Король призраков

Глава 45

Уна

– Ваш отец умер. – Ателин смотрел на меня с озабоченным и удивленным выражением. – Вы не получили мое послание?

Я уже знала это. Каким-то образом я знала.

– Когда? – спросила я.

Голлайя положил ладонь мне на спину, под крылья, пытаясь утешить.

– Вскоре после моего отъезда из Нортгалла. Я послал сообщение, но мы так и не получили ответа.

Голл нежно гладил мою спину, но ничего не говорил.

Длинно выдохнув, я сказала:

– После вашего визита в Нэкт-Мер мы были в разъездах.

В горле стоял ком, но слез не было. Возможно, потому, что я уже много лет оплакивала его неминуемую смерть, а может быть, потому, что слишком много времени прошло с тех пор, как я по-настоящему разговаривала с отцом, каким он был в моем детстве. Который сделал бы для меня все. Даже объявил войну целому королевству темных фейри.

Какова бы ни была причина, эта новость меня не сломала. Отец умер, и мне нужно было оплакать его. Нужно навестить его могилу, но сначала я должна увидеть Бэлинна.

– Где мой брат?

– В своей спальне.

Ателин сжал челюсти и, развернувшись, повел нас по дворцу, который когда-то был моим домом.

Сорин и Кеффа не отставали, но следовали на почтительном расстоянии. Большую часть Избранных мы оставили в большом зале, где Хава раздавала указания слугам, чтобы принесли напитки и закуски.

Сначала все просто таращились в благоговении и шоке, ведь в последний раз призрачные фейри явились, чтобы потребовать свою военную добычу и забрать меня в плен. Однако вскоре слуги быстро начали выполнять распоряжения Хавы.

Я чувствовала взгляды гвардейцев и слуг Изоса, когда мы проходили мимо, все они останавливались на месте, с удивлением глядя на нас и склоняя головы в знак уважения. Я знала, о чем они думали. Почему призрачный король Нортгалла позволил своей наложнице вернуться в ее прежний дом, чтобы навестить брата? Почему она не закована в цепи во дворце из черного стекла?

Они не знали его. Они и меня не знали. Уже нет. Но скоро мир услышит о нас – короле и королеве Нортгалла и Люмерии. Наш союз изменит все. Я чувствовала это сердцем. Так же как чувствовала новую магию, струящуюся по моим венам.

Я смогла почувствовать черную сущность в Феррине, потому что боги наполнили меня ее противоположностью через два божественных текста, которые я проглотила. Они наделили меня другим видом зрения, который теперь, объединив силу всех трех текстов, позволял мне легко определять, что и кто является добрым или злым.

Я больше не была лунной фейри. Я стала одновременно и светлой, и темной, чем-то посередине. И мне это нравилось. Наш ребенок тоже будет таким. Я прижала ладонь к животу, пока мы подходили к спальне моего брата.

У двери стояли два изосских гвардейца, один из них открыл дверь, подчиняясь кивку Ателина.

Я внезапно обрадовалась, что Гэл оставил моего брата. Ателин с честью принял свою роль наместника. Гэл бы этого не сделал. Я была уверена.

Оказавшись внутри, я бросилась мимо Ателина к постели брата. Сиделка сделала реверанс и быстро удалилась.

Было странно видеть его неподвижно лежащим в кровати. Мой брат всегда был мужчиной действия, движения.

Его глаза были закрыты. Я села на край кровати и положила руку ему на плечо.

– Бэлинн. Ты меня слышишь?

Его лицо было болезненно бледным, прекрасные белые волосы прилипли ко лбу и острым ушам. Когда он открыл глаза, я прикусила губу, чтобы не издать ни звука. Они больше не были насыщенно-фиолетовыми, как у меня, их почти полностью поглотил белый цвет. Чума быстро подействовала на него.

– Уна? – Он нахмурился. – Должно быть, я снова сплю.

– Ты не спишь, – заверила я, взяв его руку в свою и поцеловав ее, прежде чем прижать к своей щеке. – Я здесь, брат.

Он нахмурился сильнее, озадаченно и встревоженно, прежде чем перевел взгляд мне за спину, где я чувствовала присутствие Голла. Сорин и Кеффа остались снаружи.

– Ты правда здесь? – На его лице появилась слабая улыбка. – Он позволил тебе прийти попрощаться?

Мое сердце дрогнуло при мысли о том, что Бэлинн находится на пороге смерти. Болезнь прогрессировала в нем очень быстро, не так, как у нашего отца. Похоже, мутация усилила агрессивность вируса. Слава богам, теперь у меня есть сила, чтобы исцелить всех зараженных.

Взгляд Бэлинна вернулся к Голлу.

– Спасибо, что позволил ей прийти.

– Я ничего не позволял. – Голл нежно коснулся моего плеча. – Как королева Нортгалла, она может делать все, что захочет.

Бэлинн снова нахмурился, его взгляд заметался между нами.

– О чем он говорит? – спросил он меня. – Королева?

Я кивнула и шмыгнула носом, чтобы сдержать слезы.

– Это правда, брат.

И тут он сделал то, чего я совсем не ожидала. Он рассмеялся.

– Теперь я точно знаю, что не сплю. Только моя упрямая сестра могла войти в Нортгалл пленницей и стать королевой.

Я засмеялась вместе с ним, потому что он всегда говорил, что я слишком упряма себе во вред и что однажды мое упрямство доведет меня до беды.

– Я приехала помочь тебе, Бэлинн.

– Как?

Я весело выдохнула.

– Эта история слишком длинная, чтобы рассказывать ее сейчас. Мне просто нужно, чтобы ты лежал смирно.

– Вряд ли я способен на что-то другое, сестра.

Сарказм ему не шел. Он всегда был тем, кто надеется на лучшее, кто полон решимости найти выход из любой ситуации. Он был уверен, что мы каким-то образом выиграем войну, вплоть до того момента, когда враг оказался в Изосе и у наших ворот. Даже тогда он пытался убедить меня не подписывать договор.

Улыбнувшись, я прижала обе ладони к его груди под льняной рубашкой. Мне не требовалось слов, чтобы призвать магию. Она всегда была со мной, готовая вырваться наружу. Меня переполняла исцеляющая сила.

Без слов она потекла по моим рукам, сквозь мои пальцы, в Бэлинна. Он ахнул, широко открыв рот, и выгнул шею, его глаза закрылись. Он положил ладонь на одну из моих. Прозрачное зеленое сияние перетекало из кончиков моих пальцев в его тело.

Когда я поняла, что этого достаточно, – не знаю откуда, но поняла, – то убрала руки. Бэлинн открыл глаза, оба ярко сияли, как фиолетовые драгоценные камни.

– Клянусь богами, Уна. Ты творишь чудеса.

– Нет, брат. Это работа богов. Но я могу исцелить всех больных чумой.