Король призраков

Она не произнесла ни слова, позволяя мне касаться ее губ своими, и даже от этой малости мое сердце забилось быстрее. Я прикусил ее нижнюю губу своим клыком. Она ахнула, открыв рот. Я воспользовался этим и поймал ее губы своими, погружаясь в ее сладость.

Я застонал от опьяняющего ощущения. Она не протестовала, поэтому я проник языком глубже. Она заскулила и откинула голову назад, позволяя мне пробовать ее вкус. Я вдавился твердым членом в развилку ее бедер, вызвав тихий горловой стон.

Она тоже этого хочет? Невозможно.

Я упивался ее шелковистым ртом, борясь с желанием раздеть ее и взять здесь, на лесной земле. Боги, она бесподобна.

Топот копыт неподалеку вырвал меня из транса. Я отстранился, Уна смотрела на меня с бесстрастным выражением лица. Я медленно разжал кулаки, отпуская ее волосы, затем схватил ее за запястье и потянул за собой. К счастью, она не сопротивлялась.

Мы вышли на тропу как раз в тот момент, когда Избранные окружали Хаву, которая не двигалась с того места, где мы ее оставили. Драк поднял голову, почувствовав меня. Не заговаривая ни с Сорином, ни с Кеффой, я обогнул Драка и поднял Уну за талию.

– Забирайся, – приказал я, но она уже подтягивалась за петли кожаного ремня, обхватывавшего его туловище. Я поднялся за ней и скользнул в седло позади нее.

– Драк, – рявкнул я.

Он отвернулся от круга лошадей и, сделав несколько шагов по тропе, взмыл в воздух. Мы поднялись над извилистой рекой и водопадом Драгул и повернули обратно к Нэкт-Меру.

Когда темные тучи нависли ближе, я заметил молнию между нами и дворцом и прикинул, успеем ли мы до того, как нас застигнет дождь. Это, без сомнения, будет ледяной шторм, надвигающийся с севера. Затем мое внимание привлекло кое-что другое – отчетливый запах женского возбуждения.

Я стиснул талию Уны и прижался губами к ее шее. Она издала этот восхитительный скулящий звук и выгнулась в моих объятиях, ее задница уперлась мне в пах.

– Ты никогда не сможешь оставить меня, – пробормотал я, вспоминая абсолютный, ужасающий страх, который испытал в тот момент, когда Пулло сказал, что ее нет.

Я провел губами по ее тонкой шее, облизывая и наслаждаясь сладким вкусом ее кожи.

Ее руки легли на мои бедра и крепко сжали, она наклонила голову, чтобы мне было удобнее целовать ее шею. Я провел ладонью вниз по корсету к шнуровке штанов и медленно распустил ее.

– Ты никогда не уйдешь, – снова пробормотал я, словно безумец.

– Не уйду, – выдохнула, извиваясь, когда я просунул руку в ее штаны.

Мои пальцы скользнули по мягким волоскам и раздвинули скользкие складки, нежно поглаживая. Она тихо всхлипнула.

Другой рукой я обхватил ее грудь.

– Никогда, Уна, – приказал я.

Ее руки сжали мои ноги.

– Не уйду, – повторила она, закрыв глаза, я продолжал целовать и лизать ее шелковистую кожу.

Я медленно обвел ее тугой бутон, наслаждаясь пьянящими звуками ее тяжелого дыхания и чувствуя медленные движения ее бедер навстречу мне.

Резкий раскат грома заставил ее дернуться в моих руках, вырывая нас из дурманящего возбуждения и возвращая к стремительно надвигающейся опасной буре. Но я не собирался ждать. Она была нужна мне прямо сейчас.

– Держись, – крикнул я сквозь внезапный порыв ветра и первые капли ледяного дождя.

Уна ахнула, когда я вытащил руку из ее расстегнутых штанов и крепко обнял за талию, мысленно связываясь с Драком и показывая ему, куда лететь.

Он взревел и тут же резко повернул вправо, рассекая стену ледяного дождя, полоса фиолетовой молнии осветила небо.

Уна закричала и прижалась ко мне спиной, ее пальцы все еще сжимали мои бедра. Меня охватило первобытное удовлетворение оттого, что она ищет моей защиты, пусть даже неосознанно. Я обнял ее обеими руками и прижал к себе.

– Я тебя держу, – пообещал я.

Дракмер взмахнул крыльями, а затем широко расправил их, позволяя воздуху нести нас к скалистому выступу, оставшемуся после извержения Виксет-Крона тысячи лет назад. Эти низкие горы, окружавшие Сильвантис сзади, не имели названия, но служили убежищем для многих зверей. Как раз эта пещера, где только что приземлился Драк, была нашим любимым убежищем, когда мы вместе охотились и в первые годы, когда я скрывался.

Вход в пещеру был достаточно широким, чтобы Драк мог свернуться и укрыться от непогоды, но я добавил кое-что для собственного удобства дальше, в более узкой части маленькой пещеры. Дождь и ветер продолжали обрушиваться на нас у входа, когда я помогал Уне спуститься, не поскользнувшись.

– Сюда, – позвал я ее вглубь пещеры, а затем зажег на ладони шар фейского огня.

Драк тяжело вздохнул и лег у входа, защищая нас от непогоды своим гигантским телом. Он свернулся в клубок, согнув длинную шею и положив голову на хвост.

Увидев, что соломенная подстилка все еще на месте, я убедился, что ни одно другое существо не решило поселиться в этой пещере в мое отсутствие. Как всегда, запах дракона отпугивал диких животных. Вытащив фонарь с голубым углем, я зажег его. Сухое тепло мгновенно наполнило пещеру. Я погасил фейский огонь в ладони и поставил фонарь на пол пещеры рядом с подстилкой.

Расстегнув плащ из мир-волка, я расстелил его на подстилке мехом вверх и наконец повернулся к Уне.

На ее лице сверкали несколько капель дождя, волосы были влажными, но не мокрыми насквозь, хотя их растрепал ветер. Я никогда не видел никого прекраснее.

– Уна, – окликнул я, снова привлекая ее внимание, поскольку ее взгляд блуждал по пещере. – Раздевайся.