Страница 7 из 127
– Нет, – повторил я, пылая от бешенства, подпитывая им свою магию, позволяя силе, что жила в моей королевской крови, вырваться стремительными потоками. Магия послушалась, наслаждаясь агрессивной яростью, поглощая живущую внутри меня тьму, которая слишком долго была связана.
Сила темных фейри была разумной, властной стихией, которая рвалась на свободу. И моей это удалось.
Мои мышцы вздулись, когда я направил свою силу в железо, с удивительной легкостью разорвав цепи. Как будто чары никогда и не были для меня преградой. Мне просто нужен был достаточно сильный катализатор, чтобы освободиться.
Мой взгляд сосредоточился на испуганной фейри, чьи худенькие руки беспомощно цеплялись за крюк, опускающий ее навстречу смерти.
Как только нижний край крюка достиг жадных рук шипящих и рычащих тварей, я взревел от ярости.
Взрыв красного света рассек тьму, разрушая чары, и железные прутья погнулись, повинуясь моей воле, с пугающей легкостью. Я пролез через образовавшуюся дыру в прутьях и рванул к яме.
Она закричала, когда упыри потянули за порванное платье, царапая голые ноги. Ее рот раскрылся в беззвучном вопле, а я вновь заревел.
На бегу я вскинул руку в сторону упырей, которые тянулись к крюку в попытке стащить ее вниз. Из моего тела вырвался фейский огонь и обратил в пепел дюжину упырей. Меня накрыло волной эйфории, темная победа наполнила восторгом, которого я не ведал раньше.
Девушка оторвала от крюка, за который цеплялась, фиалковый взгляд, полный отчаяния и страха. Я перепрыгнул яму и ухватился за крюк, отчего он закачался как маятник.
Одно слово – и связывающие пленницу веревки обратились в прах, а я подхватил ее на руки. Она ахнула, но не сопротивлялась, пока я шел прямо по рычащей массе, старающейся стянуть нас вниз. Черепа и кости трещали под моими подкованными сталью сапогами, я использовал упырей как ступеньки, чтобы подняться из ямы.
Все это время я крепко прижимал девушку к груди, стараясь не оцарапать ее шелковистую кожу своими когтями. Перескочив последних упырей, я вновь оказался на грубом каменном полу подземелья. Ее тонкие руки крепко обнимали меня за шею.
Не успели двое надзирателей понять, что происходит, я взмахнул рукой и прошептал:
–
Etheline
.
Пламя красным потоком сорвалось с моих пальцев, испепеляя охрану. Сила текла сквозь меня, словно забытая река, которая нашла свой путь обратно в скрытую долину.
Это было грандиозно.
Пробираясь темными переходами, которые не видел десятки лет, я спешил по заброшенным коридорам, ведущим за пределы замка. Девушка у меня на руках дрожала, стуча зубами. Подбросив ее повыше и стараясь не задеть раны на спине, я прижал ее ближе и тихо скользил в тенях, зная лучший путь к выходу.
Меня захлестнуло странное ощущение правильности. Наперекор отцу я собирался сбежать из его смертельной ямы. И забирал с собой одну из бедняжек, которых он мучил.
Скрип подошв по каменному полу за поворотом заставил меня замереть. Девушка затаила дыхание, почувствовав опасность. Я быстро развернулся в другую сторону. Там, недалеко от главной темницы, где меня держали, была небольшая ниша. Я десятилетиями смотрел, как надзиратели ходили через нее туда-сюда.
Я нырнул в нишу, оказавшуюся маленькой камерой без решетки, на столах валялись различные острые инструменты. Некоторые все еще были покрыты засохшей красной кровью светлых фейри.
– Не смотри, – прошептал я на ухо девушке. Нельзя, чтобы она выдала нас своими криками при виде крови.
Она уткнулась лицом мне в плечо, а я прижался спиной к стене рядом со входом. Шаги зазвучали ближе.
Я опустил фейри на пол. Она тихо встала на босые ноги, и я подтолкнул ее к дальнему углу, подальше от входа. Схватив со стола особенно острый короткий клинок, я затаился возле проема.
Топот приблизился, шел один. Как только массивная фигура шагнула в нишу, я выскочил из тени, схватил его за рог и дернул голову в сторону, а затем легко перерезал горло. Он так удивился, что почти не сопротивлялся. А потом было уже поздно. Я второй раз полоснул его по горлу, да так глубоко, что почти отсек голову. Тело рухнуло с глухим стуком.
Тяжелый меховой плащ выдавал в нем одного из стражей, которые рыскали по лесам в поисках жертв для подземелья или охраняли ближайший выход из замка. Возможно даже, что именно он поймал лунную фейри, спрятавшуюся в нише.
Зарычав, я оседлал стражника с остекленевшими глазами, его голубая кровь стекала на булыжники пола. Я перерезал завязки возле его горла и, толкнув гигантское тело сапогом, выдернул из-под него плащ. Клинок засунул за пояс своих свободных штанов.
Когда я вернулся в нишу, то ничего не услышал. На мгновение мне показалось, что девушка в страхе убежала.
– Малышка? – тупо спросил я, не зная, как к ней обратиться.
Я почувствовал движение в другом углу, подальше, затем она вышла из тени, все еще дрожа, не отвода глаз от истекающего кровью стражника за моей спиной.
Я протянул ей плащ.
– Знаю, пахнет отвратительно, но ты околеешь, когда мы выйдем на улицу.
По запаху снега на плаще я понял, что сейчас зима. Девушка быстро шагнула вперед и позволила завернуть себя в плащ, полы которого доходили ей до щиколоток.
– Я понесу тебя. – Я показал на ее голые ступни. – Ты босиком и замедлишь нас.
Она едва заметно кивнула, сильнее кутаясь в грязный меховой плащ. Я взял ее на руки, перешагнул через труп стражника и поспешил прочь из замка.
Девушка молчала, продолжая дрожать в моих руках. Длинный коридор, ведущий к выходу, был пуст. Скорее всего, потому что я убил стража, который должен был патрулировать эту часть.
На подходе к последнему проходу я услышал медленные шаги в задней части замка. Я знал, что рядом есть выход, потому что в детстве был безумно очарован подземельем и забирался, куда не следовало.
Положившись на инстинкты, я выглянул в длинный коридор, в конце которого, между двумя мигающими факелами на стене, вверх уходила спиральная каменная лестница.
Вот и выход.
Держась в тени, я уже было собирался поставить девушку на ноги, чтобы выхватить из-за пояса нож и убить приближающегося стражника, но он прошел мимо лестницы и дальше, даже не взглянув в нашу сторону. Когда его шаги затихли, я пересек коридор и начал подниматься по спиральной лестнице.