Страница 39 из 68
Ох, видел бы меня сейчас какой-нибудь голливудский режиссер, сразу бы позвал на главную роль. Только поглядите: оскорбленный взгляд, залегшее в складке между бровей разочарование, поджатые из-за обиды в несправедливом обвинении губы... Браво, Алиса, браво!
Вины за то, что наговаривала на Аню, я не испытывала. Сейчас самое главное – выкрутиться из этой истории без последствий.
Блин, босс же был уверен, что та девушка – блондинка. Что вдруг случилось, что заставило его отказаться от этой версии? Разве он не подозревал Аню?
Ох, Аня... Неужели она рассказала ему обо мне что-то такое, что заставило его пересмотреть свои подозрения? От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок. Но что именно? О том, как мы столкнулись в туалете и случайно поменялись ключами от комнат?
– Ты, наверное, заметила уже, что меня не было целое утро, – начал Максим Викторович, и в его тоне я не услышала ничего хорошего.
– На самом деле, у меня было важное дело. Наконец готов результат анализа единственной улики, которая осталась от таинственной гостьи. Оказывается, я ошибся.
У меня скрутило желудок.
Улика? Что еще за... Мой волос?!
Сейчас что, и по одному волоску можно провести лабораторное исследование? Разве для анализа ДНК не нужен целый клочок? Да и сам волос, может ли он нести в себе какую-то информацию? Разве для этого не нужны волосяные фолликулы или клетки кожи? Ладно, но если и так, я не помню, чтобы давала согласие на проведение анализа и предоставляла образцы для сравнительной экспертизы.
– Отсутствие пигмента, – ответил Максим Викторович, не дожидаясь от меня реакции на сброшенную им же бомбу. – Седые волосы лишены натурального пигмента меланина, а светлые – пигментированы. Это значит, что найденный волос – седой.
В глазах Богородского не было ни сочувствия, ни одобрения. Только холодный, оценивающий взгляд, который заставлял меня чувствовать себя голой под рентгеновскими лучами.
– Ну, не корите себя. Любви все возрасты покорны, – быстро нашлась я. – К тому же, некоторым мужчинам нравится, когда партнерша их намного старше. И вообще…
– Алиса! – рык босса заставил меня заткнуться.
– Да? – робко пискнула я под разъяренным взглядом.
Он подскочил со своего места и стремительно направился ко мне. Я невольно вжалась в кресло, предчувствуя неладное. Остановившись в опасной близости, он наклонился так, что я почувствовала его горячее дыхание на своем лице.
– Хватит играть в дурочку, Алиса.
Его голос был низким и угрожающим.
– Мне составить для вас новый список? Согласно статистике, седина у женщин появляется в возрасте тридцати пяти лет. Конечно, это зависит от генотипа, этнической и расовой принадлежности…
Мужчина схватился за подлокотники моего кресла, нависая над несчастной мной словно несокрушимая глыба льда. Нет, пожалуй, не льда. Голубые глаза Максима Викторовича словно полыхали синим пламенем. Он точно не был холоден и собран. Еще немного, и воспылает, сжигая все на своем пути.
Мне стало очень страшно. В глазах защипало, навернулись слезы. Таким начальника я раньше никогда не видела. Если сейчас чистосердечно признаюсь – что со мной будет? Он же живьем меня сожрет!
Максим Викторович некоторое время впивался в меня взглядом, и вдруг резко отступил, словно сдавшись, шумно выдохнул. Отвернулся, отошел в сторону, запустил пятерню в черные волосы, покачал головой и снова бросил в мою сторону взор. Я по-прежнему вжималась в спинку кресла, глядя на босса исподлобья, словно загнанный в ловушку хищником зверек.
– Можешь идти.
– А?
– Иди. Возвращайся к работе, Алиса.
Быстренько вскочила с места и побежала прочь, пока он не передумал. Схватившись за ручку двери, все же оглянулась. Босс с выражением какой-то болезненной самоиpонии смотрел на мой побег.
Вернулась на непослушных, словно ватных, ногах в свой кабинет и рухнула в офисное кресло, которое отъехало под действием толчка в стену.
Такое ощущение, словно пережила катастрофу. Вся жизнь промелькнула перед глазами. Мозг лихорадочно искал, где именно я допустила ошибку.
Моя покрытая засосами шея, возможный рассказ Ани о том, как к ней попал ключ от номера Богородского и как после нашего столкновения он оказался в моих руках, аптека и покупка таблеток срочной контрацепции, и вишенка на торте – анализ волоса, который вовсе не натуральный блондин и даже не крашеный.
Вдруг в голову пришла мысль. Я схватила рабочий телефон и позвонила по внутренней связи компании Оксане. Той болтушке из отдела рекламы. Особого труда уговорить ее дать мне номер не составило.
Через пять минут я уже слушала гудки в трубке.
– Алло? – раздался на том конце провода голос главной героини романа. – Кто это?
Через десять минут я, полная сомнений, прикусила губу.
«Что? А, то сообщение…Я скажу, но что мне за это будет? Ладно-ладно, только не говори моему парню, что я пыталась соблазнить твоего босса. Он жуть какой в себе неуверенный, пока не закончатся съемки, я не планирую его бросать…Хм, Максима Викторовича интересовали только те люди, которых я встретила в коридоре. Как выглядели, сколько их было…Ну, те, которые преследовали ту сумасшедшую бедняжку! Про нее он тоже хотел узнать. …Кто? Это она выронила карту от номера, которую ты потом забрала. …Об этом? Нет, не говорила. А что, должна была? Он же не это спрашивал…»
Кое-что все же прояснилось.
Во-первых, Максим Викторович интересовался только встречей девушки с заговорщиками, план которых подсыпать ему афродизиак и подсунуть зараженную вирусом девушку в кровать состоялся лишь наполовину.
Во-вторых, босс о подмене ключей и о том, что в итоге карта от его номера оказалась в моих руках, не подозревает. Про столкновение в аптеке Аня тоже умолчала.
В-третьих, в кино Богородский пошел с актрисой только потому, что та не желала отвечать на его расспросы. Условием того, что она ему все расскажет, и было это неудавшееся свидание в кинотеатре. Как итог, она все-таки ответила ему на все, что его интересовало, а он взамен предоставил ей возможность пройти прослушивание в готовящийся к съемкам фильм через связи с продюсером, оказавшимся бывшим одноклассником босса.
– Алиса? Ты еще здесь? – позвала меня девушка.
– Угу.
Я прикрыла веки и потерла пульсирующие от боли виски. Кажется, у меня начинается мигрень.