Страница 21 из 83
Глава 6 Ехидна-броненосец
Тварь неслась на меня, как потерявший управление грузовик. Под триста килограммов литых мышц, покрытых толстыми рыжими пластинами. Когти царапали асфальт, крохотные налитые кровью глазки сфокусировались на единственной преграде — на мне.
Я опустил руки вдоль туловища, расслабил плечи, демонстрируя абсолютное миролюбие. Вместо того чтобы пугать животное резкими жестами, выстроил преграду иного рода. Собрал в кулак всю свою Волю, а тридцать одна единица это очень много, и выплеснул навстречу зверю густой, обволакивающий ментальный импульс.
Никаких приказов и попыток ударить. Скорее, невидимая стена из пуховых подушек, сотканная абсолютным спокойствием.
Сработало. Бронированная ехидна влетела в эту ауру и резко дала по тормозам. Когти со скрежетом прочертили по бетону две глубокие борозды. Монстр замер буквально в полуметре от моих ботинок. Тяжело зафыркал, запыхтел, обдав меня запахом сырой земли и мускуса.
Зверюга неуверенно переступила с лапы на лапу, попятилась на шаг. Тяжёлый шипастый хвост нервно замотал из стороны в сторону. В её крохотных глазках читалось откровенное замешательство: «Что за чертовщина происходит?»
Животное дышало часто, загнанно. Я прищурился.
Бронеход панцирный шипастый (Ранг D, Уровень 9). Любит копать норы, жрать минералы и проламывать черепа тем, кто тычет в неё палками. Уязвимое место — мягкое пузико. Но чтобы до него добраться, вам понадобится домкрат.
— Стой, стой, не дёргайся, — тихо проговорил я, удерживая ментальный купол.
Лысый ловчий высунулся из-за «ГАЗели» и крикнул рыжебородому напарнику:
— Транквилизатор! Бей транквилизатором!
— Какой транк, ты с дуба рухнул⁈ Он эту кость не пробьёт! — рявкнул тот. — Сонным зельем надо!
— Да я и говорю — зелье!
Я краем глаза уловил движение. Рыжий, решив стать героем дня, заложил широкую дугу, обходя нас с броненосцем. Выхватил из подсумка на поясе мешочек и быстро развязал. Прежде чем я успел рявкнуть, чтобы он не лез, ловец с размаху швырнул его прямо в морду ехидне.
Шмяк!
Мешочек рассыпал облако переливчатой зелёной пыльцы. Снотворная дрянь осела на морде, забилась в складки панциря. Зверь оглушительно взревел, мотнул головой, стряхивая с глаз и носа частицы зелья, и глубоко вдохнул едкие пары.
— ХИМИЧЕСКАЯ АТАКА! — истошно завопил Архимед, наворачивая круги над парковкой. — ГАЗОВАЯ КАМЕРА! ВСЕ В УБЕЖИЩЕ! ПТИЧКУ ТРАВЯТ!
Ехидна чихнула — мощно, с фонтаном слизи. А потом… вместо того, чтобы уснуть, напуганный до смерти зверь окончательно слетел с катушек. Мощнейший выброс адреналина просто не оставил снотворному шансов. Ехидна взвилась на дыбы, и мне пришлось спешно отскочить назад, уходя из-под удара когтистых лап. Броненосец ударил в асфальт и развернулся на месте. Шипастый хвост со свистом рассёк воздух там, где только что были мои колени.
Теперь всё внимание существа было приковано к источнику обиды — застывшему с вытянутой рукой рыжебородому. Зверь пригнул голову, выставив вперёд костяные наросты на загривке, и глухо зарычал, сжимаясь пружиной для смертоносного рывка.
— Ой, блин… — только и успел выдохнуть ловчий.
Лысый попятился обратно за кузов «ГАЗели». Заказчик в пальто вскинул руку, и перед ним развернулся полупрозрачный энергетический щит золотистого цвета. Охранники уже выхватили пистолеты и подбежали на достаточное для точной стрельбы расстояние, но не решались палить. Потому что с такой толщиной брони это не сработает.
Рыжий отшатнулся и едва не споткнулся о бордюр. В глазах читался только один вопрос: «Почему эта штука не уснула?»
— Стоять! — рявкнул я. — Не двигаться, мать вашу! Никому!
От резкого окрика зверь дёрнулся. Ехидна мгновенно развернулась ко мне, припадая к земле, и выдала серию коротких, яростных фырканий. Из ноздрей вылетал пар, а глаза бешено таращились, пытаясь зафиксировать цель. В этом состоянии любой резкий звук или движение воспринимались как нападение.
Если сейчас кто-то из этих «профессионалов» решит стрельнуть, мы получим кровавое месиво прямо на парковке.
Я начал сокращать дистанцию. Приближался не прямиком, чтоб не нервировать зверя, а чуть по диагонали, держа корпус полубоком. Так я казался менее угрожающим.
— Тише, маленькая… тише, — заговорил вполголоса, не глядя ей в глаза.
Одновременно с этим вновь потянулся к её разуму. Осторожно, без малейшего давления проложил тонкий канал ментальной связи. Едва моё сознание коснулось её ауры, меня окатило волной первобытного, слепого ужаса. Ей было плохо от всего: от света, от вони бензина, от шума проезжающих мимо автомобилей, от чужих голосов, от этого чужого неба. Всё вокруг пахло неправильно, звучало неправильно, ощущалось как ловушка, из которой нет выхода.
Она не машина для убийств. Просто дикий зверь, вырванный из привычной среды, которому сейчас до одури страшно и который отчаянно защищает свою жизнь.
— Всё хорошо, — прошептал я монотонным голосом. — Никто тебя не обидит, большая ты козявка. Никто не будет сыпать этой дрянью.
Ехидна хотела домой. В нору. В тёмную, тёплую, тихую нору, где пахнет корнями и глиной. Я не стал давить. Не стал транслировать доминирование. Вместо этого аккуратно, слой за слоем, начал менять собственное ментальное «звучание».
Темнота. Плотная, бархатная, без единого проблеска. Мягкая земля под брюхом. Тихо-тихо, только далёкий стук капель по листве — дождь сверху, но он не достанет, он далеко, он наверху, а ты внизу, ты в безопасности, ты в норе…
Ехидна фыркнула. Глухо, с присвистом. Но пластины панциря начали медленно опускаться, прижимаясь к телу. Она слушала, внимала. Я транслировал дальше. Земля прогретая, запах грибницы и жуков. Запах дома.
— Вот так, молодец. Дыши глубже. Спокойно.
Я остановился в паре метров, чтобы не нарушать её личное пространство, и замер, став частью пейзажа. В этот момент я был для неё не человеком, а просто чем-то очень спокойным и надёжным в этом хаотичном мире кричащих идиотов.
— Заклинатель! — гаркнул Архимед. — Шептун! Птичка в шоке!
От его возгласа бронеход чуть вздрогнул, но мне удалось сохранить канал. Захотелось немедленно приготовить попугая-гриль. Надеюсь, этот пернатый недоумок не решит сейчас проверить клювом, насколько прочен панцирь ехидны, иначе мой сеанс психотерапии закончится очень быстро.