Страница 80 из 147
— Приказывайте.. — и ведь знала, что от нее ждут, но, отвлекая на разговоры, тянула время. Лорд Эрли-Как-Его-Асдиш топором дорогу к ней рубил, неужели не повторит свой подвиг? Или.. или на самом деле кровью истек?
— Раздевайся, — брат королевы ленивым движением снял с себя камзол, бросил, не глядя, на кресло. Выправил из тесных штанов рубаху. — Ну? Чего ждешь? Сегодня моя ночь. Ты же девственница?
«Право первой ночи. Неужели я повторю судьбу Милены? В постель с нелюбимым.. Где же ты, Эрли?»
Потянула за завязки на рукавах, медленно вытащила руки, потом потопталась, чтобы платье само соскользнуло вниз — его да нижнюю рубаху уже ничего не держало. Рвань одна. Холод заставил горошины сосков сжаться.
Пока возилась с платьем, лорд терпеливо ждал. Стоило груди оголиться, положил на плечи ладони, повертел пленницу туда-сюда, разглядывая синяки на ребрах и спине.
— Болит?
— Болит. Мне бы день отлежаться, чтобы прийти в себя. Большей боли я не выдержу. Зачем вам в постели дохлая рыба? И помыться бы..
Сравнение Валерийскому принцу не понравилось. Сморщил брезгливо лицо.
— Хорошо. Постель отложим. А сейчас..
«А сейчас иди помойся», — не успела будущая фаворитка выдохнуть, что выиграла время, как услышала совсем не то, что ожидала.
— ..вставай на колени, — и потянулся к пряжке ремня.
Софья под требовательным взглядом рухнула на пол и закрыла глаза, но по шороху одежды догадалась, что намеревается сделать лорд Гванер. Никакая сила мира не заставила бы ее взглянуть на достоинство Велирийского принца. Она краснела, рассматривая рисунки Гелены, что уж говорить о том, чтобы увидеть «это» вживую.
— Открой рот, — на затылок легла ладонь.
— Милая, не открывай, — рядом раздался совсем другой голос. — Ни глаза, ни рот не открывай.
Что-то горячее брызнуло ей в лицо. Ослабла хватка руки.
Софью все-таки вырвало.
* * *
— Почему вы так долго не шли?! Почему?! Меня тут чуть не изнасиловали, пока вы где-то болтались!
— Ни на мгновение нельзя оставить тебя без присмотра, — лорд Асдиш сидел на корточках и стирал с лица Софии кровь. Она терпеливо наблюдала, как Гад смачивает в принесенном с каминной полки графине лоскут, оторванный от простыни. Вода все гуще окрашивалась в красный цвет.
— Что вы сделали с ним? — Соня скосила глаза и увидела лежащего в черной луже Гванера. Штаны он надеть не успел. Но не голые колени и не густая поросль, тянущаяся от пупа вниз, вызвали нервную дрожь. — Вы ему перерезали горло?!
— Тише, не кричи, — мокрая тряпка неприятно холодила кожу. Софья перехватила руку Эрли-Как-Его-Там-Асдиша, когда тот прикоснулся к одному из ее сосков. Лорд недоумевающе поднял бровь. — Что? Там тоже кровь.
— Вы ему перерезали горло!
— Не надо было? — глаза Гада потемнели. — Скажи еще, что я помешал.
— Вы не понимаете, — Софья встала. — Вы убили брата королевы. Вас ждет казнь. Нельзя поднимать руку на членов королевской семьи — это непреложный закон. Правы вы или неправы, ответ однозначный — смерть!
— Уф! Слава богам, — лорд Асдиш смотрел на нее снизу. И не мог не глазеть на прекрасную грудь с торчащими вверх сосками. Да, девочка выросла. Всего в ней стало больше. Нет, талия определенно тоньше, но вот грудь.. — Ты переживаешь обо мне, а я уж подумал..
— Нужно бежать! Немедленно! Пока вас здесь никто не увидел! — Софья, стыдясь заинтересованного взгляда, заметалась по комнате, ища хоть что-нибудь, что можно накинуть на себя. Схватила покрывало, но, заметив соскользнувший с кресла камзол Гванера, потянулась за ним.
— Нет, только не его вещи! — запротестовал лорд Эрли, вырывая чужую одежду из рук. — Ты и так им вся пропахла.
Показалось или нет, но светлые глаза лорда полыхнули золотым огнем.
— Что? Вот, надень лучше это, — отшвырнув в дальний угол одежду принца, Гад стянул с себя камзол. — Мой гораздо теплее. Правда, немного дырявый, но тут уж не моя вина.
Софья выдохнула — на рубахе Гада до самого локтя расплылось кровавое пятно. Хорошо, что Ларий не видел этого, иначе отругал бы за плохой бросок. Софийка Вежанская целилась вовсе не в плечо.
— Сюда могут зайти в любой момент, — она отложила «на после» разбор своих ошибок. — Быстро открывайте портал!
— Мне приятно, что ты обо мне заботишься, — Эрли набросил на плечи мохнатое покрывало, не желая, чтобы леди пялилась на подсохшую кровь. — Пытаешься спасти мою голову, но..
— Чего же вы медлите? — как же она жалела, что не срезала с платья хотя бы парочку селларов. Сейчас бы не прыгала от нетерпения, а открыла портал в любую точку мира, не пожалев и пару лет жизни, которые непременно отняла бы у нее магическая жемчужина. Бежать! Им нужно бежать! Гад убил Велирийского принца из-за Софийки Вежанской, и теперь дело чести спасти Эрли от гибели.
— Я не сумею повторить, — Эрли-Как-Его-Там-Асдиш улыбался. Смотрел на Софью и улыбался. Нашел время! — Портал как-то сам открылся. Я всего лишь хотел развалить топором стену..
Софья вспомнила, что и у нее первый портал открылся неожиданно, но там она натирала селлар, а здесь.. Магический топор?
— Где топор?
— Он разлетелся в щепки. После того, как я перевязал руку, стена больше не поддавалась.
— Но как-то вы сюда попали?
— Через дверь. Гванер ее не закрыл.
* * *
Они неслись по темным коридорам, освещенным лишь Кархом, лениво заглядывающим в окна. Беглецы не взяли с собой светоч, боясь привлечь внимание. Глубокая ночь надежно укрыла их.
«Странно. Ни снующих по замку слуг, ни грозной стражи у покоев. Наверное, брат королевы был уверен в своей неприкосновенности».
Лишь на крепостной стене перекрикивался караул, да из псарни подавали голос собаки.
— Куда мы бежим? — интересовало совсем другое — как лорд Эрли нашел ее, но и этот вопрос София отложила на потом.
— В подземелье! Я там оставил свою виверну. Пришлось помотаться, прежде чем я отыскал логово Гванера.
— А как вы узнали, что меня похитил именно он?
— Только у велирийских ящеров черный окрас. Наши все красные. Ну и совсем не трудно было догадаться, какому велирийцу приспичило выкрасть смазливую девчонку.
— Вы.. вы.. Гад!
— А как ты догадалась? — даже при свете ночного светила Соня различила, что лорд Эрли широко улыбается. — Здесь будь внимательна. Крутой спуск! Святые огурцы! Мы, кажется, попали не туда!
Их вынесло в проход, где на стенах горели факелы. На топот со скамьи поднялся сонный стражник.
— Стой, кто идет!