Король призраков

Вокруг возвышения стояло около пятидесяти фейри – самые свирепые из его воинов, судя по рунам, украшавшим их голую кожу. За ними из-за ближайших палаток выглядывали женщины и дети. Некоторые набрались храбрости и подошли поближе, чтобы посмотреть на пришельцев.

Рука Уны дрогнула в моей, она замедлилась. Я остановился и повернулся к ней, но ее ошарашенный взгляд остался прикованным к помосту.

– Все хорошо, мизра, – тихо пробормотал я. – Он тебя не тронет.

Она прижалась ко мне и прошептала:

– Его зубы длинной с мою руку.

Она преувеличивала, но он был чудовищно огромным фейри.

– Доверься мне, милая Уна. Тебе не причинят вреда.

Наконец она подняла взгляд на меня и тяжело сглотнула.

– Ты мне доверяешь? – спросил я.

– Конечно, – ответила она, не задумываясь, мое сердце пропустило удар.

Она доверяла мне. Это чуть не сбило меня с ног. Я крепче сжал ее руку и, притянув ближе к себе, повел к подножию помоста.

– Приветствую, лорд Редвир. Мы принесли тебе подарок.

Пулло шагнул к возвышению. Гигантский черный волк Редвира зарычал. Пулло замедлил шаги и положил на помост прекрасный короткий меч из черной стали.

Однако внимание лорда было приковано не ко мне и не к дару. Оно было приковано к Уне. Я этого ожидал. Еще ни один призрачный король не брал в качестве мизры или пары фейри другого вида.

– Какую интересную гостью ты привел в мой дом, Голл.

Меня не удивило и не оскорбило его обращение не по титулу. Хотя призрачный король контролировал всю торговлю Нортгалла с остальным цивилизованным миром, дикие фейри и фейри теней не признавали моей власти над Нортгаллом. По крайней мере, над землями, в которых они жили. И возможно, я не имел власти над ними. Но это не означало, что они не процветали благодаря прибылям, которые я принес Нортгаллу вместо них.

Даже сейчас я видел, что некоторые их женщины одеты в яркие шелковые ткани. Эти шелка доставляли из Хелламера в Белладум через Пограничье. Мне удалось наладить связи с некоторыми более открытыми крупными торговцами в Хелламере, пока я скрывался, задолго до окончания войны.

Это еще одна причина, по которой Хелламер остался нетронутым во время долгой войны с Люмерией. Но, хотя дикие фейри наслаждались шелками, элем и даже мевианским вином, лорд Редвир никогда не признается, что они нуждаются в нас. Или хотят нашей помощи.

– Это моя мизра, Уна Хартстоун из Изоса.

Позади воинов послышались женские возгласы и шепотки.

Редвир ухмыльнулся, длинные клыки делали его больше похожим на зверя, чем на фейри. Он резко встал, и мои воины мгновенно вытащили мечи из ножен, клинки со свистом взметнулись в воздух.

– Спокойно, призрачата, – сказал Редвир, подняв ладони.

Его руки были достаточно большими, чтобы целиком обхватить череп фейри, и достаточно сильными, чтобы раздавить его.

Сорин выругался, услышав оскорбительное «призрачата», как будто мы маленькие дети. Мы совсем не маленькие. Но дикие фейри выше, шире и массивнее. Они самые крупные среди всех народов.

Редвир направился к ступеням. Его мир-волк тоже встал, но хозяин поднял руку. Огромный зверь рыкнул и сел на задние лапы, не сводя с нас настороженных серебристых глаз.

Повелитель диких фейри поднял короткий меч и вытащил его из ножен, рассматривая широкое полированное лезвие с зазубренной кромкой с одной стороны. Он хмыкнул, затем вложил клинок обратно в ножны и, спустившись с помоста, непринужденно направился к нам.

Я слегка заслонил Уну собой, понимая, что он хочет рассмотреть ее поближе. Тем не менее я должен был предупредить его для ясности.

– Единственная причина, по которой я позволяю тебе подойти так близко, заключается в том, что я могу обратить тебя в пепел, если ты будешь представлять какую-либо угрозу для нее.

Редвир остановился в нескольких футах от нас, снова ухмыльнувшись:

– Зачем мне вредить такой хорошенькой маленькой лунной фейри?

Он скрестил руки на груди, внимательно разглядывая Уну, его брови хмурились, а хвост плавно двигался из стороны в сторону.

– Черные крылья, – изумился он.

Уна все еще держалась обеими руками за мое предплечье, всем телом прижимаясь к моему боку. Тот факт, что она искала у меня защиты, немного успокаивал мое беспокойство из-за стоящего так близко огромного дикого фейри. Редвир действительно был гигантским, больше и шире любого из собственных соплеменников. Или моих.

Редвир втянул носом воздух, и его клыкастая усмешка стала шире, когда он подмигнул мне.

– Похоже, ты был занят, Голл.

Я резко мотнул головой, предупреждая не касаться этой темы. Уна посмотрела на меня в замешательстве, но я не был готов к этому разговору. Редвир хохотнул, явно поняв мой намек.

– Похоже, твой вождь тоже неравнодушен к светлым фейри, – прокомментировал Сорин, к счастью, отвлекая внимание всех, включая Уну.

Я проследил за его взглядом. Сбоку от помоста стоял Безалиэль, собственнически обнимая за плечи лесную фейри с длинными темными волосами и круглым животом.

Хвост Редвира раздраженно дернулся.

– Похоже, скоро мы начнем спариваться с дриадами и рождать деревья.

– Ред, – укорил Безалиэль, притягивая свою пару ближе и нахмурившись еще сильнее.

Редвир фыркнул.

– Довольно любезностей, Голл. Зачем вы пришли?

– Мой господин. – Уна выступила вперед, хотя я продолжал крепко держать ее за талию. – Это я попросила Голла привести меня сюда.

– Вы, госпожа? – Выражение его лица сменилось на изумление, голос стал тише. – Чем я могу быть полезен прекрасной новой мизре Нэкт-Мера?

Проклятье, он флиртует с ней. Ему нравится моя мизра. Да и как она может не нравиться?

Хуже того, он заставил ее покраснеть. Я крепко сжал челюсти, сдерживая обещание, данное Уне. Вчера вечером я сказал ей, что Редвир – своенравный, высокомерный ублюдок, который вряд ли нам поможет. Она была убеждена, что сможет уговорить его помочь нам.

И, клянусь Виксом, она была права. Он выглядел так, словно собирался встать на колени у ее ног, хотя она произнесла всего несколько слов.

Она скромно сложила руки перед собой в умоляющем жесте.

– Прошу прощения за то, что мы явились в ваш дом без предупреждения, но это крайне важно. Мы ищем кое-что очень особенное, что, как я знаю, находится в ваших владениях.

– И что это может быть, госпожа?