Страница 112 из 138
Публика окончательно опешила. Никто до сего момента не встречал подобной технологии. Что это? Сверхсекретная разработка имперских артефакторов, доступная лишь правящей династии? Елизавета почти физически ощущала сковывающий аристократов страх. Она видела, как в ментальных контурах присутствующих панически зароились опасения за собственные, тщательно скрываемые грешки. Ведь Лиза по сути могла бы выцепить абсолютно любое воспоминание из их голов и явить его на всеобщий суд, если бы ей это потребовалось. Но сейчас для неё было важно лишь одно — восстановить справедливость. А лживые слова Кристиана её серьёзно разозлили.
— Ваше Сиятельство, — леденящим тоном обратилась Елизавета к Кристиану. — Вынуждена во всеуслышание согласиться с подсудимым. Вы и правда редкое брехло.
Товарный состав замедлил ход на подлёте к Варшавскому шоссе, натужно заскрежетав тормозными колодками. Аксель не стал дожидаться полной остановки. Подгадав момент, когда состав поравнялся с технической зоной путей у ТПУ «Нагатинская», он легко соскочил на гравий, бережно удерживая Агату на руках.
На улице заметно посвежело, сырой осенний ветер швырял в лицо пригоршни палой листвы. Свитерок Агаты теперь был испачкан ржавчиной и гарью. Девушка лишь крепче перехватила брата за плечи, превозмогая слабость.
— Нам нельзя на улицу, — прошептала она. — Они оцепили Варшавку. Единственный путь — через подземный уровень.
Аксель коротко кивнул. Лицо его превратилось в каменную маску, правая ладонь, рассеченная осколком под мостом, была наспех перемотана черной изолентой. Оставив Glock 17 на Каширке, он располагал сейчас лишь крошечным Glock 26 в кармане пальто и тактическим палашом за спиной.
Брат и сестра скользнули в неприметную серую дверь технического входа ТПУ. Пахнуло мокрым бетоном. Преодолев пару лестничных пролетов, они оказались в широком подземном переходе Серпуховского вала. Редкие пассажиры — студенты с рюкзаками и хмурые работяги — спешили к турникетам, косо поглядывая на ободранную парочку.
Аксель вёл Агату. Она держалась. Переставляя ноги, она дала себе установку забыть о слове «слабость».
Динамик в ухе Акселя выдал потрескивание помех, а затем стабилизировался, сформировав кристальный аудио-поток чужой частоты: «Объект вошел в сектор Б. Чистильщики — к кассам. Работаем тихо».
В тридцати метрах впереди, у кассовых павильонов, из толпы плавно вычленились четыре фигуры. На первый взгляд — обычные мужчины в темных куртках, но Аксель сразу считал военную выправку, руки, лежащие в глубоких карманах, и характерные плотные выступы скрытых под одеждой бронежилетов. Сзади, отсекая путь к техническому выходу, бесшумно выросли еще трое.
Пассажиры вокруг, словно почувствовав смертоносную ауру, инстинктивно начали прижиматься к стенам, оставляя центр перехода пустым.
Мир вокруг Акселя подернулся багровой дымкой фатальных траекторий.
— Назад, к стене! — выдохнул Аксель, с силой толкая Агату в нишу между торговыми автоматами.
В ту же долю секунды его правая рука метнулась за правое плечо и выудила верный палаш.
Первый штурмовик «Прометея» только успел вскинуть ствол пистолета-пулемета, как Аксель, используя своё трехсекундное упреждение, уже скользнул влево, полностью уходя с линии огня. Пули не нашли жертву и ушли в кафель.
Нарышкин сделал длинный, яростный выпад. Клинок палаша уколол точно над срезом бронежилета. Не теряя инерции, Аксель провернул лезвие, дернул его на себя и наотмашь рубанул второго штурмовика по рукам. Пока оружие террориста падало вниз, Аксель добил его вторым молниеносным ударом. Тело рухнуло кулем.
Оставшаяся пара впереди попыталась разорвать дистанцию, чтобы открыть огонь, но Аксель действовал агрессивно, навязывая ближний бой. Он рванул из кармана Glock 26 левой рукой и, не глядя, выпустил три пули в ногу третьему нападающему. Тот покачнулся, теряя равновесие, и в этот же миг палаш Акселя ударил под челюсть, обрывая крик.
Четвертый боевик успел навести ствол прямо в упор Нарышкину. Багровая линия вероятности прошила грудь княжича.
Нарышкин не стал уклоняться. Он резко довернул корпус, принимая удар на пластину бронежилета. Тук! Тук! — два тяжёлых удара выбили из легких воздух, заставив Акселя поморщиться. Но в это же мгновение он левой рукой перехватил запястье врага, ломая его встречным рычагом, а правой всадил укороченный Glock 26 штурмовику прямо под бронежилет. Три глухих хлопка в упор — и последний нападающий впереди осел на колени.
Сзади уже топали тяжелые берцы оставшейся тройки «Прометея». Они поняли, что бесшумная операция сорвана, и выхватили штурмовые карабины, готовые залить переход свинцом.
— Аксель, щит! Слева щит! — закричала Агата из своей ниши.
Нарышкин сориентировался. Прямо у стены стояла тележка уборщика с ведрами и баками. Аксель на полной скорости влетел в нее корпусом, с грохотом запуская эту конструкцию прямо под ноги бегущей тройке.
В глубине тайного технического помещения, скрытого за метрами армированного бетона, царил полумрак. Единственным источником света была большая наблюдательная станция, перед которой в глубоком кресле расположился граф Орлов.
На центральном мониторе наблюдательной станции тепловизионная сетка ТПУ «Нагатинская» замерцала оранжевыми и багровыми вспышками. Граф слегка подался вперед, положив локти на пульт. Его взгляд зафиксировал, как крупное пятно — стальная тележка уборщика — на полной скорости врезалось в передового штурмовика, мгновенно сбив его с ног.
Двое других боевиков на экране ломано дернулись, споткнувшись о рухнувшее тело. Графики акустического контроля в углу панели выдали резкий скачок: их автоматические очереди ушли в потолок. Датчики зафиксировали обрушение пластиковой облицовки и мгновенный выход из строя основных ламп освещения. На соседней камере визуального спектра Орлов увидел, как переход погрузился в полумрак, а картинка стала рваной, подсвеченной лишь редкими вспышками мигающей аварийной иллюминации.
Глава Тайной Канцелярии равнодушно наблюдал за тем, как силуэт Акселя подлетел к Агате и подхватил её под руку. Динамики станции транслировали далекий гул: вокруг кричали испуганные люди, паника стремительно затапливала транспортно-пересадочный узел, создавая хаос для удобного отхода беглецов.