Страница 5 из 66
«Нужно все обдумать. Похоже, в сотой жизни у меня появилась особая способность – слышать „голоса чужих сердец“. Когда я не хочу их слышать, достаточно пожелать – и голоса смолкают. Значит, этой силой можно управлять».
А еще этот дар раскрыл для Альфины важную истину. Раньше она думала, что ее слова остаются без внимания потому, что ей никто не верит – но в глубине души, как казалось, все считали ее невиновной. Этому бы порадоваться, однако растерянность перевешивала: если окружающие знали правду, почему же Альфину казнили?
Помимо этого, было здесь и кое-что еще:
«Я прямо-таки полна сил!»
Проснувшись, девушка обнаружила, что чувствует себя на редкость бодро. За девяносто девять жизней она ни разу не болела, но в этой жизни ее переполняла небывалая энергия. И не только энергия – магическая сила струилась внутри с непривычной мощью. Магия всегда давалась Альфине хуже, чем физические упражнения, но теперь казалось, что она способна с легкостью справляться даже со сложными заклинаниями.
«Можно ли как-то это проверить?.. Вряд ли стоит в тесной комнатушке швыряться огненными шарами или вызывать ураганы».
Опасные мысли мелькали в голове, когда краем глаза она заметила маленькую тень. Это был белый кот, обитатель башни. Несмотря на бродячую жизнь, шерсть у него лоснилась, тело было гибким, а глаза – алыми, словно рубины. Возможно, когда-то он принадлежал какому-нибудь вельможе. Кот неизменно появлялся, стоило Альфине оказаться в заточении, и она успела к нему привыкнуть. Однако вдруг…
«Похоже, вы пробудили свою
силу,
госпожа Альфина», – прозвучал голос, хотя кот лишь мяукнул:
– Ня.
Девушка не поверила своим ушам. Она оглядела комнату, но, кроме нее и кота, здесь никого не было. Стражники дежурили этажом ниже и не поднимались без надобности.
«Не стоит так удивляться. Разве вы не слышали множества людских
голосов
по пути сюда?»
Белый кот подошел ближе, и Альфина внимательно посмотрела на него.
«Зови меня Хииро», – продолжил он спокойным голосом, который звучал прямо в сознании.
Сверкнув алыми глазами, словно рубинами, Хииро начал свой рассказ.
* * *
– Я
фамильяр
, созданный вашей бабушкой, госпожой Юринар.
– Моей бабушкой?! Теперь понятно… Юринар Фин Сильвана.
Ее бабушка, ушедшая из жизни, когда Альфине было десять, служила придворным магом империи. Она славилась мастерством в наложении чар и подчиняла себе множество животных и растений в качестве фамильяров. Ее считали величайшим магом империи. Даже теперь, закрывая глаза, Альфина видела добрую улыбку бабушки, жившей в скромном домике в лесу и окруженной цветами и зверями. Несмотря на высокий пост, она никогда не кичилась этим и была бесконечно ласкова к озорной Альфине. Для девочки, вечно получавшей нагоняи от матери, эта доброта была бесценна.
– Если ты фамильяр моей бабушки, это объясняет твою необычную силу. Может, ты знаешь и о том, что я прожила сто жизней?
– Сто жизней? – переспросил Хииро, и его лоснящийся хвост резко встал торчком. – На вас наложена магия цикла, госпожа Альфина. Она срабатывает при несправедливой смерти, возвращая время к определенному моменту. Но… сто раз – это поразительно.
– Так уж поразительно?
– Да. Даже Юринар, наложившая эту магию, вряд ли предполагала сто повторений. Пережить сто насильственных смертей… Обычному человеку это давно бы сломило дух. Вам, верно, было тяжело.
«Так вот оно что… Но, если подумать, возвращаться снова и снова к самым ярким годам юности не так уж плохо».
– Юринар наложила магию цикла ради вас, своей любимой внучки. Это не просто повторение. С каждым новым циклом ваша сила растет. После ста циклов в вас, госпожа Альфина, должно быть, пробудилась невероятная мощь. Я ждал, когда это случится, – пояснил Хииро.
– Похоже на то…
«Магия чтения сердец позволяет слышать сокровенные мысли других. Кажется, в старом бабушкином гримуаре я читала об этом. Но кто бы мог подумать, что я сама обрету этот дар?»
– Бабушка предвидела это?
– Смутно, – признался Хииро. – Юринар часто говорила мне, что, сколько бы она ни гадала, путь госпожи Альфины скрыт за ослепительным светом.
– Этот свет – Святая Дэбонэя, верно?
Хвост Хииро качнулся, словно в знак согласия.
– Эта Святая злоупотребляет магией света, – продолжил он. – Она использует ее, чтобы контролировать действия других людей.
– То есть она может заставлять их действовать против воли?
– Именно так, – подтвердил Хииро. – Когда Святая Дэбонэя явилась к императору, она наложила древнюю магию принуждения на всех присутствующих: от принцев и вельмож до стражников. Это запретное заклинание, подчиняющее чужую волю. Император и его двор превратились в ее марионеток.
Если верить словам Хииро, все сходится. С тех пор как Святая появилась в стране, император словно стал другим человеком. Он начал во всем – от государственных дел до военных решений – полагаться на ее советы, слепо следуя им. Ослепительная красота Святой заморочила голову всей империи. Да, даже непреклонный принц Лайонэтто не устоял…
– Но моя матушка, кажется, не была под ее чарами?
– Магия Святой особенно сильно действует на мужчин. Женщин она почти не трогает.
– Вот как…
– Да, просто возмутительно! Это не святая, а какая-то похотливая ведьма!
Хоть Дэбонэя и была врагом, подставившим ее, Альфина признавала способности Святой. Та мастерски владела множеством заклинаний света, была красноречива и обладала всеми качествами, что так нравятся мужчинам: утонченностью, хрупкостью, изяществом. Альфина же, напротив, была грубоватой и необузданной. Хрупкость? В ней бы не нашлось и намека на это. Герцогская дочь предпочитала скакать на коне по диким пустошам, а не любоваться цветами в садах дворца, поэтому ей казалось естественным, что принц Лайонэтто выбрал Святую, а не ее.
– Я в бешенстве! – заявил Хииро, и его глаза сверкнули. – Подставить госпожу Альфину, обвинив в ложном преступлении, чтобы занять место невесты принца – это возмутительный поступок! Служить великому богу Дзэносу и при этом быть столь нечистой – верх бесчестия. Она должна ответить за все!
– Это верно… – согласилась Альфина.
Внезапно ее взгляд устремился к маленькому окну. На красной крыше дворца сидела пара птичек. Заметив девушку, они мило чирикнули: «Чик-чирик» – и улетели. Под ласковым ветром они свободно расправили крылья в бескрайнем небе.
«Свобода».