Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 67 из 157

28. Сделай меня своей

— Если бы за каждую каплю пролитой крови детей сёгуна наказывали, в Камакуре не осталось бы самураев, готовых учить мальчишек сражаться, — насмешливый голос Томоэ разрезал повисшую после возгласа Акико тишину.

Глава клана Фудзивара неторопливо вышла из-под деревьев, густая крона которых надежно скрывала ее от чужих взглядов. Именно поэтому я не заметила ее раньше.

Как и моя мачеха, которая совсем не ожидала встретить на тренировочной площадке племянницу.

— Это был тренировочный поединок, и твой сын сам предложил сражаться не на затупленных катанах, — Томоэ продолжала говорить убийственно спокойным голосом.

Мне казалось, я слышу скрип зубов Акико.

Ацуми-сан вышел у нее из-за спины, намереваясь заговорить с Томоэ, но та вскинула руку и резко мотнула головой, и мужчина остановился на полушаге. Пришедшие с ними самураи Татибана неловко толпились позади него, не зная, куда себя деть.

Вся сцена напоминала сплошную фантасмагорию. Акико выглядела глупо и неуместно, и я не понимала, что случилось с женщиной, которая казалась мне расчетливой и осторожной? Для чего были все эти крики об измене? А не окажись рядом Томоэ? Мачеха верила, что прикажет своим самураям, и те поднимут мечи против Таро?..

— На чьей ты стороне, племянница? — спросила обозленная, утратившая контроль над собой и ситуацией Акико.

Мысленно я застонала. Зачем, зачем задавать вопрос, ответ на который тебе не понравится?..

— На стороне своего отца, — холодно отозвалась Томоэ, говоря о Такеши-сане.

— Твой отец был моим братом! Ты моя плоть и кровь! — воскликнула Акико, и я заметила, как поморщилась Фудзивара.

Вероятно, подобная сцена происходила не в первый раз.

— Вставай, брат, — Томоэ повернулась к Кёсукэ, который все еще сидел на земле — покрасневший, уязвленный и побежденный. — Согласен, что это был честный поединок?

Тот переглянулся с матерью и нехотя кивнул. Поднялся сам, проигнорировав протянутую Томоэ руку. Брови у нее взлетели вверх, но она промолчала и лишь одарила спину Кёсукэ язвительным взглядом.

Он ушел один, в противоположную от матери сторону, даже на нее не взглянув. Разгневанная, разочарованная Акико хлестнула воздух длинным рукавом кимоно и, уже даже не пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре, отправилась обратно в поместье по той же дорожке, по которой пришла. Ацуми-сан и самураи молча последовали за ней.

Томоэ что-то сказала Таро, и тот негромко засмеялся. Атмосфера, царившая на тренировочной площадке, разрядилась после ухода всех Татибана. Оставшиеся мужчины вернулись к прерванным занятиям и взяли в руки катаны или длинные копья-нагинаты.

Я также направилась обратно в спальню, уверенная, что никем не была замечена. В покоях меня дожидалась Саюри, а на столе лежала найденная ею вышивка.

— Ты слышала что-нибудь о запрете проливать кровь детей сёгуна? — задала я ей вопрос, который мучил меня с момента появления мачехи на площадке для тренировок.

Ведь должна же была быть причина в поведении Акико?.. Ее приход был заранее спланирован — слишком уж вовремя она появилась. Еще и вместе с Ацуми-саном и самураями! Она не просто так оказалась в нужном месте в нужное время.

Но чего она пыталась добиться?

— Госпожа? — моргнув, Саюри озадаченно на меня посмотрела.

— Что будет человеку, который ранил, к примеру, Кёсукэ?

— Кёсукэ-сан ранен?

— Да нет же! — воскликнула я, разозлившись, и служанка тут же втянула голову в плечи. — Мой брат сражался сейчас в учебном поединке с Таро-саном, и тот его слегка задел катаной. Из царапины пошла кровь…

Саюри нахмурилась. Я по лицу видела, что девочка отчаянно хотела мне помочь.

— Но ведь раны — обычно дело, когда мужчины сражаются… — протянула она растерянно.

Я вздохнула. Значит, измену мать выдумала.

Для чего?

И ответ не заставил себя ждать.

В мои покои вскоре вошла старая карга-служанка Акико. Едва согнув спину в поклоне, она передала послание от мачехи. Та больше не намерена терпеть обращение, которому мы все подвергались в поместье Фудзивара, и потому велела собираться: мы выезжаем в Камакуру на рассвете.

С минуту я стояла на месте и хлопала глазами, словно глупая гусыня. Приказ мачехи показался мне громом посреди ясного неба.

Когда служанка ушла, я отмерла и бросилась к дверям. Конечно же, к ним для надежности приставили двух самураев Татибана. Третий охранял дом снаружи. Я аккуратно выглянула сквозь створки седзи и увидела, как он ходил вдоль деревянной веранды, мимо комнат, которые занимала я, мачеха, Юкико и Ацуми-сан.

Отчаяние накрыло меня с головой. Я почувствовала себя полностью изолированной. Запертой в клетке. И невероятно, невероятно одинокой.

Собравшись с силами, я вновь подошла к дверям и потребовала меня выпустить.

— Акико-сан велела вам находиться в ваших покоях, Йоко-химэ. Для вашей же безопасности, — проскрежетал один из самураев и опустил ладонь на рукоять меча.

Я фыркнула и впервые пожалела о том, что в японских домах дверь нельзя закрыть с оглушительным стуком.

Когда я вышла на веранду, то буквально тотчас ко мне приблизился третий самурай.

— Сегодня вам лучше остаться в комнате, Йоко-химэ, — сказал он.

— Я хочу прогуляться по саду.

— Не сегодня, госпожа, — совершенно безразлично отозвался самурай.

Он оставался на месте до тех пор, пока, сдавшись, я не вернулась в покои.

Мы уедем уже утром на рассвете. Одна лишь мысль приводила меня в отчаяние! От невозможности что-либо сделать хотелось кричать и плакать одновременно. Я была заперта в комнате без возможности выйти, без возможности встретиться с Таро…

Они узнают, не могут не узнать, что задумала Акико. Сборы не останутся незамеченными, и мы не исчезнем бесследно. Минамото смогут догнать нас по пути в Камакуру.

Если захотят.

Если Такеши-сан не отступится от своих планов.

Мне нужно было поговорить с Таро. Услышать, что он не нарушит данного мне слова.

Я посмотрела на Саюри и в голову мгновенно пришла идея. Наскоро набросав корявое послание на свитке, я едва дождалась, пока подсохнут чернила, скрутила его и сунула в руки служанки.

— Тебе нужно передать это Таро Минамото. Это очень важно. Понимаешь?

Она испуганно захлопала глазами. Пришлось стиснуть ее плечи и хорошенько встряхнуть.

— Саюри! Выйди из спальни и сделай вид, что идешь в комнаты для слуг. А сама найди Таро, поняла?