Страница 96 из 122
Арон нашёл, наконец, оправдание. Повелитель был выше его, и слово повелителя должно было быть законом для Арона. Арон подумал, что так, конечно, бывало не всегда, но всё же это было хорошим оправданием его эгоизма.
– Вы пойдёте со мной в Эрдинию! – резюмировал он.
Крим кивнул. По его лицу было видно, что он немного успокоился.
– Но подбор людей ляжет на твои плечи, – вздохнул Арон. – Можешь посоветоваться с Кипом.
– А если тебе не понравится мой выбор? – спросил Крим.
– Тогда я скажу тебе об этом!
– Хорошо! – Крим снова кивнул. – Теперь мы можем отдыхать?
– Ага! – согласился Арон. – Только…
Он почувствовал чью-то боль. Боль настолько сильную, что человек едва сдерживал крик.
– Что? – вскочил Крим.
– Сейчас… – Арон прислушался. Боги! Это был Сурин. Сурин, который недавно довёл его до такого состояния, что Крим решил отойти от этикета и назвать его по имени. – Пошли! – обречённо промолвил Арон.
Крим, поняв, что случилось нечто, что помешало их отдыху и уединению, вздохнул и последовал за Ароном, ступая на таком расстоянии от него, как это было необходимо правилами храма.
Сурина они увидели в комнате для тренировок. Каким-то образом он умудрился налететь на торчащую остриём вверх серебряную пику и сейчас захлёбывался в собственной крови, льющейся у него изо рта, под наполненными ужасами взглядами Рита, Кипа, Вилона, Пита, Стела, Лиана, Садина и Вифа. Ника, сидя на полу, закрыла руками лицо и плакала.
Арон на ходу выхватил из кармана баночку с гномьей мазью, и кинул её Криму, затем быстро подошёл к Сурину. Глаза мужчины уже закатились. Арон видел, что ещё немного, и он испустит последний вздох.
Арон мгновенно разорвал металлическое древко пики, отбросив обе её части в разные стороны, подхватил повалившееся на него тело бывшего монаха, аккуратно положил его на мат, и вошёл в угасающее сознание Сурина, не позволив тому отпустить бренное тело.
– Стой! – приказал он уже отходящему духу.
– Отпусти! – простонал тот. – Боль…
– Я уничтожу боль, – тихо пообещал Арон. – Подожди!
Арон начал впитывать в себя боль, освобождая от неё Сурина. Он забирал боль себе, он жаждал её, он просил её. Арон вбирал в себя рану, заставляя ткани тела Сурина соединяться, заставляя клетки срастаться, заставляя атомы занимать своё место, заставляя электроны двигаться по нужным орбитам, не позволяя совершиться оттоку энергии. Арон чувствовал запах крови. Она могла подкрепить его, могла дать ему силы, но забрать её у Сурина, означало убить его. Он и так потерял слишком много живительной влаги. Горло драло от желания хлебнуть из потока жизни, но Арон стиснул зубы, и старался заглушить эту боль. Она была, пожалуй, сильнее, чем всё, что испытывал Сурин, и что сейчас входило в тело Арона. Почувствовав, что последняя клетка встала на своё место, Арон ощутил такое бессилие, которого не чувствовал никогда.
– Мазь… – прошипел он, схватив нагнувшегося над ним Крима за шкирку. – Намажь ему место ранения!
Мир поплыл вокруг Арона, и тот обессилено опустился на мат, прямо в ту самую лужу крови, которая вытекла из тела Сурина.
Сурин, пошатываясь, встал на ноги. Он не мешал Криму мазать его мазью, не сводя взгляда с выглядевшего безжизненным тела Арона.
– Что… Что он сделал? – прошептал Сурин.
– Забрал твою боль, твою слабость, – ответил Крим, тщательно обмазывая живот Сурина. – И отдал тебе свои силы. Если бы это произошло в Долине Хранителей, он, наверное, перенёс бы это лучше, но последние годы работа так выматывала его! – Крим бросил гневный взгляд на Сурина. – Он просто был одержим необходимостью восстановить эти проклятые повелителем земли!
Закончив с Сурином, Крим опустился к Арону, аккуратно поднял его голову и положил себе на колени.
– Кип, нож! – приказал Крим, внезапно сообразив, что оба кинжала хранителя оставил в своей комнате, отложив их перед трапезой с Ароном.
– Ну, нет! – Кип попятился назад. – Он убьёт меня!
– Молись, чтобы повелитель не изменил своего решение, и не появился здесь! – прорычал Крим. – Потом Арон скорее убьёт кого-то ещё, чем тебя. На тебя он просто немного подуется. Ну же, Кип!
Кип нехотя протянул Криму кинжал.
– Не могу на это смотреть! – поморщился он, представляя, что именно хочет сделать Крим, чтобы оживить Арона.
– Отвернись! – посоветовал Крим, сделав быстрый разрез на своём запястье.
Осторожно поднеся руку порезом вниз к губам Арона, Крим прошептал:
– Давай же, пожалуйста…
Арон сделал глоток и глубоко вздохнул.
Открыв глаза, он отпихнул от себя руку Крима.
– Ты чего это творишь? – прошептал он.
– Ещё глоток! – потребовал Крим. – Я не умру, если ты возьмёшь ещё каплю моей крови. Ты сейчас в своём уме, и сможешь остановиться. Ещё один, Арон!
Крим вновь поднёс запястье к губам Арона. Тот снова глотнул. Опершись на руку, он сел, одновременно одним движением ладони заживив руку друга.
– Убери шрам! – глаза Арона сверкнули гневом.
– Успокойся, господин! – тихо попросил Крим, обмазывая руку. – Твоя злость никому не принесёт пользы.
Арон глубоко вздохнул, пряча как можно дальше сноп чёрного света, готовый вырваться из его груди. Он снова сделал это! Он снова сыграл роль его личного жертвенного агнца!
– Если это повторится, я оставлю тебя здесь! – пообещал Арон.
– Ты не сможешь изменить слову, данному ранее… господин! – ехидно улыбнулся Крим.
– Если это будет касаться твоей жизни, смогу! – совершенно серьёзно ответил Арон.
– Моя жизнь была в полной безопасности, – отмахнулся Крим. – А вот что бы случилось с остальными, если бы сюда налетел повелитель?
Арон оглядел собравшихся.
– Повелитель отвернулся от этого мира, – сказал он.
– Но повелитель не отвернулся от тебя, господин! – возразил Крим. – И я не уверен, что в сердце повелителя пересилило бы – его обещание никогда сюда не возвращаться, или его забота о тебе. На мой взгляд…
– Перестань! Я отоспался бы…
– Господин, ты вошёл в состояние комы, – покачал головой Крим. – Выйти из него самостоятельно до сих пор ты ещё ни разу не смог. Ты пока недостаточно взрослый для этого.
– Ты знаешь обо мне больше, чем я сам! – усмехнулся Арон. Хорошее настроение возвращалось к нему вместе с силами. – Пошли, продолжим нашу пирушку, – Арон, поднявшись, протянул руку Криму, но вдруг резко замер, не закончив движения.