Страница 40 из 65
— Я не вещь, которую выбирают.
— Я знаю.
— Тогда выбирайте осторожнее.
Он склонился ближе. В темноте перед зеркальной дверью, среди холода и чужой души, его голос стал ниже:
— Я выбираю стоять между тобой и тем, кто хочет решить за тебя. Даже если ты злишься на способ.
Мне хотелось ответить. Ровно, умно, спокойно. Но в груди было слишком много усталости, страха и этого странного тепла, которое он вызывал именно тогда, когда меньше всего имел право.
— Держите связь, — сказала я. — Но не тяните меня назад без моего слова.
— Какое слово?
Я подумала.
— “Домой”.
Он понял. Лицо на миг стало закрытым.
Для меня это слово означало слишком многое. Для него — возможно, угрозу потерять меня в тот мир, откуда меня выдернули.
— Принято, — сказал он.
Элира отступила от двери.
Я вошла.
Зеркальная темница оказалась круглой комнатой без потолка и пола. По крайней мере, так казалось в первый миг. Под ногами была гладкая чёрная поверхность, отражающая меня до бесконечности. Вокруг — высокие зеркала в серебряных рамах. В каждом отражении я была другой: в свадебном платье Элиры, в своём дорожном платье, в белой больничной рубашке из прошлого мира, в тёмном платье леди Рейс, в окровавленном фартуке целительницы.
В центре стоял алтарь.
На нём лежала книга в чёрной коже.
Возле книги — Дорена.
Калиста стояла справа, держа жезл с новым красным камнем. Нотариус Ферр — слева, бледный мужчина с тонкими усами и папкой документов.
— Добро пожаловать, — сказала Дорена. — Я ждала, какая из вас войдёт. Живая оказалась смелее мёртвой.
— Элира жива достаточно, чтобы разрушить вашу ложь.
— Элира слаба. Поэтому потеряла всё.
Я смотрела на неё и чувствовала Арвена у порога. Тонкая нить связи держалась за мою руку. Он видел Дорену моими глазами. Видел книгу. Видел Калисту.
— Не подходи к кругу у алтаря, — сказал он в моей голове.
Я вздрогнула.
Голос был не звуком, а внутренним касанием. Непривычным. Опасно близким.
— Я слышу вас.
— Потому что держу связь. Смотри на пол.
Я опустила взгляд. У алтаря действительно был круг, вырезанный в чёрной поверхности. Тонкий. Серебряный.
Дорена улыбнулась.
— Он с тобой? Как мило. Слепой дракон на поводке у чужой души.
Я подняла глаза.
— Вы очень любите унижать тех, кого боитесь.
Её улыбка застыла.
Калиста медленно обошла алтарь.
— Она стала увереннее. В Лиорне её этому научили?
— Пациенты. Раны. Долги. Люди, которых вы считаете мелкими.
— Тебе дали тело леди, а ты открыла лавку с бинтами. Какая потеря материала.
Я шагнула ближе, но остановилась до круга.
— Вы участвовали в ритуале?
— Конечно, — сказала Калиста. — Кто-то должен был отвлекать Арвена, пока Дорена и Саан готовили жену.
В груди вспыхнула холодная злость.
— Вы спали с ним ради этого?
Калиста посмотрела на меня с насмешкой.
— Иногда работа приятна.
Арвен в моей голове стал тише. Холоднее. Я почувствовала, как он отодвигает собственную ярость, чтобы не ударить через связь.
Дорена положила ладонь на книгу.
— Довольно. У тебя два выбора. Подпиши признание, что вошла в тело Элиры по своей воле и подчинила Арвена через истинную связь. Тогда Совет оставит тебя живой в храмовой изоляции.
— Второй?
— Мы вернём Элиру в тело. Тебя поместим в душник. В отличие от неё, ты даже сможешь иногда говорить.
Ферр опустил глаза.
Ему было стыдно. Хорошо. Стыд — щель.
— Лорд Ферр, — сказала я. — Вы нотариус Совета?
Он вздрогнул.
— Да.
— Вы слышали признание леди Калисты об участии в ритуале?
Калиста резко повернулась к нему.
Дорена ударила ладонью по книге.
— Молчать!
Но было поздно.
Ферр побледнел ещё сильнее.
— Формально… было произнесено…
— Формально, — сказала я, — вы сейчас стоите при запрещённом душнике, фальшивой регентской печати и алтарной книге, которую скрыли от главы рода. Вы можете стать свидетелем. Или соучастником.
Он сглотнул.
Дорена подняла перстень матери Арвена.
— Ферр служит документам. А документы уже составлены.
— Документы можно оспорить живым голосом Элиры.
— Голоса у неё скоро не будет.
Она нажала перстнем на обложку книги.
Алтарь вспыхнул.
Снаружи, у порога, Арвен резко выдохнул от боли. Связь ударила по нему. Я почувствовала, как яд у его сердца проснулся.
— Уходи, — сказал он в моей голове.
— Нет.
— Лина.
— Я сказала нет.
Я шагнула к алтарю.
Серебряный круг вспыхнул у моих ног. Боль поднялась по метке, но я удержалась. Дорена не ждала, что я войду. Калиста подняла жезл. Ферр попятился.
— Имя, — прошептала Элира откуда-то из зеркал. — Назови имя.
Я положила ладонь на книгу.
Мир вокруг зазвенел.
— Меня зовут Лина, — сказала я. — Я пришла в это тело не по своей воле. Я не крала жизнь Элиры. Я свидетельствую перед домом Рейс, перед огнём и кровью: Дорена Вальс, Калиста Вердан и род Саан совершили ритуал призыва души, удерживали прежнюю хозяйку тела в душнике и лгали Совету.
Книга раскрылась под моей рукой.
Страницы сами начали перелистываться. Быстро. Сухо. Потом остановились на записи, где стояли подписи.
Саан. Дорена. Орвин. Калиста.
И ещё одна.
Ферр издал сдавленный звук.
Я посмотрела на последнюю подпись.
Верховный судья Малхар Тейн.
Дорена бросилась ко мне.
Калиста ударила красным светом.
А Арвен, слепой и раненый, шагнул через порог зеркальной темницы.