Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 82 из 127

Глава 31

Уна

Мы спустились с Дракмера на лугу чуть поодаль. Лес густо рос вокруг реки и ручьев, которые вытекали из нее. Знакомый гул магии и инстинкт тянули меня ближе к водопаду. Там я ощутила магическое притяжение в прошлый раз. И теперь, когда мы подошли ближе, я снова чувствовала его, все сильнее и сильнее, пока мы наконец не выбрались из густых вечнозеленых зарослей на небольшую поляну.

– О нет. – Я застыла. – Феи.

Я надеялась, что они покинули водопад. Феи редко задерживаются на одном месте. Они бродячие создания.

– Проваливайте, мелкие гарпии! – Сорин махнул на них рукой.

Три водяных феи – очень знакомых – порхали вокруг его головы, поднимали его косички, гладили рога и хихикали каждый раз, когда он пытался от них отмахнуться.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Кеффа прислонился спиной к огромному валуну, скрестив руки на груди, и с ехидной усмешкой наблюдал за страданиями Сорина.

– Похоже, наконец нашлись женщины, которые жаждут твоего общества.

– Многим женщинам нравится мое общество.

Сорин оскалил зубы и зарычал на феечек, которые, хихикая, разлетелись в стороны.

Голл шагнул вперед меня, хрустнув веткой. Все взгляды, включая фей, метнулись к нам.

Я ахнула, когда они стрелой понеслись к нам, и подняла руки, готовясь защищаться. В прошлый раз одна из них тыкала и щипала меня, летая вокруг моей головы так быстро, что я упала в воду. Испугавшись, что умру от переохлаждения, я поспешила убежать в лес, а эти трое пищали мне вслед. Я собиралась вернуться после того, как разведу огонь, чтобы обсохнуть и согреться, но меня схватили, и на этом все закончилось.

В этот раз никто из них не нападал. Они кружили, издавая воркующие звуки. Я была уверена: это те же самые феи, что и раньше. Их гладкие голубые тела с перепончатыми руками и длинными ластообразными ступнями выглядели очень знакомо. Плавники на спинах были разного цвета – у одной желтый, у второй фиолетовый, а у третьей зеленый, совпадая с перьями на голове и яркими круглыми глазами.

Да, это те самые феи, одна из которых вынудила меня упасть в ледяную воду в разгар зимы, когда я была здесь пять лет назад.

Их крылышки были не такими прозрачными, как у других фей, и гладкими, как ласты, поскольку с их помощью они не только летали, но и плавали.

– Ты вернулась! – пискнула фиолетовая, именно она и столкнула меня в воду.

– Теперь хорошо, – сказала зеленая.

– Теперь правильно, – кивнула желтая.

Они зависли прямо перед моим лицом и улыбались.

– Вы меня помните?

Они засмеялись звонким, приятным смехом.

– Конечно, – сказала желтая. – Ты выглядишь так же.

Я рассмеялась, потому что в собственных глазах сильно изменилась.

– Я стала старше на несколько лет.

– Ты стала намного старше, – сказала желтая.

– Намного старше, – хором прозвенели зеленая и фиолетовая.

Улыбнувшись, я взглянула на Голла и поразилась выражению замешательства и удивления на его лице. Сорин и Кеффа выглядели так же. Наверное, им было странно видеть, как эти обычно враждебные феи ведут вежливую беседу.

– Вы знаете, почему я здесь? – спросила я желтую.

Феи засмеялись и сделали ленивый круг вокруг моей головы, танцуя в воздухе и весело напевая хором.

Леди, леди, слушайте меня.

Завещаю вам чудесные слова.

Время настанет, и темная госпожа

Сосудом станет и увидит тайны.

Их песенка была чепухой. Они успели повторить половину, как фиолетовая вырвалась из круга и зависла перед моим лицом.

– Госпожа леса сказала нам, да. – Фиолетовая широко улыбнулась, показав острые зубы. – Я пыталась показать тебе в прошлый раз, но ты убежала.

Показать?

Я думала, что она пыталась утопить меня.

– Тикка, нет!

Желтая метнулась к ней и отвесила подзатыльник.

– Ой! – пискнула Тикка. – Зу, не дерись.

Тикка порхнула мне за правое плечо и показала Зу фиолетовый язычок.

– Я старшая. – Зу посмотрела на меня с хвастливой гордостью в желтых глазах. – Это была

не

госпожа. Это была богиня.

– Богиня леса! – прощебетала зеленая.

Я помолчала, обдумывая, потом сказала:

– Приятно познакомиться, Зу, Тикка и… – Я показала на третью.

Фея с зелеными крылышками изобразила в воздухе реверанс.

– Я Гета. Приятно познакомиться.

Я кивнула и снова обратилась к Зу:

– Я не понимаю вашу песенку. Вы говорите, что Эльска, богиня леса, приходила сюда и оставила вам что-то?

Мое сердце бешено забилось. Вейла была права. Я улыбнулась Голлу. Он все еще загадочно хмурился, скрестив руки на груди, как будто был раздражен. Новость была потрясающей, поэтому я не понимала, почему он, Сорин и Кеффа выглядели несколько встревоженными и озадаченными.

Отложив это на потом, я повернулась обратно к феям.

– Что она оставила? – взволнованно спросила я.

– Слова! – пропищала Тикка.

Зу подняла руку, чтобы дать Тикке еще один подзатыльник, но на этот раз фиолетовая феечка оказалась быстрее. Хихикая, она метнулась за спину Геты.

– Я старшая, – огрызнулась Зу. – Я расскажу. – И повернулась ко мне: – Слова. Она оставила слова.

Я засмеялась, со мной и две другие феечки, а потом ответила:

– Я не понимаю.

– Можно мне сказать? – вежливо спросила Гета у Зу.

– Можно, – разрешила та.

– Она прошептала свои слова воде, – мило сказала мне Гета, по-совиному мигая своими ярко-зелеными глазами.

Потом Тикка отпихнула ее в сторону и, победно вскинув крошечные кулачки в воздух, взвизгнула:

– А мы их украли!

Зу выстрелила из ладони потоком ледяного ветра. Тикка застыла, вращаясь в воздухе, ее глаза и рот округлились от шока.

– Пожалуйста, не сердись, – попросила я Зу. – Я очень благодарна за твою мудрость, но Тикка всего лишь пытается помочь.

Тикка поднималась вверх к веткам деревьев, когда Гета коснулась ее лодыжки, похоже, развеяв заклинание. Тикка встряхнулась и спустилась к нам, как будто подобное случается постоянно. Возможно, так и есть.

– Она говорит неправду, госпожа, – сказала Зу. – Я этого не позволю. Мы их не воровали. Мы сложили слова в банку и охраняем их.

– Вы покажете их мне?

– Конечно, – просияла Зу. – Мы берегли их для тебя.

– Для меня? – озадаченно спросила я.

– Госпожи темных фейри.

Гета и Тикка снова принялись петь и танцевать вокруг моей головы.

–

Леди, леди…

Пока они пели, я честно призналась: