Страница 28 из 66
Он кинулся к телу бывшей невесты, не обращая внимания, как кровь пропитывает его одежду. Сжимая в руках отрубленную голову куклы, он раз за разом касался ее щеки, не зная, что это обман. Его лицо, белое, как мрамор, было залито фальшивой кровью и рекой его собственных слез.
– Впервые вижу, чтобы Золотой Драгоценный Клинок так растерялся, – заметил Хииро, не скрывая изумления. – А ведь его считали холодным и беспощадным.
– Ваше высочество…
Альфина застыла, глядя на принца, чье имя гремело по всей империи. Она и представить не могла, что ее так любили. Девушка всегда считала, что ее помолвка с принцем – лишь политический ход. Он держался холодно, отстраненно, и они почти не бывали наедине. Даже когда ее дар пробудился и Альфина начала слышать чужие мысли, она сомневалась в его чувствах. Но теперь… Кто бы мог подумать, что герой, чьи доблесть и красота славились в великих державах, потерял почву под ногами из-за смерти одной девушки?
И не только принц Лайонэтто был охвачен горем.
– Уа-а-а-а!
Пронзительный вопль разнесся по площади. Ашли Кислинг, синеволосый юноша в очках, рухнул на колени.
– Альфина! О Альфина! Почему, почему я не остановил это?! – кричал он, а в мыслях билось: «Провал! Провал! Провал! Идиот! Кислинг, ты жалкий глупец!»
Он рвал волосы, не замечая, как очки упали на землю. Слезы крупными каплями стекали по щекам. В его голосе и мыслях слышалось искреннее раскаяние.
– Какой из меня доверенный принца?! Не смог вовремя остановить его! И это я мнил себя мудрецом?! Да я достоин тысячи смертей! – кричал он, а в голове было лишь: «Умереть, умереть, умереть… Позор – жить в мире без Альфины! Лучше последовать за ней!»
Когда Кислинг выхватил из кармана короткий кинжал, Альфина немедля бросила:
– Хииро! Целься в кинжал!
– Слушаюсь! – отозвался он.
Стрела прорезала воздух и вонзилась в рукоять оружия, выбив его из руки Кислинга.
«Тебе не нужно умирать, – мысленно обратилась Альфина к бывшему однокласснику. – Твое место рядом с принцем. Перестань цепляться за мертвую подругу и смотри в завтрашний день».
Пока Кислинг сидел оцепенев, хаос на площади только нарастал.
– Прекрати, Карл! Хватит! – крикнул отец Альфины.
Она перевела взгляд: ее младший брат с бесстрастным лицом монотонно читал заклинание громового удара. В его мыслях звучало: «Убить. Святую. Убить. За сестру».
От холодной решимости и бурлящей магической силы в его голосе Альфину пробрала дрожь. Лишь такой гений, как Карл, мог распознать виновницу в этой неразберихе. Но применить «Громовой удар» в толпе? Это была бы катастрофа.
По-сестрински Альфина почти умилилась: брат готов обрушить сверхмощную магию ради нее. Но разум взял верх. Из-за Святой не стоило устраивать бойню.
– Хииро, теперь останови Карла! – бросила она.
– Не понадобится, – ответил тот.
Отец, выхватив платок, уже зажал Карлу рот. Каким бы гениальным магом ни был этот мальчишка, силой он уступал взрослому. Заклинание прервалось.
«Старшая сестра… сестра… прости, – звучало в мыслях Карла. – Прости своего бесполезного брата. Если бы я знал… я бы проводил с тобой больше времени».
Он молча опустил голову. Каждый на площади переживал свое горе, одна лишь легкомысленная счастливая свинья, не понимая происходящего, пританцовывала.
«Бу-хи-хи, бу-хи-хи! Бу-хи-хи-и! Дряньфина сдохла! Дэбонэя победила! Бу-хи-и!»
Казалось, даже вонь от соломы из свинарника доносилась сюда. Не подозревая, что ее мысли слышны всем, Святая направилась к принцу почти вприпрыжку.
– Я понимаю, что вы чувствуете, ваше высочество. Вы имеете право погоревать. Я всегда готова вас утешить. Ну же… – защебетала она, а в голове у нее гремело: «Гу-ху-ху! Давай, зарой свое красивое личико в мою грудь! Будь очарован мной навек! Хья-хя-хя!»
Ее хохот, похожий на крик диковинной птицы, врезался в сознание толпы. Гудевшие аристократы один за другим умолкали, устремляя взгляды на Святую.
– Святая Дэбонэя… – произнес Лайонэтто, все еще сжимая голову Альфины.
Он медленно поднял заплаканное лицо. Его голубые глаза, которое барды сравнивали с молниями, сверкнули, вперившись в Святую.
– Что ты с нами сделала? Ты подстроила весь этот кошмар?
В ответ Дэбонэя выдала лишь: «Бу… Хрю?» – похожее на настоящий свинячий визг. Она застыла с раскрытыми объятиями, уже готовая прижать принца к груди и пустить слюни.
– Палачи! Схватить Святую! Она подозревается в заговоре против моей невесты Альфины! – громогласно велел Лайонэтто.
– Ч-что?! – взвизгнула Дэбонэя. – С чего вдруг?!
Она лихорадочно ощупала лоб. Обруча, что всегда был на ней, не оказалось. Его разбила стрела Хииро. Лицо Святой побелело, и она затряслась.
– Как? Все раскрылось? Неужели мой план сделать Лайо моим – псу под хвост?..
– Не смей звать меня Лайо, бесстыдница! – оборвал ее принц. – Только одна женщина могла так меня называть. Только Альфина!
Теперь ее слова вторили мыслям. Два палача, что недавно вывели Альфину на эшафот, грубо схватили Святую. Их лица, прежде бесстрастные, пылали гневом из-за осознания, что их обманули.
«Как ты посмела заставить нас убить госпожу Альфину?!» – донеслись до нее их мысли.
«Ну, пора заканчивать, – произнесла Альфина прямо в сознании Святой. – Это тебе за девяносто девять смертей. Впечатляет, правда?»
– Ай! – взвизгнула Дэбонэя, выпучив глаза от ужаса. – Кто это? Неужели… призрак Альфины?!
Девушка вздохнула, глядя на нее. Она считала, что встретила умного противника, но перед ней оказалась лишь жалкая свинья.
«Теперь-то ты поняла, что, какими бы грязными уловками ни пользовалась, чужие сердца тебе не завоевать?»
«Ха?! Не болтай о высоком, призрак!
– огрызнулась Дэбонэя.
– С моей красотой и магией любой мужчина…»
«Ага, ага, – перебила ее Альфина. – Ну продолжай охоту за мужчинами до самой смерти, похотливая Святая. Хотя тебе осталось недолго».
Святая подчинила своей воле самого императора, аристократов и даже членов императорской семьи, управляя ими с помощью магии. Теперь она отправится на гильотину, в этом нет сомнений. Счет оплачен. Пора уходить.
– Пойдем, Хииро, – сказала Альфина, развеяв магию дальновидения.
– Нет ли у вас сожалений, госпожа? – спросил он.
Она промолчала, закрыв глаза, и подумала с чувством: