Страница 26 из 122
– Рабами! – помог ему Арон.
– М-да… – Крим виновато взглянул на друга. – И с этого момента ты возложил на свои плечи полную ответственность за них. Ты можешь частично освободить их от своей власти, дать им возможность думать и решать самостоятельно, а можешь снова закабалить, если таково будет твоё желание. Они выполнят любое твоё распоряжение, сколь бы диким и неуместным оно не показалось. Они сделают это с готовностью и охотой, как делали бы это для себя, – увидев, как Арон недовольно поморщился, Крим поспешно добавил. – Ты легко можешь ограничить такое повиновение одной лишь своей волей. Но они навсегда связаны с тобой. Их души жаждут твоей власти. Ты их господин, их бог. Ты тот, кому принадлежат их жизни, и кто в ответственности за эти жизни. Ты можешь заставить их умереть одной лишь мыслью, или позволить им жить подле себя, пока жив ты. Но если ты по какой-то необъяснимой случайности умрёшь, их души последуют за тобой, они будут искать тебя до тех пор, пока ты не позволишь им быть подле себя. Я плохо знаю про мир духов, в котором смертные проживают по истечении их земного времени. Говорят, он необъятен, и там можно вечность искать кого-то. Поэтому единственная возможность найти тебя для них – пройти твой путь в конце твоей жизни. Если бы на скале тебя разорвали гвейны, то единственная оставшаяся тогда возможность оказаться подле тебя для Вилона и Ники, да и для меня тоже, – это отдать себя в жертву гвейнам, птицам-людоедам, что бы мы и сделали в следующее полнолуние. Иначе наши души никогда не нашли бы покоя, – Крим взглядом попросил Арона не перебивать, увидев возмущённое движение рукой со стороны друга. – Мы с Кипом попали под другую сторону твоей магии. Она напоминает ту, что ты сам применил на Вилоне и Нике, но также кардинально отличается от неё. Я расскажу о себе. Здесь я могу объяснить тебе более подробно действие силы. Думаю, Кип чувствует примерно то же, – Крим закрыл глаза, снова проводя себя по недавним событиям своей жизни. – Оказавшись подле тебя тогда, когда меня приставили к тебе впервые, я был напуган и растерян. Но ты проявил ко мне столько душевного тепла, сколько я не видел ни разу в жизни. Я не жалуюсь на жрецов, они внимательны, их сострадание не знает предела, но ты… – Крим вздохнул. – Ты вливаешь уверенность в том, что тот, кого ты отметил, по-настоящему нужен тебе. Поначалу ты казался мне маленьким и слабым ребёнком, требующим защиты, но очень быстро я сообразил, что именно ты можешь защитить не только себя, но и меня, и весь мир, который я так люблю. Я понял, что находиться подле тебя означает всегда быть востребованным, нужным и… быть в безопасности. По мере того, как я узнавал тебя ближе, я всё более и более привязывался к тебе, я нуждался в тебе, словно в солнце, которое должно восходить каждый день. И вот однажды в моей жизни наступил момент, когда я осознал, что мне не нужно других… – Крим снова замялся, не в силах подобрать слова, которое не ранило бы Арона.
Арон, поняв это, потребовал:
– Продолжай!
– Я понял, что мне не нужно других, – Крим затаил дыхание, а затем тихо прошептал: – богов… – Некоторое время Крим молча смотрел на Арона, как будто ожидая, что тот начнёт возмущаться, но Арон лишь с грустью наблюдал за наплывающими на лицо друга тенями. И Крим продолжил: – Осознав это, я принял тебя, точнее отдал себя под твоё покровительство. Не нужно было клятв. Сама моя душа явилась залогом моей верности тебе. Я отдал себя тебе, приняв защиту, которую ты, сам того не зная, даруешь всем, кто находится под твоим покровительством. В твоём свете мне всегда тепло и светло. И даже когда я ощущаю боль, свет твоей души успокаивает меня. В отличие от Вилона и Ники я не являюсь твоим рабом, пока ты сам не захочешь поработить меня. Все мои действия осознанные, и, если я буду считать, что какое-то твоё решение неверно, я могу противоречить тебе, и даже восставать против твоей воли. Но тот свет, который ты даруешь мне, требует компенсации. И я, так же, как и Вилон, и Ника, целиком и полностью завишу от твоего благополучия. Умри ты, я пойду вслед за тобой по пройденному тобой пути в надежде, что ты примешь меня в мире духов. Думаю, примерно то же чувствует и Кип.
Крим замолчал, немного виновато глядя на задумчивого друга. Арон тоже не произносил ни слова. В его душе сейчас шла борьба. Ему было больно. Больно от осознания того, что на самом деле представляют его отношения с друзьями. Понимание ответственности давило. Теперь он мог точно, по полочкам разложить свои действия. Он жертвовал всем ради друзей, которые вовсе не являлись друзьями. Рабы – да, слуги – да. Но…
– Ты обещал быть моим другом! – с горестью прошептал Арон.
– И я стал им! – Крим вскочил на ноги. – Я – твой друг! – и увидев отрицательный жест Арона, быстро, чтобы не дать тому перебить его, продолжил: – Я тот, кто готов отдать за тебя жизнь. Не потому, что ты так повелел, не потому что твой дух, который намного сильнее моего, закабалил меня. Нет! Не поэтому! Я тот, кто готов отдать за тебя жизнь лишь потому, что люблю тебя, люблю как настоящего друга, за которого стоит отдать всё, что у меня есть! Я знаю, что и ты чувствуешь то же. Ты доказал это мне неоднократно. Пойми, Арон! Друг – это не тот, кто только забирает. Друг – это ещё и тот, кто отдаёт! Ведь я не обвиняю тебя в том, что ты не мой друг на основании одного того, что ты захотел сохранить мою жизнь ценой своей собственной? Почему же ты делаешь это?
Арон кивнул.
– Справедливо! – вымолвил он. – Но я, всё же, был бы рад обойтись дружбой без участия магии.
– Ты не можешь, – покачал головой Крим. – Магия в тебе. Ты не можешь жить без неё. Любое твоё действие сопровождается магией, даже если ты не чувствуешь это. Так было всегда, и так будет всегда. С этим тебе придётся смириться! Твой дух переплетён с магией, он состоит из магии. Мало того, ты должен вернуть себе ту часть твоего духа, которую отняли гвейны. Иначе он будет неполон. Ты будешь ощущать себя неполноценным. Ты болен, Арон. И кто-нибудь должен позаботиться о том, чтобы ты снова стал здоров!
– Только не ты! – взревел Арон. – Гвейны раздерут тебя на куски!
– Хорошо! Хорошо! – поднял руки Крим, словно сдаваясь на милость победителя. – Сделай это сам! Но на этот раз, прошу тебя, продумай всё так, чтобы не причинить себе боли.
– Договорились! – рассмеялся Арон, но почувствовав, как силы быстро покидают его, прервал смех. – А теперь – к хозяину!