Отвернись!

39

Я не успеваю – да, собственно, и не хочу – ничего возразить. Демьян осторожным, почти невесомым движением снимает с меня очки и откладывает их на тумбочку, окончательно лишая меня четких контуров реальности.

Теперь мир для меня – это только его близость и потемневшее золото его глаз, в которых пляшут искры опасного азарта.

– Думаю, тебе самой одного раза недостаточно, – его шепот обжигает кожу. – Перевернись на живот.

Он немного отстраняется, давая мне пространство для маневра, и я подчиняюсь, едва осознавая свои действия. В чем дело? В его тихом, вкрадчивом тоне? В том, что я все еще нахожусь под впечатлением от нашего первого раза? В самой позе? Внизу живота с новой силой нарастает тягучее, пульсирующее напряжение.

Демьян нависает сверху всей своей сокрушительной мощью, опираясь на руки по обе стороны от моей головы. Его губы снова у моего уха.

– Майя, ты сейчас уже разогретая, – он произносит это так тихо, что я больше чувствую вибрацию его голоса кожей, чем слышу. – Тебе не должно быть больно. Но если станет... не терпи. Говори мне.

Он не прекращает покрывать мою шею нежными, но требовательными поцелуями, медленно перемещаясь к плечам и лопаткам. Волны жара снова захлестывают тело, разбиваясь где-то внизу живота в удивительном, почти невыносимом удовольствии.

Собираюсь ответить, что все поняла, но слова застревают в горле. Я просто сосредотачиваюсь на этих ощущениях, которые заставляют меня непроизвольно выгибаться навстречу его бедрам, прижатым к моим теперь уже максимально близко.

Мысли путаются, язык не слушается, в итоге...

– Пожалуйста, не надо... – еле слышно срывается с моих губ.

– Чего не надо? Вот этого? – он слегка прикусывает мочку уха и тут же переключается на шею, вжимая меня в матрас всем телом. Не сильно, но доходчиво, давая понять, кто здесь главный.

– Нет... Останавливаться не надо. Войди в меня. Пожалуйста. И не останавливайся... Боже...

Я подтягиваю к себе подушку и накрываю ею голову, пытаясь спрятаться от собственного признания. Мне до смерти стыдно, что я произнесла это вслух, так открыто и жадно.

– Э, родная, ты куда? – Демьян смеется, и дрожь его тела мгновенно передается мне.

Он опускается еще ниже, уже почти не сдерживая свой вес. Руками отодвигает подушку обратно к изголовью, накрывает, возвращает на место и держит мои ладони, которые снова и снова пытаются закрыть лицо. Он зарывается головой в мои волосы, рассыпавшиеся по простыне, отодвигает пряди и начинает покрывать мою щеку мелкими, быстрыми поцелуями.

– Поздно стесняться, Майя, – хрипло выдыхает он, и я чувствую, как его колено настойчиво раздвигает мои бедра.