Страница 18 из 152
Глава 5. Военнопленные
Алексис
Телепортационный дым стелился по мраморному полу роскошного атриума с высокими потолками.
Местоположение: озеро Комо.
По рукам побежали мурашки.
Мы вернулись на виллу, где я вышла замуж.
Где они страстно пожирали меня, и мне это нравилось.
Извращение и правда подкрадывалось незаметно.
Алтарь исчез, но парадная лестница, впечатляющие окна и фрески на потолке остались прежними.
Харон двинулся было ко мне по отполированному мраморному полу с двумя адскими гончими у его ног, но слуга остановил его. Высокий мужчина в темном плаще больше походил на воина, чем на служащего.
А где Август?
Я в замешательстве огляделась.
Патро и Ахиллес оба смотрели на меня: один с высокомерным самодовольством, другой с угрозой.
Я выбрала их, потому что считала их меньшим из двух зол, но прищуренные глаза Ахиллеса пробуждали во мне сомнения.
Содрогаясь от страха, я шагнула ближе к Дрексу.
Бдыщ
.
Август появился в метре от нас, окруженный клубами дыма.
Я ахнула.
Рядом с ним стоял мальчик.
Ростом они были похожи, но сложение у Августа было крепче. Паренек был совсем тощим и сутулился, словно пытался спрятаться.
Чарли.
– Для тебя, моя cara, – сказал Август, глядя мне в глаза. – Персефона согласилась, чтобы он занимался вместе с Еленой. Она сказала, что первого апреля ему исполнится восемнадцать, разница в возрасте меньше года. Им полезно будет учиться сообща, пока обоим не исполнится девятнадцать в следующем году.
Чарли едва заметно покачал головой в мою сторону. Движение было настолько быстрым, что остальные не заметили. Персефона солгала – ему исполнится девятнадцать через несколько недель.
Я открыла рот, чтобы ответить, но не смогла выдавить из себя ни звука.
Выражение лица Августа смягчилось.
– Хорошо выспись, завтра начинается твоя подготовка. У нас всего неделя до встречи с Титанами.
Август обратился к слуге и сурово приказал:
–
Усилить
защиту периметра.
Раздался гулкий стон. Атриум задрожал, зазвенели амфоры и бронзовые статуи: за огромными окнами из земли медленно поднялся электрифицированный забор.
– Чтобы не дать врагам пробраться внутрь, – холодно сказал Август.
Титанам или Медузе?
– Олимпийцам.
Дрекс закашлялся.
Напряженный и прямой, словно палка, Август развернулся и пошел прочь. Он рявкнул Ахиллесу и Патро что-то про оружие и совещание.
У меня в душе зародилось плохое предчувствие.
К черту Спарту и ее туманную политику.
В моем слепом пятне мелькнули светлые волосы: Чарли прижался ко мне. От него пахло чистым мылом и лесом на рассвете.
Домом.
Мои ноющие кости заскрипели от его крепкого объятия, но я обняла его в ответ.
Мы еще долго так стояли.
Кто-то тронул меня за плечо.
Я повернула голову в сторону, не выпуская Чарли.
Неуверенно и застенчиво Елена посмотрела на меня.
– Вы не против… поспать со мной в моей комнате? – прошептала она, заламывая себе пальцы. – Просто ради безопасности.
Это была совсем не та болтливая шестнадцатилетняя девочка, которую я помнила.
Мое сердце сжалось от мысли о том, через что она прошла и сколько мы вместе пережили. Я кивнула.
Мы дошли до ее спальни, и все разом обернулись.
– Что? – робко спросил Дрекс. – Я не буду спать в одной комнате с этими психопатами. И уж тем более не буду спать один: здесь наверняка бродят привидения. – Он помолчал. – Вы же не против?
Так началась моя первая официальная ночевка с друзьями.
Лунный свет струился сквозь старинные витражи, за проволочным забором переливалось озеро Комо.
Серебристый и холодный пейзаж.
Внутри все было по-другому.
Украшенная шифоном и кристаллами кровать с балдахином была заправлена розовыми шелковыми простынями.
На полу в беспорядке валялись парики, платья и жемчуг. Косметика лежала на всех открытых поверхностях.
Среди оборок на стене висел плакат в натуральную величину: Эребус в своей фирменной маске с дымящимся пистолетом в руках.
Сверху готическими забрызганными кровью буквами значилось: «Убей или умри».
Мне нравится стиль Елены
.
Угрожающего вида служащий привез в комнату тележку с дюжиной серебряных тарелок.
Снял крышки.
Через десять минут мы с Чарли съели половину еды. Мы держались за животы, но продолжали есть. В отличие от нас, Елена и Дрекс ковыряли в своих тарелках и наблюдали за нами широко раскрытыми глазами.
Им не понять.
Голодное прошлое оставляло в душе глубокие шрамы.
В ту ночь из-за болезненно переполненного желудка, беспорядочно метущихся мыслей и ноющих синяков я спала беспокойным сном.
Меня поглотили кошмары.
Задыхаясь, я села на кровати – в комнате было тихо, все еще спали.
Мне нужно вернуться на Крит и проверить, как она.
Мне трудно было собраться с мыслями.
Я вздохнула и дрожащими пальцами вытерла выступивший пот.
На мне была одна из фиолетовых ночных рубашек Елены, тело болело, как будто меня сбил спартанский автомобиль. Благодаря целебной пасте Олимпийцев синяки постепенно тускнели, но кости все еще оставались хрупкими и ныли от резких движений.
Елена тихо храпела в постели рядом со мной, на голове у нее была розовая блестящая шапочка для сна, а из-под подушки выглядывал заряженный спартанский пистолет.
На украшенном бантами изголовье кровати был закреплен целый арсенал. Каждый пистолет был инкрустирован драгоценными камнями.
Громкий храп доносился от кучи подушек на полу.
Чарли растянулся рядом с Пушистиком-младшим, который лежал на спине, задрав в воздух все четыре лапы. Он дергал ими каждые несколько секунд, словно плыл куда-то во сне.
Ближе к двери, валетом к Чарли, на фиолетовых подушках спал Дрекс. Его тукан-покровитель – которого он в порыве изобретательности назвал Туки – уютно устроился у него под рукой.
По моим пальцам пробежали мурашки, от накатившей клаустрофобии стало сложно дышать.
Взяв храпящую Никс, я обернула ее вокруг шеи, как шарф, и тихонько выскользнула из роскошной кровати.
Тело мучительно
заныло
, стоило подняться, а колено болезненно подкосилось. Спустя несколько минут проб и ошибок я все же разобралась, как двигаться дальше.
Вздохнув с облегчением, я наконец выбралась в более прохладный коридор.
Я остановилась, прислушиваясь.