Страница 25 из 122
– Они страдали! – согласился с другом Крим. – Они страдали от того, что страдал человек, которого они любят всем сердцем, которому они преданы всей душой. От этого они страдали! Не знаю, что у тебя в душе, но мы все… Ни один из нас… – Крим запнулся, сглатывая ком, затем, взяв себя в руки, продолжил: – Ни один из нас не согласился бы добровольно расстаться с той любовью, что поселил ты в наших сердцах. И в горе, и в радости мы хотим находиться подле тебя.
– Ну… – Арон смотрел в глаза друга, не находя возражений, но всё же решился продолжить. – Мне, конечно, льстит, что ты так относишься ко мне. Но умирать вместе со мной… Это уже слишком!
– Почему? – запальчиво воскликнул Крим. – Я – смертный. Рано или поздно я уйду в мир, где обитают духи. И если тобой будет выбран путь духа, я хочу находиться подле тебя, а не искать тебя веками в бесконечной пустыне за гранью бытия. Моя душа жаждет твоего света. Она хочет греться от огня твоего духа. Почему ты ставишь во главе угла потребности моего тела, которое тленно? Это всего лишь вместилище духа. Это – не я!
– Любая жизнь священна, – ответил Арон. – Разве не этому учили тебя хранители?
– Да! Верно! Священна… – Крим опустил голову. – Но разве есть жизнь там, где нет любви?
– Любовь вокруг, – Арон улыбнулся, и моментально почувствовав, как силы вновь уходят от него, погасил самопроизвольно возникшее излияние чувств. – Оглянись, Крим! Любовь вокруг тебя. Ты повзрослеешь и найдёшь свою любовь!
– Ты так ничего и не понял… – плечи Крима бессильно опустились.
– Чего я не понял? – терпеливо спросил Арон.
– Не один ты способен любить, – ответил Крим. – Ты любишь меня, брата Марка, Нику, Кипа, Вилона, даже этого стража, который отдал тебя на съедение птицам-людоедам, – Крим понизил голос и повторил: – Даже его! Так почему же ты не можешь предположить, что остальные тоже могут любить? – последнюю фразу Крим почти прокричал, желая вложить в свои интонации все чувства, которые сейчас бушевали в его груди.
– Тише… Тише! – Арон покачал головой, прицокнув языком. – Я превосходно слышу тебя!
– Нет! – Крим быстро переметнулся ближе к кровати, заглядывая в глаза Арона снизу вверх. – Ты слышишь звуки, но не можешь понять сердца!
– Просто я не хочу, чтобы кто-то из вас страдал, когда, например, великий дракон решит очередной раз поджарить меня или разорвать своими когтями, – Арон протянул руку и схватил ладонь Крима. – Пойми же меня!
– А ты попытайся понять меня! – потребовал Крим. – В этих страданиях заключена моя жизнь, моя душа. Отними их у меня, и мир станет неполным. Такой мир мне не нужен! Я хочу радоваться и страдать вместе с тобой… – Крим чуть было не добавил «господин», но вовремя остановился. Это слово только подлило бы масло в огонь, ещё сильнее уверив Арона в необходимости снять заклятье с друзей. Древние легенды гласили, что это заклятье снять практически невозможно. Но за время их дружбы Крим очень хорошо изучил Арона. Для него не было ничего невозможного. И Крим верил, что тот нашёл бы выход и из этой ситуации.
– Так чего же ты хочешь от меня? – Арон почувствовал, что не может больше бороться с другом, сейчас он готов был сдаться. Возможно, когда-нибудь позже он и сможет убедить его в том, что главным для человека является свобода. Но сейчас… Сейчас у него просто не было на это сил.
– Оставь всё как есть! – с жаром произнёс Крим. – Пообещай мне, что ничего не будешь менять. Во всяком случае, пока.
Это «пока» и убедило Арона окончательно. Главное – он понял, что от его жизни зависят и жизни тех, кто последовал за ним. А значит, он будет осторожен, очень осторожен. Пока…
– Хорошо! – согласился Арон. – А сейчас, я думаю, мне пора предстать перед хозяином этого дома.
– Ты же его только что видел, – удивился Крим.
– Я был немного не в том состоянии, чтобы решать с ним глобальные вопросы, – расплывчатый ответ Арона заинтриговал Крима.
– Какие-какие вопросы?
Прочтя недоверие во взгляде друга, Арон вздохнул. Как рассказать Криму, на какую сделку он пошёл ради всех них? Как объяснить это теперь, когда он узнал о проблемах, свалившихся на плечи его друзей, когда он по неведению своему решил отдать самого себя ради их безопасности.
– Объясни-ка мне поначалу, как действует та сила, которую я распространил на вас! – потребовал Арон, решив, что лучше сначала полностью овладеть информацией, а лишь потом принимать какие бы то ни было решения.
– Ну уж нет! – Крим, встав, попятился от Арона. – Теперь ты не заставишь меня.
– Я не хочу тебя заставлять что-либо делать, Крим! – мягко ответил Арон. – Тем более, сейчас это и невозможно. Гвейны удерживают меня. Я просто хочу уяснить для себя, что я сам могу делать, а чего мне делать не следует. Я уже пообещал тебе, что пока ничего не буду менять в наших с тобой отношениях. Разве я хотя бы раз нарушил слово, данное тебе?
– Мне – нет! – ответил Крим. – Но однажды ты нарушил обещание, данное Вилону!
Арон помнил этот случай. Тогда он вынужден был уехать далеко от дома – в Западный храм, и надолго оставить своих друзей. За день до этого он сказал Вилону, что очень скоро навестит его. Памятуя о том случае, он мог сейчас понять Крима. Тот вовсе не хотел упрекнуть друга. Крим говорил о том, что существуют непредвиденные ситуации – события, которые заставляют менять решение или игнорировать обещания. Тогда тем событием была абсолютная незащищённость учителя Арона – брата Марка, – который не взял с собой никакого оружия, отправляясь в дальний путь вместе с избранным. И лишь присутствие Арона могло спасти философа от хищников, кишащих в той местности, по которой они должны был пройти.
– Верно! Тогда я нарушил своё слово. – Кивнул Арон. – И, если случится ситуация, в которой мне нужно будет выбирать между чьей-то жизнью и выполнением обещания, я снова поступлю таким же образом, – честно признался Арон. – Но сейчас события кардинально отличаются от тех, о которых мы с тобой говорим. Я мог совершить ошибку, причинив вред тебе, Вилону, Нике или Кипу, просто по неведению своему, как сделал это две недели назад. Поэтому и только поэтому я прошу тебя посвятить меня в то, что тебе известно. Ведь я знаю лишь о том, что ощущаю сам. Что чувствуете вы четверо?
– Хорошо! – согласился Крим. Доводы Арона убедили мальчика. – Ника и Вилон попали под действие твоих чар по твоей и только твоей воле. Про их ощущения я могу рассказать тебе лишь понаслышке. Как только ты коснулся их своей силы, они стали твоими… – Крим замялся.