Страница 23 из 103
8
Демоны больше не дремлют в хаосе сна. Я слышу их зловещие шаги, доносящиеся со дна
Комнаты стражников располагались на самом нижнем уровне Брадерхельма. Стены из черного гранита и горящие факелы не давали никакого тепла, отчего по спине Халани побежали мурашки.
Она катила тележку, полную книг, по темному коридору, вцепившись вспотевшими ладонями в металлические ручки. Пугающую тишину нарушали лишь скрип колес по каменному полу и учащенное дыхание Халани.
Она всем своим существом чувствовала, что надвигается опасность. Волоски у нее на руках встали дыбом, а взгляд тревожно скользил по каждому углу, щели и стальной двери, мимо которых она проходила.
Из одной из комнат донесся приглушенный крик, эхом отдавшийся в коридоре. Халани резко обернулась, и ее глаза расширились от ужаса. Заключенных поблизости видно не было, но пронзительный рев пронзал тускло освещенный коридор, словно смертоносный гимн. Кровь отхлынула от лица Халани, а все тело покрылось мурашками. Однако крики прекратились так же внезапно, как начались, и в неподвижном воздухе слышалось лишь судорожное биение ее сердца.
Ей нужно было убираться отсюда. Сейчас же.
Не теряя времени, Халани положила по книге у каждой двери. Здесь не было ни решеток, ни камер. А стражники, как оказалось, жили в отдельных комнатах. Но Халани не собиралась стучаться и просить провести ей экскурсию. Адреналин носился по венам так неистово, что она даже перестала ощущать боль в руках, а ее тело двигалось с рекордной скоростью.
На каждой двери был выгравирован номер. Халани, почти не глядя, записывала их на листок, который дала Винни. Когда Халани наклонилась перед очередной стальной дверью, та неожиданно распахнулась.
В поле ее зрения появились черные ботинки.
Халани на мгновение оцепенела. Ее взгляд медленно скользнул по широкой груди, обтянутой черным жилетом, по массивным плечам и наконец остановился на лице со зловещей ухмылкой. Лысая голова мужчины блестела так, будто ее натерли воском. Он смотрел на Халани сверху вниз с пугающим видом, отчего ее сердце пропустило удар.
– Ты пришла мне помочь, заключенная? – Ухмылка стражника стала еще шире, пока он холодными голубыми глазами осматривал ее сгорбленную фигуру.
Халани резко выпрямилась, чувствуя, как леденящий страх обволакивает кожу. Она дрожащими руками протянула книгу.
– Ваш ежегодный обзор Уставов Аполлона, сэр. – Она опустила голову, частично скрывая лицо за прядями волос.
Стражник шагнул ближе, источая хладнокровие убийцы, от которого покалывало кожу. Халани отступила назад, готовая рвануть с места. Но мужчина заметил ее движение и с усмешкой подошел еще ближе. В его пронизывающем взгляде не отражалось ни доброты, ни безразличия, но там было нечто куда более худшее – жестокий интерес.
– Заключенные не должны бродить по этим коридорам одни.
Халани прикусила губу, пытаясь сохранять спокойствие, хотя ее сердце бешено колотилось в груди.
– Мне велели принести Уставы в каждую комнату.
Стражник прислонился к двери и покачал головой.
– Что ж, ты слишком медленно работаешь. И за это положено наказание. Но тебе повезло – сегодня у меня хорошее настроение. Заходи, и я забуду о твоей маленькой оплошности.
Дыхание Халани участилось. Слова Винни гудели в ушах, словно сигнал тревоги.
– Простите, мне нужно идти, чтобы закончить работу, – на выдохе пробормотала Халани и тяжело сглотнула. Она повернулась, чтобы уйти, но ее схватили за плечо.
Стражник надавил посильнее, отчего Халани скривилась, а на глаза ей навернулись слезы. Хватка была такой несокрушимой, словно кончики его пальцев вот-вот впечатаются в ее кости. Халани задержала дыхание, когда волна ужаса окутала ее, а каждая мышца в теле окаменела.
– Пожалуйста, отпустите меня, – взмолилась она.
Но стражник проигнорировал ее мольбу и свободной рукой достал серебряный складной нож, при виде которого зеленые глаза Халани едва не вылезти из орбит.
Когда он небрежно провел лезвием по ее предплечью, Халани попыталась отстраниться. Но стоило ей пошевелиться, как стражник вонзил нож в кожу, прочертив тонкую алую линию. По руке потекла струйка крови, и адреналин тут же ударил Халани в голову.
Он собирался ее убить.
Она умрет в этом затхлом подземелье.
Халани в панике огляделась по сторонам в поисках помощи. Но в коридоре больше никого не было. Она была одна. Что, если она закричит? Придет ли кто-нибудь ей на выручку? Но она уже знала ответы на эти отчаянные мысли.
В Брадерхельме изнасилование, похоже, было в порядке вещей.
Как бы Халани ни сопротивлялась, стражник притянул ее ближе к себе, обхватив шею руками, и прижал острое лезвие к коже. Вздрогнув от прикосновения ножа, Халани сглотнула и попыталась отвернуться, но стражник грубо сжал ее подбородок и заставил встретиться с ним взглядом.
– Выглядишь ничего так. Должно быть, новенькая. Если не доставишь мне хлопот, я не буду с тобой слишком груб. Обещаю. – Последнее слово он прошептал ей на ухо.
Воздух вокруг них сгустился, и стало трудно дышать. Халани словно парализовало, пока стражник притягивал ее все ближе и ближе. Она даже не двигалась. Почему она не могла пошевелиться?
Стражник скользнул влажным языком по мочке ее уха. И Халани закрыла глаза, вонзая ногти в ладони, чувствуя, как сознание начинает постепенно отключаться. Горячее дыхание обжигало шею, а твердая выпуклость в штанах мужчины упиралась ей в живот.
– На колени и возьми его в рот, – скомандовал он.
Глаза Халани распахнулись. Не раздумывая, она навалилась на стражника всем своим телом и со всей силы ударила коленом в пах. Издав тяжелый стон, он отпустил ее руку и согнулся пополам, обхватив живот.
– Ах ты, маленькая дрянь! – выругался стражник, не в силах разогнуться.
Халани не стала терять ни секунды. Оттолкнула тележку и бросилась вверх по лестнице. Ее ноги двигались все быстрее и быстрее, словно позади бушевал свирепый пожар.
Остальные заключенные еще заканчивали дневную смену, поэтому никто не видел, как она спасалась бегством, чтобы защитить свою жизнь. Халани остановилась, только когда добралась до своего блока. Уперлась руками в колени и закашлялась от изнеможения. Пот струился по ее телу.
Проведя ладонями по волосам, она заметила, что ее конечности трясутся. Взгляд метался по коридору, лихорадочно выискивая признаки присутствия стражника, но его нигде не было видно.