Король призраков

– Это верно. Ей нужны только слова. – Морголит поднял взгляд на камень, и я вслед за ним посмотрела на выгравированные слова, окруженные толстыми ветвями плюща, но оставшиеся открытыми. – Может ли он нам помочь?

Лицо Валлона потемнело еще больше.

– Я не вижу возможности, чтобы он покинул Гадлизель, чтобы помочь принцессе лунных фейри в ее поручении от богини леса, – довольно цинично бросил он.

– Посмотри на

нее

, – настаивал Морголит. – Она не просто лунная фейри.

Он показал на мои крылья, прикосновение тьмы, которое я носила.

– Она гораздо больше.

– Кто может нам помочь? – спросила я.

Взгляд красных глаз Валлона вернулся ко мне и моим крыльям. Он не ответил. Зато ответил Морголит:

– У принца Торвина Гадлизельского есть особые способности.

Валлон зашипел на Морголита, но я быстро добавила:

– Он может как-то снять слова?

Валлон снова уставился на камень, его раздраженный взгляд стал еще заметнее.

– Повторяю, это не наша забота. То, что происходит со светлыми фейри, нас не касается.

Он сказал это убежденно, хотя в его глазах мелькнуло что-то похожее на чувство вины.

Треск камня заставил меня вздрогнуть. Голл подхватил меня и переставил на несколько футов дальше, все мы настороженно смотрели на источник звука.

Но трещал не сам камень. Лоза толщиной с мое бедро, которая росла сбоку от написанных слов, отрывалась от поверхности камня.

Я ахнула, когда на месте двух обращенных к нам листьев открылись изумрудно-зеленые глаза. По бокам от глаз, словно волосы, спускались побеги плюща.

– Дриада, – прошептала я, хотя никогда раньше не слышала о таких.

Голл частично заслонил меня собой.

Ее губы были вырезаны из коры. Тонкие ноги и руки, сделанные из других лоз, отделились от камня, когда она сошла с того места, на котором, казалось, провела очень много времени. Темно-зеленые плети волос касались земли и окутывали ее тонкое, обнаженное тело, полностью состоящее из коры.

Никто не проронил ни слова, пока она моргала, сонно глядя на нас, потом зевнула, затрепетав листочками, и наконец уставилась своими неземными глазами на меня.

– Я ждала тебя.

Ее голос был странно детским, напомнив мне Зу, Тикку и Гету.

– Ждала? – спросила я, выходя из-за Голла, который держал руку на моем плече. – Долго?

Она моргнула этими листочками, подняла взгляд, будто вспоминая, и ответила:

– Три тысячи лет. И еще один.

Сорин громко удивился. Валлон пошевелился, но никто не произнес ни слова.

– Это долго, – сказала я, мое сердце бешено забилось.

Дриада пожала плечом, таким же тонким, как мое запястье, и откинула свои волосы за плечо длинными, ветвистыми пальцами.

– Я ждала несколько сотен лет, а потом поняла, что ты, возможно, еще не родилась. И возможно, не родишься еще долгое время. Поэтому я решила немного поспать.

– Понятно, – сказала я, потом кое-что вспомнила и повернулась к Голлу: – Ты понимаешь, что она говорит?

На мгновение я задалась вопросом, говорю ли я на том древнем демонском языке, на котором общалась с водными феями.

– Да, – ответил Голл.

– Они меня понимают, – сказала дриада, затем повернула голову и посмотрела на Валлона, ее зеленые волосы неестественно колыхались. – Ты ошибаешься, жрец. То, что происходит со светлыми фейри,

касается

вас. – Она указала на меня своим длинным пальцем. – У нее есть своя роль. Как и у тебя, жрец.

Мы все были потрясены внезапным появлением древней дриады, но Валлон казался невозмутимым и весьма спокойным, когда существо внезапно обратилось к нему напрямую.

– И какова моя роль? – смело спросил ее Валлон.

Она улыбнулась, обнажив острые зеленые зубы.

– Увидишь.

Она снова перекинула свои волосы через плечо, напомнив мне придворных дам Изоса, изображавших неприступность перед придворными фейри.

– Сейчас ты приведешь своего принца. Он даст ей слова. – Ее взгляд стал жестким, зеленые глаза ярко сверкнули. – Если хочешь защитить гору, – она перешла на зловещий шепот, – от

всех

, кто там обитает, то ты должен сделать то, что я говорю.

Я на мгновение смутилась, потому что, казалось бы, она должна была сказать «

и

всех, кто там обитает», а не «

от

». Но я не собиралась задавать ей вопросы. Она явно была на моей стороне.

Валлон почтительно склонил голову перед дриадой.

– Я вернусь с принцем Торвином.

Затем, не говоря больше ни слова, он согнул ноги, взмахнул крыльями и взмыл в воздух, оставив после себя порыв ветра.

Дриада посмотрела на меня своими зелеными глазами, моргая с детским изумлением.

– Он может отсутствовать некоторое время, – объяснила я.

Она снова пожала плечами и прислонилась спиной к темному камню Сердца Солзкина. Несколько побегов плюща, все еще растущего на скале, вплелись в ее волосы и обвились вокруг конечностей, запутавшись между ветвистыми пальцами.

– Я подожду.

Затем она откинула голову назад и закрыла глаза, сливаясь с лишайником и зеленью на камне, как будто ее никогда там и не было.

Голл не стал терять времени. Он мягко подтолкнул меня ладонью, лежащей на пояснице.

– Избранные вот-вот перейдут через этот хребет.

Когда Дракмер уносил нас из Виндолека, мы видели, как они направлялись на север из Мирланда.

– Я бы предпочел подождать у ручья. Мы можем разбить лагерь там.

До ручья было недалеко, поэтому мы пошли пешком. Морголит, Сорин и Пулло шли рядом с нами, ведя своих коней в поводу.

– Морголит, что такого умеет принц, что может мне помочь?

Он смотрел вперед, сурово нахмурив брови:

– Принц Торвин – дабшива.

Я вздрогнула, бросив взгляд на Морголита.

– Я думала, это сказки.

– Они хотят, чтобы все так думали. Я знаю всего несколько.

Повернувшись к Голлу, я подняла брови:

– Настоящий заклинатель теней? Не просто новгала?

Новгала – иллюзионисты. Они могут использовать чары и тени, чтобы создавать удивительные иллюзии.

Морголит покачал головой.

– Валлон – новгала. Он способен создавать иллюзии высокого качества. Но принц, – он тяжело вздохнул, – я видел, как он делал замечательные вещи. И ужасные.

Теперь я поняла, почему дриада считала, что принц может мне помочь. Демонские руны были высечены в камне. По сути, они состоят из теней.

– Правда ли, что они могут управлять всем, что сделано из тени?