Страница 41 из 103
Такеши отвел взгляд, и сгустившаяся между ними тишина превратилась в бурный поток, грозящий разорвать их связь.
– Мне не нужны лишние проблемы из-за смерти заключенного в моем блоке. И бумажной волокиты много, – прозвучал наконец холодный голос.
Услышав жестокие слова, Халани моргнула и резко поджала губы. Она была всего лишь проблемой. Досадной неприятностью. Но глупо ожидать от него чего-то другого. Он и так сделал больше, чем нужно, когда принес ее в лазарет. Следовало быть благодарной.
Но почему тогда его слова ранили так сильно?
Халани прочистила горло.
– Ну что ж, все равно спасибо. Не хочу создавать тебе новые проблемы, так что можешь идти. Хотя тебе вряд ли требуется мое разрешение.
Губы Такеши сжались в тонкую линию, а исходящая от него агрессия поразила Халани. Казалось, он мысленно разрывает ее на части.
– О чем ты, черт возьми, думала? – Он даже не повысил голоса. Говорил медленно и спокойно, и почему-то от этого было еще страшнее.
– Что?
– Почему ты приняла ее вызов?
Халани с трудом сглотнула, когда на нее обрушилось воспоминание о том, как Дана разрывала ее сердце.
– У меня не было выбора.
Такеши подался вперед и поставил локти на колени.
– Ты ошибаешься. Она тебя подловила, а ты клюнула.
Халани тяжело вздохнула.
– Если бы ты только знал, что я почувствовала, когда она порвала фотографию. Как много для меня значил этот снимок. – Ее голос дрогнул.
Такеши ничего не сказал в ответ, просто продолжал прожигать ее взглядом, пока она балансировала на грани нового срыва.
– Если бы кто-то унизил тебя и уничтожил единственное, что осталось от семьи, ты бы как поступил? – спросила Халани.
– Я бы уничтожил его.
– Значит, ты должен понимать, почему я пошла на это.
Каким бы безумным это ни казалось, Халани хотела, чтобы Такеши согласился с ней. Хотела, чтобы кто-нибудь, кто угодно, просто выслушал ее.
– Мы с тобой не похожи. – Он пронзил ее безжалостным взглядом. – Когда я ввязываюсь в драку, Кейнс, то довожу дело до конца. Ты правда надеялась победить?
Халани заколебалась. Она не думала о победе. Единственное, чего она хотела, – это заставить Дану страдать так же, как страдала она. Пусть даже ценой собственной жизни.
И Такеши прочел ответ в ее глазах.
– Так я и думал. – Он откинулся на спинку кресла. – Ты слишком легкомысленно относишься к своей жизни. Если бы ты не позволяла эмоциям затуманивать разум, то не лежала бы здесь.
Халани уставилась на белое покрывало, желая исчезнуть в его складках. Она больше не могла смотреть на Такеши, потому что он был прав. Видел слишком многое. Обнажал глубочайшие изъяны, словно ее разум был открытой книгой.
Халани и правда не понимала ценности своей жизни – не видела больше смысла жить. Все уже потеряно. Она оказалась близка к тому, чтобы взять дело в свои руки и покончить со всем этим в Брадерхельме. Хотела сделать это так много раз.
Но что-то всегда ее останавливало.
Какой-то тихий, но очень настойчивый голос. И чем больше она общалась с Винни, тем громче он становился. Как будто голоса людей, которые погибли здесь задолго до нее, протестовали.
Призывали ее очнуться.
Проснись
.
– Кейнс? – тихо окликнул ее Такеши, прерывая ее мысли.
– Да?
Взгляд Халани встретился со взглядом его пронзительных глаз, и она потерялась в пучине их черноты. Она чувствовала всю тяжесть его гнева, а воздух вокруг наполнился почти осязаемым жаром. Но внезапно взгляд Такеши смягчился.
– Как бы то ни было, хоть я и считаю твой поступок глупым, ты проявила мужество.
Комплимент ошеломил ее, и Халани выпрямилась.
– Правда?
– Да, – вздохнул он. – Ты вовсе не слабая. Просто действуешь безрассудно, нелогично и вспыльчиво.
Халани закатила глаза.
– А ты раздражаешь меня тем, что просто дышишь.
Уголок его губ приподнялся, и она ахнула:
– Не знала, что Капитан Брадерхельма умеет улыбаться.
– Твое пострадавшее лицо здорово улучшает чувство юмора.
Такеши вновь принял суровый вид, но враждебная атмосфера на мгновение ослабла, как будто в их взаимном презрении таилось странное умиротворение. Спустя несколько секунд уютного молчания Такеши напрягся. Он нахмурился, не отрывая от нее взгляда, и встал с кресла.
– Мне пора идти. – Выражение его лица стало мрачным, а голос лишился теплоты. Такеши отдалился, словно оказавшись за тысячу километров, хотя стоял всего в двух шагах от нее.
Халани хмуро наблюдала за тем, как он поправляет оружие на поясе.
Казалось, Капитан Стил и Такеши были двумя совершенно разными людьми: один из них любил причинять боль, а другой был непостижимой загадкой. Но они оба оставались прирожденными убийцами, способными сокрушить любого врага.
Глаза Халани вспыхнули, а в голове зародилась идея.
– Могу я тебя кое о чем попросить?
Такеши насторожился:
– О чем?
– Все видели мое поражение. И некоторые – Дана уж точно – теперь будут считать меня легкой добычей, ведь так?
Он ненадолго замер.
– Возможно.
– Я хочу быть готова ко всему, чтобы не возвращаться сюда.
Ее так часто бросали, мучили, ломая волю, даже избивали до потери сознания, что она уже не мыслила жизни без страданий. И Халани цеплялась за них, не отпускала до тех пор, пока они не стала частью ее личности. Халани была настолько сломлена, что не доверяла тем, кто не делал ей больно. Но что-то переменилось. Глубоко укоренившийся гнев призывал ее обрести над собой контроль и дать отпор.
Такеши стиснул челюсти и одарил ее холодным взглядом. Вероятно, понял, к чему она клонит.
Халани не хотела просить его о помощи, никогда даже не думала, что окажется в таком положении, но сделала глубокий вдох и шагнула в неизвестность.
– Ты можешь научить меня драться? Чтобы я могла хотя бы защитить себя?
– Нет, – отрезал Такеши и направился к выходу.
Халани попыталась приподняться, но лишь скривилась от боли, потому что тело не слушалось.
– Постой… Пожалуйста…
Он замер, сжав кулаки.
– Я буду хорошей ученицей. Дай мне хотя бы шанс.
Такеши резко выдохнул и снова повернулся к ней.
– Спишу твой неуместный вопрос на сотрясение мозга. Ты явно не понимаешь, кто я такой. Я здесь не для того, чтобы тебя спасать. Если попробуешь выкинуть что-то глупое по отношению ко мне, мне придется тебя убить.
– Я бы не стала.