожая человека испуганным взглядом крошечных бусинок глаз.

— Я ему воду давал, как ты велел, — отчитался Гунн, дежуривший у лавки, куда положили африканца. — Он проснулся и стал хозяина звать.

— Хорошо, иди пока, — махнул рукой Марк и присел рядом с африканцем. — Как тебя зовут?

— Север, — ответил тот. — А тебя?

— Марк.

— Зачем ты меня спас? — спросил африканец, сверля сына пекаря яростным взглядом черных глаз. — Я уже почти умер.

— Умирать на сытый желудок всяко приятней, — с серьезным лицом сказал Марк и протянул ему горшок.

Север выпил болтушку в несколько глотков и промычал.

— Еще дай!

— Нельзя, — покачал головой Марк. — Кишки в узел скрутятся. Ты когда ел в последний раз?

— Не помню, — ответил Север. — Давно. У реки жил. Лягушку сырую съел, ракушку какую-то. А потом совсем ослаб. Спасибо тебе, добрый человек. Я уйду, как только появятся силы.

— Тебя никто не гонит, — ответил Марк. — Живи, если некуда пойти.

— Вот как? — глаза африканца широко раскрылись. — Мне и впрямь некуда идти. Я приехал сюда, чтобы найти праведных. Но я их не нашел. Так зачем ты меня спас?

— Потому что Христос так велит, — пожал плечами Марк.

— Значит, одного праведника я все-таки нашел, — через силу улыбнулся африканец. — Бог привел меня к тебе. Скажи, почему никто из римлян не дал голодному хлеба? Я ведь умирал у них на глазах!

— Тут плохо с едой, — пояснил Марк и спросил. — А к церкви за милостыней не ходил?

Спросил и тут же осекся. Глаза донатиста сверкнули, и он горячо заговорил.

— Эти церкви нечисты! Их пресвитеры несут ложные истины! Я умру, но не возьму у них ничего!

— Да-а! — протянул Марк. — Сложно тебе живется. Чего ты хочешь, Север?

— Справедливости! — жарко зашептал тот. — Воздаяния злым и милости убогим. Вот чего я хочу! Хочу творить угодное господу, умереть мучеником и сесть одесную от него.

— Ты грамотен? — прищурился Марк. — Как ученый ритор излагаешь.

— Чтецом при церкви служил, — кивнул Север. — Думал пресвитером стать. Люди епископа Августина разгромили наш приход, много людей побили. Я бежал вот.

— То есть, чем больше злых ты накажешь, тем больше добра принесешь? — спросил его Марк, в голове которого появилась одна многообещающая мысль.

— Да! — с надрывом выкрикнул Север. — Хочу, чтобы господь сокрушил неправедных!

— Тогда тебе совсем необязательно умирать быстро, — усмехнулся Марк и похлопал его по плечу. — Я дам тебе настоящую цель, дружище. Ты сотворишь столько добра, что сам господь будет с умилением наблюдать за подвигами твоими. Ииуй и Иисус Навин позавидуют тебе. Отдыхай пока. Как сможешь встать, будешь учить детей грамоте. Я пришлю к тебе десяток сорванцов.

— Марк! — в пекарню заглянул кузнец Петр и протянул небольшой сверток. — Заказ твой принес.

— Спасибо, дружище, — ответил Марк, примеряя отлитый из бронзы кастет. Удобно.

* * *

Марк с отцом стояли в очереди за зерном. Чиновные кровососы собрали свой урожай и начали понемногу открывать склады. Понурые пекари, с трудом пережившие последние пару недель, уныло переглядывались. Их изрядно пощипали. Марк с отцом въехали в склад, на весовую. Север увязался с ними. Ему скучно было, да и помочь он тоже хотел, понимая, что именем Христовым никто кормить его не станет. Надо работать. Весовщик взял лист папируса, на который поставил отметку, и вернул Титу.

— Вон твои мешки! Чего смотришь? Таскай давай!

— Простите, господин менсор, — склонился Тит, а Марк, скрипнувший зубами от злости, поклонился вслед за ним. Он поклонился куда медленней, чем отец, и не так глубоко. Весовщик заметил это и брюзгливо поджал губы.

Пекарям нужно забрать недельную норму зерна. Мешок за мешком они клали на телегу, а осел равнодушно ждал. Он видел этот склад сотни раз.

— Свободен! — скомандовал весовщик. — Проезжай, не задерживай!

Они вышли на улицу. Тит молча вытер пот со лба и тоскливо посмотрел на мешки. Марк стоял неподвижно, с ненавистью глядя на закрывшуюся дверь склада. Он не сказал ни слова. Север удивленно посмотрел на пекарей.

— Мешки легковаты для пяти модиев. Я их много перетаскал.

— Там нет десятой части, — поморщился Тит. — И то, потому что я ему плачу.

— Почему ты это терпишь? — возмутился Север.

— Да потому что мы жить хотим, — постучал ему по лбу Марк. — Не подыхать у Номентанских ворот, а жить. Наша правота здесь ни при чем.

— Да брось, сын, — с горечью усмехнулся Тит. — Он африканец, не понимает, как здесь всё устроено. Пусть говорит что хочет. Это все равно ничего не значит.

— Ты не прав, добрый пекарь, — Север поднял палец к небу. — В Священном писании, которое ты попираешь, вспоминая демона, есть все ответы. Сказано в послании «К римлянам»: «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию».

— Господь будет за меня мстить? — недоуменно посмотрел на него Тит.

— Нет, — покачал головой африканец. — Ему не нужно делать этого самому. Господь воздает руками праведных.

— Вот бы! — недоверчиво хмыкнул Марк.

— И что теперь будет? — Тит так и не мог понять происходящее.

— Бог покарает грешников, — убежденно произнес Север. — Пойдемте, добрые люди. Мне еще учить отроков книжной мудрости.

— Удобная штука вера в Христа, — задумался Тит. — Все, что хочешь объяснить можно. Только вот в коллегии пекарей бога нет. И на этом складе его нет тоже. Поехали!

* * *