Страница 19 из 152
Что это был за звук?
Мрамор блестел под ногами, а вдоль стен между колоннами стояли бронзовые скульптуры, запечатлевшие обнаженных воинов в различных боевых позах.
Люстры покачивались в воздухе, звеня кристаллами, в которых преломлялся свет свечей.
Жутковатое зрелище.
Елена говорила, что вся вилла отключена от электрической сети – что-то связанное с тонированными окнами и ограничением на использование освещения для большей приватности. Новый забор с неоновыми прожекторами зеленого цвета опровергал ее аргументы.
Раздался крик.
Спокойствие улетучилось.
– Ты слышала? – прошептала я Никс.
Чешуйчатое тело плотнее обвилось вокруг моей шеи.
– Заткнись и ложись спать, – устало пробормотала она.
Неужели снова? Да не может быть! Вероятно, во всем виновато мое богатое воображение и…
Женщина закричала снова, и мрамор под моими ногами завибрировал.
Забыв о жажде, я пошла на звук.
После бесчисленных поворотов я вышла к тяжелой металлической двери без табличек.
Тупик.
За моей спиной раздались шаги – я резко обернулась. Сердце бешено колотилось в груди.
Никого не было.
Задержав дыхание, я прокралась к двери и прижалась ухом к металлу.
Загремели цепи. Женщина кричала от боли.
Меня охватило дежавю.
Взявшись за ручку, я потянула изо всех сил. Заскрипели петли. Запыхавшись от усилия, я приоткрыла дверь и скользнула внутрь.
Она с грохотом захлопнулась за моей спиной.
В нос ударил запах старой меди и плесени, стоило мне спуститься по узкой лестнице в подземелье. Лунный свет лился сквозь узкое окошко и освещал сырое помещение.
Я остановилась.
Высокая женщина отстранила голову от стены, замолчала и уставилась на меня. Во взгляде читалась буря эмоций.
С моих губ сорвался тихий вздох.
Свежая кровь капала из ее глаз, ушей и рта – Август пытал ее.
Ее розовые волосы покрывал слой грязи, но я все равно безошибочно узнала их цвет. Я видела такие же в статье «Соколиных хроник».
Церера
.
Передо мной висела муза, которая помогала Теросу меня похитить. Та самая, что недавно исчезла. В отчете говорилось, что конкретных доказательств было мало, но косвенные улики были неопровержимы. Она долгое время была шпионкой Дома Зевса.
Ее похитили мои
мужья
.
В дальнем углу загремели цепи: еще один узник застонал от боли.
– Э-э… дитя, – прошипела Никс. –
Что
ты делаешь?
Я отступила назад.
– Помоги мне, – требовательно прорычала Церера. С натужным хрипом она отчаянно загремела цепями. – Помоги!
В памяти всплыл совет Аида.
Церера запрокинула голову и закричала отчаянным воплем сломленной женщины.
– Ты… помогла Теросу убить всех тех детей? – тихо спросила я.
Церера замерла, широко раскрыв глаза.
– Ты помогала Теросу? – повторила я. – Да или нет?
Я стояла у входа в подземелье, в богато украшенном зале виллы, закрывая Цереру от взглядов Августа и Харона.
Мы едва успели подняться по лестнице.
Уперев руки в бока, рядом со мной стояла Елена в ночной рубашке.
Роскошный коридор, освещенный тусклым светом свечей, тонул в тенях. Декоративные мраморные статуи смотрели на меня с укором.
Я вся вспотела, сердце болезненно колотилось в груди.
Я решила вывести Цереру тайно ото всех.
Освобождение прошло гладко, а вот с секретностью не задалось.
Елена услышала, как я встала с постели, и последовала за мной. Она застала меня посреди подземелья.
Едва мне удалось
наконец
убедить Елену никому не рассказывать – мы как раз выбрались из темноты в тускло освещенный коридор, – появились Харон с Августом.
Видимо, из-за меня сработала какая-то из защитных систем виллы.
И вот Август в десятый раз хмуро посмотрел на свой пейджер.
– Тут
сказано
, что периметр виллы был прорван и на виллу телепортировались два Спартанца.
Я открыла рот, но голос меня подвел, горло сдавило от страха, и ни слова не сорвалось с губ.
– Это ошибка, – спокойно заявила Елена рядом со мной. – Я же тебе говорила, никто не уходил. Я встала с постели и пошла за Алексис, а потом мы освободили Цереру. Больше
ничего
не произошло.
Харон пренебрежительно фыркнул, его глаза злобно прищурились. Всем своим видом он демонстрировал недоверие. Адские гончие устроились у его ног.
Поко сидел на плече Августа, возмущенно скрестив пушистые лапки на груди.
Убеди их.
Я собрала в кулак всю свою решимость.
– Против Цереры не найдено никаких доказательств, и она… она говорит, что непричастна к этому, – сказала я. – Я р-ручаюсь за нее. Она невиновна.
Август резко взмахнул рукой.
– Я как раз искал доказательства,
допрашивая
ее… В этом весь сраный смысл! Вы с Еленой не можете находиться рядом с ней. Это небезопасно.
Я не сдвинулась с места.
– Я согласна с Алексис. – Елена подняла обе руки в примирительном жесте. – Доказательства так и не удалось обнаружить. И вы оба уже ее допрашивали… Вы так ничего и не нашли, верно?
Харон закрыл рот рукой, словно боялся сказать что-то, о чем потом пожалеет. В последнее время он часто так делал.
Напряженная пауза затянулась.
Август оскалил зубы.
– Тогда
почему
… у тебя кровь на лице? – с прищуром уставился он на меня.
Я прикоснулась к щеке, сердце забилось от страха, что меня поймали.
Церера заскулила за моей спиной.
Думай, Алексис.
Покачав головой, я подтянула рукав ночной рубашки.
Август и Харон замерли, стоило мне показать им глубокие расчесы, которые я оставила во сне.
– Кошмары, – выпалила я.
Август закрыл глаза и напряженно замер, будто пытался совладать с собой.
–
Почему
у тебя кошмары? – обвинительным тоном спросил Харон.
Я вздернула бровь.
Ему хватило такта покраснеть.
Август прочистил горло.
– Где… Церера будет жить?
– Рядом со мной, – тут же ответила Елена, как мы и договорились с ней впопыхах. – Она может жить в комнате, которая примыкает к моей. Там достаточно места.
– Это
опасно
, – процедил Август сквозь стиснутые зубы, на лбу выступили вены.
Поко залез к нему на макушку и осторожно отделил три пряди.
Подождите, этот енот умеет плести косы?