Страница 57 из 61
– Твоя мать была человеком, с которым Юстейл по своей глупости, влюбившись, – она печально хмыкнула, будто вспоминая счастливое, но наивное лицо старого друга, – Зачал ребёнка. О твоём существовании он узнал уже после нескольких месяцев твоего рождения. Ему ничего не оставалось, кроме как забрать тебя, – её прохладная рука, такая же шершавая, как и у меня, осторожно отодвинула испачканные локоны от моего уха, оголяя маленький, едва заметный шрам на остром кончике, – Он пришёл вовремя. Ровно в тот момент, когда твоя мать, обезумевшая от страха и стыда, пыталась отрезать твои уши и рога, чтобы скрыть твою природу. Юстейл забрал тебя. Попросил меня притвориться твоей матерью, ведь ты всё равно была как капля воды похожа на него. А твою мать – убить… Иначе рождение полукровки не удалось бы скрыть, а это могло подорвать его позиции и всю нашу операцию. О твоей истинной природе знали лишь мы двое. Я должна была подвести тебя к этой информации плавно, чтобы ты смогла это переварить, но у нас сейчас не так много времени. Детство кончилось, отец тебя к этому не подготовил, поэтому тебе придётся оставить свои потрясения на потом, а сейчас взять себя в руки и двигаться вперёд до тех пор, пока не окажешься в безопасности.
Каждый её слово было как удар кинжала, глубоко проникающий в сердце. Мой отец… убийца. Моя мать… пыталась меня изуродовать. Я… полукровка. Всё, во что я верила, рассыпалось в прах.
– Н-но… я… я же… – Я не могла найти слов, мой язык заплетался, а мозг отказывался формировать связные мысли.
– Я понимаю, – её успокаивающая ласковая ладонь погладила меня по голове, словно пытаясь заглушить боль. – У него были совсем другие планы на тебя. Он собирался растить тебя воином, магом, шпионом, кем угодно, но не маленькой принцессой. Он не собирался беречь тебя от всего и вся, но, родительское сердце, видимо, побороло его холодный разум, - печаль, которой был наполнен шершавый голос собеседницы, передалась и мне, и я почувствовала, как эта боль отзывается в моей душе. Она знала его, знала его настоящим. – Что он сказал тебе? – вновь спросила Ирнет, и в её голосе уже не было прежней жёсткости, лишь уставшее любопытство.
Не совсем понимая суть вопроса из-за всё ещё звенящего в помещении шока, я перевела ошарашенный взгляд на эльфийку, пытаясь собрать мысли.
– Ч-что…? – переспросила я, мотая головой.
– Что он сказал тебе? – повторила она, чуть настойчивее.
– С-сказал, что я должна бежать… Во Двор чёрных песков… И ч-что я должна забрать свою сферу… – наконец, выдавила я из себя, речь едва слушалась.
– Сферу… – она перекатила это слово на языке, будто пробуя его на вкус, устремив взгляд в потолок, где, казалось, витали все тайны мира. – Твоя сфера…
Договорить ей не дал оглушительный взрыв, раздавшийся совсем неподалёку, сотрясая стены хижины.
– Какого звездопада… – вскочив, Ирнет подлетела к окошку, её движения были молниеносными, словно у дикой кошки, – Они нашли нас раньше, чем я планировала. Бежим. Скроемся в Межземелье, я проведу тебя во Двор чёрных песков.
Я немедленно вскочила, и мы обе подхватили свои вещи – я свою сумку со скимитарами, она – небольшой кожаный мешок, арбалет и колчан с болтами. Треск, раздавшийся так близко, оглушил буквально на мгновение, а затем земля под ногами задрожала пуще прежнего. Наши преследователи подрывали деревья, прокладывая себе путь сквозь густые заросли. Распахнув дверь, наёмница грациозно, словно пантера, выпрыгнула в неизвестность, её движения были лёгкими и уверенными. Подбежав так же быстро, я рассмотрела её силуэт, перепрыгивающий с ветви на ветвь, словно невесомый призрак. Последовав за ней, я крепче взялась за лямку сумки и сиганула следом. Ветер засвистел в ушах, но уже через секунду тупая боль пронзила ступни, когда мои ноги коснулись поверхности соседнего дерева, почти выбивая воздух из лёгких. Путь, что казался таким длинным, был преодолён нами в мгновение ока, словно мы летели. Спрыгнув с верхушек деревьев на краю поляны, мы рванули в лес, дальше от преследователей, глубже в неизвестность. Но кто-то, ухватив наши силуэты в тени, привлёк внимание, и все, кто был неподалёку, ринулись за нами, их крики разносились по лесу.
– Шевелись! – её запыхавшийся голос, прошелестел между деревьями, подгоняя меня вперёд. Моё сердце колотилось, а лёгкие горели, но я бежала, бежала изо всех сил, зная, что от этого зависит моя жизнь. Снова...
От продолжительного, изнуряющего бега, который, казалось, тянулся целую вечность, пока Ирнет тащила меня за собой по лесным тропам, моя голова начала кружиться. Каждый вдох обжигал лёгкие, а мышцы горели огнём, но сильнее всего давила внутренняя боль. Неужели я действительно полукровка? Эта мысль, словно раскалённый уголь, жгла где-то глубоко в груди, перебивая даже страх погони. Всё, что произошло за последние сутки, спрессовалось в один невыносимый ком, и теперь я чувствовала себя не столько беглянкой, сколько ожившим фантомом, бегущим от себя самой. Головокружение накатывало волнами, грозя опрокинуть на землю, но взгляд Ирнет, устремлённый вперёд, не давал мне упасть.
Ирнет бежала чуть впереди, её движения были удивительно грациозны и бесшумны для фейри, обременённого возрастом и небольшой поклажей. Она вела меня за собой, словно опытная охотница, знающая каждый изгиб тропы, каждый камень и корень. Её выносливость казалась сверхъестественной, она ни разу не сбавила темп, хотя и по её дыханию было слышно, что и ей приходится непросто. А преследователи не отставали, их крики и топот сапог становились всё отчётливее. Тут и там среди густых зарослей мелькали огни факелов, окрашивая окружающий мрак в жуткие оранжевые тона, создавая обманчивые тени, словно сам лес восстал против нас.
Он казался живым, шепчущим, полным невидимых глаз. Я спотыкалась о корни, цеплялась за низкие ветви, но Ирнет лишь ускорялась, не позволяя замедлиться. Внутренний монолог превратился в хаотичный поток обрывков мыслей – отец, Эрина, Аден, мать… Все они сплелись в один кошмарный клубок, от которого не было спасения ни в беге, ни во сне. Я чувствовала себя пойманным зверем, загнанным в угол, и единственным желанием было спрятаться, забиться в самую тёмную нору, чтобы этот ад закончился.