Страница 51 из 72
— Царевна, дорогая, слушай сюда! — зашептал Юлий, выпучив глаза от азарта. — Ты понимаешь, какой это контент? Обычная свадьба — это скука, это «я согласна», это цветы и грустные родственники. Но если ты сейчас проголосуешь ПРОТИВ него, устроишь драму с отказом в прямом эфире... рейтинг взлетит до небес! Мы станем звездами галактики! А что он? Он — Водян он просочится, найдет себе новую лужу, не переживай. Но твоя карьера? Твоя слава? Забудь про это «да», скажи «нет» ради искусства!
Водяной медленно повернул голову в сторону коня. В его глазах, обычно озорных, теперь плескалась холодная бездна.
— Юлий, — голос Водяного прозвучал как скрежет льда о камни, — если ты не уберешь свой объектив и свое копыто от моей невесты в ближайшие две секунды, я обещаю, что до конца этого сезона ты будешь снимать только обитателей Марианской впадины. И поверь, они не очень фотогеничны в полной темноте.
Царевна металась взглядом от холодного, напряженного лица Водяного к нетерпеливо скачущему Юлию, который уже тыкал ей в лицо контрактом на эксклюзивное интервью после «разрыва».
— Юлий, отвали педальный! Ты морских коней объелся? — рявкнула Царевна, отпихивая камеру. — Какое голосование? Какое «против»? У нас с Водяным иммунитет и мы не можем голосовать друг против друга! У меня возможно тут личная жизнь рушится под твои дурацкие вспышки, а ты мне рейтинги суешь?!
— Но Царевна! — не унимался конь, едва не падая от собственного энтузиазма. — Ты только представь заголовки: «Царевна бросила Водяного у алтаря ради карьеры и славы»! Это же обложки для всех глянцевых журналов! И, кстати, я тут договорился с продюсером... если сольешь его сейчас, тебе полагается бонус в виде пожизненного запаса лучшего сена — я готов рискнуть за сено, а ты? Ну же, проголосуй против, давай сделаем этот вечер незабываемым!
Водяной сделал шаг вперед, перекрывая Юлию доступ к Царевне.
— Кваковская, — он проигнорировал коня, полностью сосредоточившись на ней, хотя его рука уже начала слегка светиться магическим светом, готовая исполнить угрозу и ударить коня. — Ты слышала сигнал. Остров требует жертв, рейтингов и зрелищ. Но я здесь не ради шоу. Я здесь ради того, что мы начали обсуждать до того, как этот непарнокопытный решил, что он — режиссер года. Что ты выбираешь: сценарий шоу или то, что шепчет тебе твое сердце?
Атмосфера в шатре стала невыносимо тяжелой. Оповещающий сигнал прозвучал снова, требуя немедленного ввода голоса в систему голосования и призывая всех участников на «Лобное место». Царевна глубоко вздохнула, стараясь сохранить остатки хладнокровия под немигающим взглядом камеры. Она встретилась глазами с Водяным — в них сейчас читалось столько терпения и такой глубины чувств, что у неё перехватило дыхание.
— Водян, давай обсудим этот вопрос после голосования, ладно? — тихо сказала она, стараясь, чтобы её голос не дрожал. — Сейчас здесь слишком... шумно. — она указала взглядом на Юлия.
Она осторожно взяла ракушку с ладони Водяного. Её пальцы на мгновение коснулись его кожи, и этот контакт отозвался легким покалыванием. Царевна забрала изящную цепочку, на которой держалась ракушка, и, грациозно наклонившись, надела её себе на шею. Кольцо внутри ракушки мягко постукивало по её ключице, словно маленькое сердце.
— Когда это кольцо окажется на моём пальце — значит, я согласна, — твердо произнесла она, глядя ему прямо в глаза.
Водяной замер, ошарашенный таким красивым жестом. Он медленно улыбнулся, и эта улыбка была куда искреннее и теплее любого признания.
— Я готов ждать этого момента хоть до конца своей жизни, — ответил он негромко, так, чтобы слышала только она. — Даже если для этого мне придется осушить всё море или научиться танцевать без того, чтобы мне оттоптали ноги.
— ОЙ, ВЫ СЛЫШАЛИ?! — вопль Юлия разнесся по всему острову, перекрывая шум прибоя. — «До конца жизни»! «Осушить море»! Сценаристы, вы это записываете? Это же золотой фонд романтических мелодрам!
Конь в отчаянии начал бить копытами по песку, чуть не выронив камеру.
— Ну что за дела?! Царевна, ну ты чего?! Где драма? Где отказ? Где скандал, который обеспечил бы нам эфирное время до конца года? Ты надела его на ШЕЮ?! А зрители что, должны зум на твои ключицы наводить? Это нерационально! Я требую перезаписи сцены! Водяной, ну скажи ты ей, пусть на палец наденет, мы же в прайм-тайме!
Юлий вплотную подошел к паре, активно работая зумом камеры, отчего объектив едва не врезался в плечо Царевны.
— И вообще, кто мне оплатит нервный срыв? Я тут стараюсь, режиссирую, контент добываю, подкасты мучу, а вы тут «вечную любовь» разводите! Где экспрессия? Где слезы разочарования? У меня контракт, у меня обязательства перед аудиторией!
Царевна, не выдержав, легонько подтолкнула коня в бок, оттесняя его от себя.
— Юлий, уймись, пока я не проголосовала против тебя самого за чрезмерную навязчивость! — рассмеялась она, хотя в глазах её всё ещё читалось легкое напряжение из-за надвигающегося голосования и последующих событий на острове.
Водяной лишь усмехнулся, приобняв Царевну за плечи. Его взгляд снова метнулся к экрану Юлия, который всё настойчивее мигал красным.