Король призраков

Лунная фейри у меня на руках почти ничего не весила. На полпути я остановился и прислушался. Не услышав ничего ни снизу, ни сверху, я торопливо преодолел последний виток и оказался на площадке с железной дверью.

Я поставил девушку на пол, проклиная себя, потому что для двери, скорее всего, нужен ключ. Но когда я взялся за засов и толкнул, та с легкостью распахнулась. Внутрь ворвался холодный ветер. Девушка ахнула, но по-прежнему не произнесла ни слова.

Наверное, ключ нужен, только чтобы войти снаружи. В тот момент мне было плевать. Я знал одно: нас ждет свобода. Без лишних слов я снова подхватил фейри на руки и быстро зашагал к Эшервудскому лесу, крохотные снежинки падали с серого неба.

Я бодро нес фейри по запорошенному лесу. Некоторое время было слышно, только как хрустит снег под моими тяжелыми сапогами и легкий ветерок стучит голыми ветвями высоко над нами.

Мы углублялись все дальше в лес, и я пожалел, что на дворе глубокая зима. Без своей голубой листвы эшеры походили на мрачных серых призраков и не давали никакого укрытия.

– Спасибо, – тихо произнесла моя ноша охрипшим от мучений в подземелье голосом.

– Еще рано благодарить, – нахмурившись, ответил я на высоком языке, который выучил в детстве, поскольку он являлся общепринятым во всех королевствах. – Впереди долгий путь.

И я не знал, куда ее нести.

У нее серьезные раны. Если придется нести фейри на руках, мы будем добираться до Пограничья много дней. Но кому я мог довериться в ближайшем городе, Сильвантисе? Моим единственным настоящим другом был Кеффа, а отец взял его в плен одновременно со мной.

Мне нужно было место, чтобы спрятаться и составить план дальнейших действий. На окраине Сильвантиса жил пекарь Огалвет. Он никогда не был поклонником короля. Он, скорее всего, поможет мне и найдет способ вернуть девушку на родину.

– Меня зовут Уна, – сказала она дрожащим голосом.

Я не сводил глаз с дороги, иногда оглядываясь назад, чтобы убедиться, что за нами нет погони, и не был в настроении для бесед. Я поблагодарил богов за снег, который засыпал наши следы.

– Ты призрачный фейри.

Я продолжал идти, не обращая на нее внимания.

– Почему ты был в том подземелье?

Я ничего не должен этой девчонке, и меньше всего правду, которая очень глубоко ранила меня.

Но она была загадкой, разжигавшей мое любопытство. Стражники поймали ее в Пограничье и похитили?

– Как надзиратели поймали юную лунную фейри вроде тебя? – спросил я.

Она подняла голову, устремив взгляд на мое лицо. Она смотрела с открытым интересом, но без страха.

– Меня поймали около водопада Драгул.

Я резко остановился, хмуро глядя на нее.

– Что ты делала так близко ко дворцу?

Ее фиалковые глаза распахнулись, но взгляд остался твердым и спокойным.

– Я кое-что искала.

– Настолько важное, что ради этого стоило рисковать жизнью? – рявкнул я.

– Да, – невозмутимо ответила она.

– В одиночку?

Она сдержанно кивнула.

Я со вздохом покачал головой.

– Глупая девчонка.

Она отвернулась к дороге.

Теперь, при дневном свете, я заметил: то, что я поначалу принял за открытый порез у нее на лбу, на самом деле демонские руны. Написанные кровью, они размазались и стали неразборчивыми. Какое из жутких заклинаний надзирателям приказали оставить на ней? Не похоже, чтобы она страдала от чего-то еще, кроме физических ран. Должно быть, магия не сработала.

Моя рука, поддерживающая ее поясницу, скользнула вверх, и девушка застонала. Я аккуратно подтянул ее повыше, стараясь обнимать за талию, чтобы не задеть раны.

Я молча нес ее дальше в лес, вокруг не было ни звука, кроме хруста снега под моими тяжелыми шагами.

– Они не знали, – тихо пробормотала она.

– О чем ты говоришь?

– Моя семья. Они не знали, что я ушла, так что нельзя сказать, что они отпустили меня одну.

– Но ты все равно это сделала.

– Это было

важно

, – подчеркнула она, добавив стали в свой тихий голос, отчего я посмотрел на ее хмурое личико.

Я фыркнул, испытывая желание засмеяться над ее глупостью.

– И посмотри, куда тебя это завело, фейричка.

Отвлекшись на секунду, я не услышал свиста стрелы, пока не стало слишком поздно.

Она вонзилась мне в грудь, слева, болезненно близко к сердцу, и меня отбросило назад. Девушка закричала, упав на колени рядом со мной, и грязный плащ сполз с ее плеч.

– Отпусти ее, призрачный ублюдок, – раздался низкий мужской голос.

Я попытался подняться, так и не вынув стрелы из груди, а светловолосый фейри в сапфировом с золотом одеянии подхватил Уну за талию и отлетел назад, его белые крылья мерцали в сумерках. Он отнес ее на несколько футов, взвихряя снег.

Рыча, я выпрямился, но в меня тут же воткнулись еще две стрелы, в правое бедро и в бок.

– Прекрати, Бэлинн! Ему же больно!

Мужчина удерживал ее обеими руками, яростно глядя на меня, а из темноты показался отряд. По крайней мере дюжина фейри в голубых с золотом доспехах. Королевская гвардия Изоса.

– Больно ему? – воскликнул тот, кого назвали Бэлинном, теперь держа Уну за плечи и осматривая ее с выражением страха на лице. Он заметно вздрогнул, когда увидел, что у нее нет крыльев. – Мы должны доставить тебя домой, сестра, – тихо прошипел он.

Сестра?

Мой мозг заработал. Принцесса Изоса Тиарриалуна, единственная дочь Конналла Хартстоуна, Верховного короля Люмерии. Я знал это, потому что отец хорошо вдолбил в меня знания о наших врагах.

– Сначала помогите

ему!

– крикнула она.

По ее лицу текли слезы, она пыталась освободиться из хватки брата. Она плачет из-за меня?

Подчиняясь странному порыву, я поднялся на колени, одну за другой вырывая стрелы из тела.

– Он похитил тебя, Уна. Что ты такое говоришь?

– Он

освободил

меня, Бэлинн. Без него я бы погибла.

Принц фейри посмотрел на меня поверх ее плеча, все еще хмурясь. Источаемая им и его охраной враждебность щелкала в воздухе, словно хвосты плетей. Шестеро гвардейцев целились в меня из луков. Я мог бы испепелить их всех, но сдерживался. Какой-то инстинкт в том месте, где обитала моя магия, шептал сохранять спокойствие и неподвижность.

– Ступай домой, девочка, – сказал я ей, все еще стоя на коленях. – Тебе здесь не место.

Уна уставилась на место, куда попала стрела, по груди струилась голубая кровь.