Страница 111 из 122
– Сейчас я отозвал гвейнов, – теперь речь Сурина стала тиха и спокойна, как в самом начале. – Но, если я вынужден буду их призвать вторично, я позволю им пировать. Для них тут есть, чем поживиться. Итак, от лица храма я выношу следующее решение. Должность Протэра упраздняется. Суд, как и все его члены, распускается. В течение недели все принадлежащие крепости здания должны быть очищены от уволенных с должностей обитателей и их семей. Вводится должность главы города, которую будет занимать назначенный храмом человек. Обучение стражей города будет возложено на воинов храма, которые вправе сами выбирать учеников. Если какой-то из стражей по каким-то параметрам не подходит, он должен освободить принадлежащее крепости здание. В поисках места трудоустройства можно будет обратиться к человеку, назначенному главой города. Тот, кто будет трудоустроен, получает жильё в стенах крепости. Храм будет внимательно следить за выполнением законов, свод которых будет предоставлен главе города, и которые должны быть распространены в течение суток среди всех жителей города. Чтобы те, кто не обучен грамоте, могли узнать основные законы, действующие на территории северного храма, на каждую улицу города будут направлены глашатаи, которые будут читать свод законов. Все остальные действия по управлению городом возлагаются на его главу. Эти действия могут корректироваться храмом в случае их несоответствия политике храма. На сегодняшний день главой крепости Кутуки назначается Амир – бывший звездочёт крепости.
Услышав своё имя, Амир вздрогнул, подняв удивлённые глаза на Сурина. Но взгляд Сурина был остекленевшим. Тогда Амир посмотрел на Арона, тот улыбнулся ему одними глазами и прошептал:
– Уверен, ты оправдаешь доверие!
Сурин отошёл в сторону, дав дорогу Амиру.
– Суд распущен, – сказал он. – Должность Протэра упразднена. В течение недели занимаемые вами дома должны сдать Камилу, Митрию, Пиру, Эрику, Беану, Вику, Фешу, Читу, Серину и Дину, – Амир указал на поднимающихся на ноги и трясущих головами стражей, только что обретших возможность двигаться. Если кто-либо из вас считает возможным предложить городу свой труд, составьте список того, что вы умеете, мы рассмотрим ваши предложения на предмет трудоустройства.
– Думаю, больше мы здесь не нужны, – улыбнулся Амиру Арон. – Пусть боги будут благосклонны к тебе! – пожелал он новому правителю. – Да, и помни, чтобы привлечь моё внимание, не нужно ставить на стол ту странную штуковину, что спрятана в твоём шкафу. Достаточно просто назвать моё имя.
Амир кивнул, Арон ответил на его кивок и удалился вместе со всем своим сопровождением. Он был уверен, Амир справится с возложенными на него обязанностями.
В этот день Арон решил остаться в Кутуки, точнее даже не в самом Кутуки, а в гномьих проходах под ним. Отправив Кипа, Карила и Сурина в северный храм, Арон начал расчищать подземные помещения. Ему захотелось проверить, нет ли здесь источника того сигнала, который должен был подаваться в комнату с чёрными экранами, найденную Ароном под храмом. Мальчику было известно, что крепость Кутуки была построена много позже того времени, когда были введены в действие интересующие его приборы. Но ему не было известно, была ли она построена на пустом месте, или здесь когда-то было какое-то древнее поселение. Арон исходил из того, что в одной из башен Кутуки всё же существовал проход в подземелье, а значит, башни эти стояли задолго до возведения крепостных стен.
Арон скрупулёзно исследовал один проход за другим, но нигде не было даже намёка на существование передатчика. День за днём он проводил, расчищая созданные тысячелетия назад завалы. И вот, наконец, закончив с последним из них, Арон обессилено опустился на пол в молитвенном помещении. Что-то внутри него не хотело верить, что то, что он ищет, находится не здесь. Арон предполагал, что передатчиков должно быть множество, но почему-то он был убеждён, что хотя бы один из них должен принадлежать Кутуки.
– Геон! – тихо позвал он.
– Да, мой мальчик!
Арон поднялся, оглядываясь вокруг.
– Где ты? – Арону сейчас как никогда нужен был кто-то понимающий и любящий. Его друзья больше не были друзьями. Повзрослев, они стали вести себя так, как требовал от них этикет. Ника, и та склонялась перед ним и называла не иначе, как господином.
Геон медленно возник перед его взглядом.
– Я здесь, Арон.
– Почему я не могу найти этого? – жалобно спросил повелителя мальчик. – Я знаю, это здесь!
– Ты можешь, просто ты устал, – Геон обнял мальчика за плечи и опустился вместе с ним прямо на пол. – И расстроен. Подумай хорошенько. Если ты считаешь, что то, что ты ищешь, находится здесь, где это может быть?
Но Арону сейчас не хотелось думать. Он просто прижался к тёплому плечу Геона и закрыл глаза.
Работа на этот день была завершена. Крим со вздохом подумал, что там, южнее, наверное, сейчас как раз закат. Он скучал по солнцу в сумерках начала зимы. Летом хотя бы можно было выходить из здания. Сейчас же морозы были настолько лютые, что вне помещения просто невозможно было даже дышать. Крим взял в руки маленький серебряный шарик, переданный ему Ароном. Много времени он проводил над ним, но шарик не поддавался. Арон говорил Криму, что шарик можно открыть. У Крима защемило что-то внутри. Последние годы Арон словно забыл о нём. Он просто больше не появлялся, приходил лишь тогда, когда было необходимо. Всё, что осталось ему от Арона, – это маленький серебряный шарик, не желающий раскрывать перед ним свои секреты. Крим положил шарик на левую ладонь и погладил его указательным пальцем правой руки. В памяти его всплыли слова, сказанные им самим, когда Арон предлагал ему блистательное будущее в восточном храме. Тогда после его отказа Арон спросил: «Чего же ты хочешь?», а он ответил: «Я хочу быть твоим другом». Крим глубоко вздохнул, пытаясь разогнать ком в горле. И вдруг что-то случилось. Шарик щёлкнул, и в руке Крима оказалась прекрасная алая роза, источающая такой восхитительный аромат, что у Крима перехватило дыхание. И вместе с ароматом в память, словно вихрь, ворвалось всё, что пережил Крим с Ароном. Их встреча, игры, его пропажа на год, появление. Крим вспомнил, как Арон отправился за ним в южный храм, как с гордо поднятой головой выдерживал наказания, которые положены были Криму, как заставил его последовать за собой. Он вспомнил, как Арон ломал голову, изыскивая возможность взять его, Крима, с собой. Как он отдал себя на растерзание, чтобы защитить их с друзьями…