Король призраков

Я восхищалась тем, как он он нес фейский огонь в ладони, словно пустяк. Он держал его перед собой, освещая путь, пока мы осторожно спускались по лестнице до самого низа.

–

Nihilin

, – прошептал он, и пламя в его ладони погасло.

Он вывел меня на лунный свет, все еще держа за руку. Я не знала, как к этому относиться, но поняла, что мне не хочется нарушать мир, установившийся между нами.

– В одной из книг я прочитала, что фейский огонь имеет разную температуру и разные эффекты.

Он смотрел прямо перед собой, ведя меня через сад, который на самом деле больше походил на рощу. Деревья с перекрученными корнями, свисающие оранжевые цветы и ярко-оранжевые плоды. Марагорды. Сладкое сокровище. Они росли и в Хелламере, но дальше на юг уже не приживались. Главным для них был не климат, а что-то в здешней почве. Мы импортировали фрукты в Изос каждую осень в сезон урожая. Полагаю, теперь мне не придется этого делать.

– Кажется, ты наконец-то прочитала в своих книгах что-то верное.

Его замечание было легким, почти дразнящим.

Мои щеки залило жаром. Я сосредоточила внимание на тропинке через рощу к горбатой спине Дракмера, виднеющейся над деревьями.

– Владение фейским огнем – это своего рода искусство, – тихо добавил он.

– Что ты имеешь в виду? – Я с любопытством повернулась к нему.

Голл шел, заложив руки за спину, лунный свет серебрил его черные рога, отражаясь от золотых украшений.

– Новичок, или, точнее, тот, кто наделен лишь малой частью этого дара, может создавать только природный огонь, который обжигает. Но те, кто обладает исключительными способностями, могут создавать огонь, который ощущается не сильнее дуновения ветерка на коже. Они могут заставить пламя танцевать по своему желанию.

Его голос звучал мелодично. Я еще не слышала, чтобы он говорил так – непринужденно и почти нежно.

– Полагаю, ты владеешь такой силой.

Дракмер поднял голову, заметив наше приближение.

– Владею.

Остановившись, я повернулась к Голлу.

– Покажи.

Внимательный охотник вернулся, его пристальный взгляд бередил мои ощущения. Но я не отвела глаза. Не съежилась и стойко выдержала его внимание.

Голл протянул руку между нами и прошептал несколько слов. На его ладони заплясало красное пламя.

– Вытяни руку ладонью вниз.

– Нет, – инстинктивно огрызнулась я.

Он тихо рассмеялся, и этот глубокий рокочущий звук отозвался спазмом у меня в животе.

– Не бойся, Уна.

Вздохнув, я протянула свою ладонь над его. Он прошептал еще одну команду на демонском языке. Пламя увеличилось в три раза, неестественно покачиваясь, пока не достигло моей руки.

Я ахнула, готовая отдернуть ее, но почувствовала лишь легкое прикосновение к коже, словно перышко защекотало ладонь.

Я рассмеялась:

– Оно как будто танцует.

Красное пламя дразнило мои пальцы, а затем полностью обернулось вокруг ладони и мягко сжало. Я резко вдохнула, ощутив легкий жар и давление. Затем Голл сжал кулак, и пламя исчезло.

– Значит, ты можешь управлять его температурой?

– Могу.

Я вспомнила, как он сжег своих врагов в тронном зале после того, как обезглавил собственного отца. Желудок камнем ухнул вниз.

– Пойдем. Поздороваемся с Дракмером. – Он повел меня к развалившемуся гигантскому зверю. – Скажи мне, Драк, есть ли у тебя тайные любовницы-фейри, о которых мне следует знать?

Усмехаясь, Голл положил ладонь на морду Драка.

– Хватит. – Я улыбнулась. – Необязательно меня дразнить.

Его мимолетная улыбка снова заставила мое сердце учащенно забиться.

– Расскажи мне о Хаве, – попросила я, наблюдая, как он гладит своего дракона.

– А что с ней? У вас все хорошо?

– Я обожаю Хаву, но она рассказала, что она наполовину фейри теней. Я думала, что призрачные фейри и фейри теней не жалуют друг друга.

– Не жалуют, – подтвердил он. – Но это не значит, что не найдутся те, кто решит создать пару, несмотря на культурные различия.

– Наверное, – признала я.

В конце концов, в Пограничье много фейри, как светлых, так и темных, которые наслаждаются обществом друг друга.

Да и я сама связана с королем темных фейри. Внутри дворцовых стен Изоса подобное было просто неслыханно. Фейри обычно женятся на своих.

– Хаву привел ко мне Морголит, – мягко сказал Голл, – один из моих доверенных военных советников. Он служил под началом моего отца, но потом ушел на службу к фейри теней. Перед уходом он услышал, что я скрываюсь, и нашел меня. Он познакомил меня с Хавой, которая была служанкой во дворце. Она поклялась стать моей шпионкой, потому что видела, каким правителем был мой отец, и не одобряла его.

– Да, она бы не одобрила. Хава – добрая фейри.

Голл кивнул.

– Он обещал вернуться, когда я стану королем, потому что не мог помогать мне, пока я скрывался. Все знали, как он выглядит, и его бы убили, если бы отец поймал его.

– Он вернулся?

– Вернулся. Некоторые советовали мне не принимать его обратно, потому что он предал последнего короля, но последний король бросил меня в темницу на десятилетия из-за пророчества. – Он похлопал Драка, который ничего не делал, только смотрел на нас обоих. – Оказывается, пророчество было верным.

Я шагнула вперед и протянула руку. Драк тут же наклонил ко мне свою огромную морду. Я прижала ладонь к его челюсти и погладила мягкую чешую.

– Будучи ребенком двух темных фейри, чьи народы презирают друг друга, – продолжил Голл своим тихим, завораживающим голосом, – Хава не пришлась ко двору среди фейри теней. Оба ее родителя умерли, и ей нужен был новый дом. Безопасное место.

– Я удивлена, что Закиль принял ее.

– Он взял ее в служанки. Но я доверяю ей, как верному другу. – Он замолчал на мгновение, больше не гладя Драка, его взгляд стал отсутствующим. – В моем дворце ее никто не посмеет обидеть.

– Она очень милая.

Он очаровательно улыбнулся. Потому что это единственное подходящее слово, чтобы описать, как выглядела эта искренняя, мягкая улыбка на его красивом лице. Не сардоническая или похотливая, и не обычная холодная, жестокая маска, которую он так часто носил. Впервые я почувствовала, что нахожусь рядом с молодым фейри, который спас меня от смерти, из того адского подземелья.

– Да, – согласился он, опустив взгляд на мои губы. – Как и ты.