Страница 41 из 66
Глава 8
И все-таки кто же такая эта Святая? Если кратко – посланница великого бога Дзэноса. Он – верховное божество среди двенадцати богов, а святая – жрица, которую, как говорят, великий бог отправил на землю своим наместником. Она способна слышать откровения Дзэноса, например: «Этим летом будет засуха, запасайте еду». За такие ценные пророчества ее в любой стране принимают как почетную гостью и никогда не обходятся с ней пренебрежительно.
Святая появляется лишь одна в поколение. Если она умирает, следующую приходится ждать десятилетиями. Признание святой – дело церкви Дзэноса, крупной и единственной религиозной организации в мире. Когда-то, говорят, религий было множество, но теперь осталась только эта. Именно она объявляет: «С сегодняшнего дня эта девушка – святая. Уважайте ее!» Святую в любой стране носят на руках и лелеют до самой смерти, и все это благодаря поддержке церкви. Святая Дэбонэя сумела этим воспользоваться: она попросила защиты у церкви в империи Лайон и сбежала в королевство Хэвенроуз, где принялась уверять королевскую семью в том, что она невиновна.
Арль, которую Святая убила девяносто девять раз, подумала: «Опять, небось, эта свинья разыграла дешевую драму».
По сведениям Хииро, Дэбонэя прячется в глубине дворца в Хэвенроузе под строгой охраной, боясь, что империя попытается ее похитить. Теперь к ней допускают только членов королевской семьи и представителей церкви.
Цель Арль проста: встретиться со Святой, сразиться с ней, наказать и притащить ее обратно в империю. Если император на этот раз казнит Святую и покажет всему миру, что империя сильна и порядок восстановлен, королевство, возможно, передумает начинать войну. Но как же добраться туда?
Можно, конечно, попросить принца Явунрока: «Сведи меня со Святой». Однако девушка даже думать об этом не хотела. Встретиться с Владыкой Черной Розы? Ни за что! Он, возможно, начнет петь, прыгать или, чего доброго, кататься по полу – это просто невыносимо. К нему лучше не обращаться, разве что в крайнем случае.
А раз так, остается путь через церковь. Здесь все решают деньги: сделай щедрое пожертвование, попроси встречи – и шанс есть. В конце концов, это та самая церковь, что возносит эту свинью в ранг святой. Они падки на золото. Сколько Арль себя помнила, еще с детства она слышала грязные слухи, связанные с церковью.
Конечно, все зависит от суммы. Арль поручила Хииро продать несколько редких снадобий, что хранила бабушка Юринар, и обменять выручку на золотые слитки. Снадобья можно сделать снова, а если война разрушит лес, его восстановление займет годы. Чтобы выглядеть убедительно, девушка придумала небольшую «легенду»: Арль Фиа Анэс – младшая дочь герцогского дома из далекой восточной страны, девица высокого происхождения. Это была идея Хииро.
– Подумайте, госпожа, – сказал он, – хранительница леса, ведущая скромную жизнь, вдруг появляется с кучей золотых слитков? Это вызовет подозрения! А если представить вас дочерью герцога из далекой восточной страны, с которой нет дипломатических связей ни у империи, ни у королевства, никто ничего не заподозрит. К тому же вы ведь и правда были герцогской дочерью, так что это даже не ложь!
– Серьезно? Опять аристократка? Герцогская дочь?
В итоге он все же ее уговорил.
* * *
Спустя месяц после схватки наследника Лайонэтто и принца Явунрока Арль вместе с Хииро приехала в Розэн – столицу королевства Хэвенроуз. Это был город-крепость, окруженный высокими стенами, площадью втрое меньше имперской столицы, хотя жило там столько же людей.
Они направились к церкви Дзэноса на юге Розэна. Когда Арль принялась выкладывать кожаные мешки с золотыми слитками, лицо главы местного отделения церкви, поначалу хмурого, начало багроветь. Мешки падали на стол с глухим «бум». Толстяк раскачивался то вперед, то вбок, вытирал рясу и, почти захлебываясь, воскликнул:
– О герцогская дочь Арль, вы истинный пример для всех верующих Дзэноса!
«Фу, до чего мерзко! Эта церковь прогнила насквозь», – подумала она. Тем не менее, встретиться со Святой ей разрешили. О времени и дне обещали сообщить позже, так что придется задержаться в столице. Арль сняла комнату в гостинице прямо у стен королевского замка. По дороге из церкви, пока карета везла ее к гостинице, она разглядывала город. Улица напоминала рынок: лавки выстроились в ряд и толпы покупателей оживленно суетились между ними.
– Эта суета, пожалуй, похуже чем в империи.
– И правда, – согласился Хииро. – По сравнению с имперской столицей тут все пестро и сумбурно. Народу больше, и лавок тоже.
– Когда я была здесь раньше, все казалось куда унылее. А теперь жизнь будто расцвела.
В детстве она однажды приезжала сюда с отцом. Восторг от первого путешествия в чужую страну захлестывал Альфину, и она, не слушая отца, носилась по улицам. Тогда взгляды местных казались ей пустыми, лишенными жизни.
«Империя все еще куда сильнее», – говорил отец, и она это запомнила. Но теперь, после десятка лет и череды политических бурь, силы двух стран сравнялись. Седьмой принц Явунрок, чьи шансы на трон были ничтожны, набрал мощь, стал героем, и королевство возродилось, став равным империи.
«И этот принц, Владыка Черной Розы, думает обо мне? – размышляла Арль. – Что это было за пение, весь тот концерт? Может, мне все приснилось? Впрочем, хватит думать об этом».
– Кстати, Хииро, прошел почти месяц с того случая в лесу, а война все еще не началась.
– Да, – отозвался верный спутник. – Судя по всему, войска обеих стран стягиваются к границе, но бои пока не начались.
– Почему? Явунрок-то, казалось, готов был ринуться в бой хоть завтра!
Хииро ненадолго задумался, прежде чем ответить.
– Скорее всего, дело во взрывах, о которых в последнее время часто слышно в столице.
– Взрывах?
– Они то и дело гремят возле королевского замка, разрушаются куски крепостной стены. Странно, но жертв пока нет, хотя среди горожан растет беспокойство.
– Вот как…
Из окна кареты город казался мирным, даже не верилось, что здесь происходило нечто подобное.
– Даже Владыке Черной Розы сейчас, похоже, не до войны.
– Да. Возможно, ее отложат, пока не поймают возмутителей спокойствия.
Для Арль это было выгодно. Но кто и зачем устраивает эти взрывы?