Страница 34 из 103
Губернатор Хаксли усмехнулся и склонил голову набок.
– Откуда вам знать, если вы никогда не были в Генезисе?
Главный стражник побледнел.
– Н-нет, сэр! Простите великодушно, сэр! Я никогда бы не посмел возражать вашему мнению, сэр. У вас безупречный вкус, и вы, безусловно, всегда правы. – Он сглотнул, и его кадык судорожно дернулся.
Наступившая тишина, казалось, длилась целую вечность. Наконец Александр Хаксли разразился оглушительным смехом. К нему присоединились трое стражников и члены Совета.
Эта неприятная сцена напомнила Халани разворачивающийся в реальной жизни кукольный спектакль, где Губернатор дергал за невидимые нити.
– Город чтит своих сыновей. – Хаксли похлопал по плечу дрожащего от страха стражника. – Я уверен, в случае бунта ты смело пойдешь на передовую, чтобы освободить Аполлон от каждого, кто дерзнет уничтожить его.
Стражник с облегчением выпрямился и гордо выпятил грудь.
– Конечно, сэр, можете на меня рассчитывать.
– Прекрасно, прекрасно. – Губернатор сделал несколько шагов вперед и равнодушно махнул рукой. – Предполагаю, это заключенные Брадерхельма, привлеченные к уборке города, так?
Халани энергично подметала, не отрывая взгляда от метлы, но все ее внимание было сосредоточено на Губернаторе. Голос стражника эхом прозвучал у нее в ушах:
– Да, сэр. Мы внимательно следим за ними.
Губернатор Хаксли медленно приблизился к заключенным слева от Халани.
– Участие в уборке города – отличный способ контролировать реабилитацию заключенных. Держать их в узде. Видите ли, советники, не все заключенные из Брадерхельма окончательно потеряны для общества. – Его бархатистый голос заставил Халани содрогнуться.
Он вплотную подошел к Халани, которая вцепилась в метлу, как в единственный спасительный круг, и не отрывала взгляда от земли.
– Некоторых невозможно исправить, Губернатор Хаксли, – отважился сказать один из советников.
– Как того Смертника.
Члены Совета начали перешептываться между собой, а в воздухе повисло напряжение.
Халани нахмурилась, услышав произнесенные шепотом слова. Смертники были настоящими знаменитостями. Они выполняли самую ответственную миссию в Аполлоне – пешком добирались до ближайшего торгового подземного города Гермеса.
Для этой работы отбирались немногие – лишь сильные физически и психологически устойчивые люди. Они обменивали урожай Аполлона на необходимые лекарства и прочие бесценные ресурсы. Путь до Гермеса занимал недели, не говоря уже о том, что им приходилось нести тяжелые противорадиационные костюмы и рюкзаки для припасов.
Эта должность была наиболее востребованной, но в то же время самой опасной. Все дело в том, что Аполлон располагал материалами для изготовления очень ограниченного числа защитных костюмов, способных выдержать высокий уровень радиации.
Многие Смертники погибли на опасных маршрутах, проходящих по поверхности Земли. И каждые полгода, возвращаясь из Гермеса в Генезис, они жили там как короли.
Халани слышала рассказы о Гермесе от одного Смертника, приглашенного на школьный выпускной в качестве почетного гостя.
– В Гермесе есть все! Магазины, бары. Даже казино! – рассказывал он, выпив лишнего на приеме перед началом мероприятия.
Халани понятия не имела, что такое «казино».
– У них там все продумано, уверяю вас. Людей держат довольными и сытыми, пока те гниют под землей. Медленно варятся в котле, – усмехнулся Смертник и одним глотком осушил бокал.
Халани продолжала смотреть на метлу, но скрытая угроза в голосе Александра Хаксли звучала весьма отчетливо:
– Я мог бы предложить тебе присоединиться к заключенным, Уайат, тогда ты точно сможешь сказать мне, помогает ли реабилитация или нет.
Больше член Совета не проронил ни слова.
– Кроме того, – продолжил Губернатор Хаксли уже ангельским тоном, встав прямо перед Халани, – некоторым из них можно даже найти достойное применение. Не все они чудовища, о которых вы предостерегаете своих детей. Верно, девочка?
Он обращался непосредственно к ней. Халани чувствовала на себе его тяжелый взгляд, от которого ползли мурашки по коже, но боялась взглянуть в глаза убийце собственных родителей.
– Отвечай своему Губернатору, заключенная! – Стражник взмахнул дубинкой, словно хлыстом, и Халани резко подняла голову с бешено колотящимся сердцем.
Губернатор жестом остановил стражника.
– В этом нет необходимости. Вы сможете развеять сомнения господина Уайата, заверив, что не представляете опасности, верно?
Халани встретилась с его льдисто-голубыми глазами, не в силах отвернуться. Они были холодными и пустыми, словно в них не осталось ни капли жизни. Возможно, потому, что он забрал ее у стольких людей.
– Д-да, сэр. Я верная гражданка Аполлона, – стиснув зубы, ответила Халани и склонила голову.
Отчасти ей хотелось замахнуться деревянным концом метлы, которую она держала в руках, и ударить его по голове. У нее был только один шанс напасть, прежде чем стражники вмешаются и убьют ее. Но оно того стоило бы.
Маленькая месть принесла бы мгновенное удовольствие, но Халани была достаточно умна, чтобы понимать: этого явно будет мало. Смерть из-за простого удара по голове была бы бессмысленной. Поэтому нет.
Его должна постигнуть та же участь, что и ее родителей.
Александр улыбнулся и одарил ее теплым, дружелюбным взглядом. Халани снова поразилась его неземной привлекательностью.
– Хороший ответ. Вы определенно не похожи на большинство заключенных. Как вас зовут? Настоящее имя.
– Халани Кейнс… сэр, – ответила она, стараясь придать голосу твердости.
– И что же вы сделали, чтобы попасть в тюрьму? – Губернатор склонил голову набок, по-прежнему слегка улыбаясь.
Халани замешкалась, интуитивно чувствуя, насколько опасен этот, казалось бы, простой вопрос.
Что, если она ответит и Губернатор решит, что наказание было недостаточно суровым, и отправит ее на поверхность?
Или же то была лишь игра, и он уже знал, за что ее приговорили. Губернатор мог проверять Халани, чтобы она раскрыла правду.
Ей пришлось рискнуть.
– Губернатор Хаксли, любое преступление против Аполлона непременно должно повлечь за собой наказание – заключение в Брадерхельм. Было бы глупо считать, что такой умный человек, как вы, позволит чему-то в вашем городе остаться незамеченным. – Халани сделала паузу, тщательно подбирая следующие слова.
Он приподнял бровь.