Страница 59 из 62
Глава 30. Разгром
Глава 30. Разгром
Украшенная флагами голова черной змеи, какой виделась вражеская армия, уже проползла дальше по ущелью, а тело все тянулось и тянулось. Пятак перед оврагом не вместил бы всех воинов, поэтому им пришлось выстроиться в длину.
— Смотри, сколько бойцов нагнал, — Луиза с тревогой наблюдала, как некоторые из пехотинцев, покинув строй, полезли на скалы. Король тоже извлек ошибки из прошлого визита, поэтому не собирался допустить нападения со спины.
Показались осадные орудия. Они громыхали колесами по неровной поверхности ущелья. Башни, увешанные длинными лестницами, метательные сооружения, тараны для ворот. Завершала строй чугунная пушка. Ее тянула упряжки из восьми лошадей.
— Король демонстрирует нам свою силу, — шепнул Стефан. Луиза тяжело сглотнула, скользя взглядом по бесчисленным черным шлемам.
Король показался последним. Золотые доспехи, белый конь. Двигался неспешно. Как — то даже лениво. Словно его занимали пустяковые думы. Демонстративно подносил к лицу и вдыхал аромат голубовато — сиреневого цветка.
Вильхельм проехал вперед и встал у края рва. Там, где в мирное время начинался мост.
— Ты разочаровала меня, Луиза, — произнес он негромко, но эхо усилило его слова. — Я готов был бросить к твоим ногам весь мир, а ты выбрала мальчишку, который сам не знает, что хочет.
У Стефана глаза налились кровью, но он сдержался. Знал, что его провоцируют.
— Что вы здесь делаете, Ваше Величество? — спросила Луиза. — Разве вам больше не страшны оборотни?
— Второй раз твоя хитрость не пройдет, милая Лиззи, — король широко улыбнулся. — Нет никаких оборотней и не было. А вот я есть. И я пришел за своим.
— Что в нашей крепости вы считаете своим? — голос Луизы звенел.
— Тебя. Только, прости, ты упустила шанс стать королевой. Теперь, после мальчишки — пса, ты годишься только в наложницы.
Стефан сжал пальцы в кулаки.
— Я буду драть тебя тогда, когда захочу. Ноги лизать мне будешь, — король скривил в усмешке рот.
— Я слышу в ваших речах уязвленное самолюбие, лорд. Да, меня не прельстила ваша корона. И я предпочла отдать девственность псу — мальчишке. Теперь вам придется очень постараться, чтобы я снизошла до вас.
Луиза отточила мастерство делать больно в схватках со Стефаном.
— Я не буду стараться, — судорога прошила лицо Вильхельма. — Я поступлю иначе. Прощай, Лиззи.
Король смял цветок и швырнул его под ноги коня. Рука в перчатке медленно поползла вверх.
Стефан выдохнул.
Когда палец короля только начал движение, чтобы указать на жертву, граф Хорр применил Глас.
— Сломай себе палец! — громко приказал он.
Король вздрогнул. Удивленно посмотрел на собственную руку. Та крупно сотрясалась. Вильхельм изменился в лице, на его шее вспухли жилы. Он не желал выполнять команду, но и не мог ослушаться Гласа. Это было заметно и стоящим рядом воинам, и людям, находящимся на стене.
Выпустив поводья, король потянулся второй рукой к первой. Закричал, словно дикий зверь, пытаясь сопротивляться, но ничего изменить не мог. Схватился за несчастный палец и резко вывернул его. Раздался громкий хруст.
— А теперь укажи этим пальцем на себя, — приказал Стефан.
— Умоляю, не надо, — простонал король, но его рука неотвратимо исполняла приказ. И как только сломанный палец уткнулся в лоб Вильхельма, правитель множества земель вскрикнул и рухнул с коня на камни.
Эхо подхватило лязг золотых доспехов и понесло по скалам.
К королю подбежало сразу несколько воинов. Склонились над лежащим ничком Вильхельмом.
— Он умер?! — спросил кто — то из них.
— Умер — умер — умер, — подхватило эхо.
— Вильхельм умер?! — повторила за ним Луиза.
Стефан пожал плечами.
— Не знаю. В первый раз попробовал такое.
— И что? Осады не будет?
— Не — а, — Стефан улыбался. Не мог не улыбаться. У него получилось. Правильно он решил, что тянуть не стоит. Нужно сразу рубить голову этой гадине. А без головы тело бесполезно и не может укусить.
Защитники крепости настороженно наблюдали, как тело короля, со уголка рта которого стекала струйка крови, положили на лафет и укрыли огромным знаменем. Упряжка из восьми лошадей печально потянула его к выходу из Лапларского ущелья. Армия уходила молча.
Как только последний воин скрылся в тумане, защитники крепости разразились криками.
— Что теперь? — Луиза подняла голову. Она бросилась в объятия Стефана сразу же, как поняла, что боя не будет.
— Пора освободить наш дом. Скорее всего, новым правителем Кардеры будет мамочка Эвхении. А это еще та сука.
— Прищемим ей хвост? — глаза Лиззи загорелись восторгом.
— Прищемим. Только, пожалуйста, не лезь на рожон. В нашем замке поселился главный кардерский колдун. Как бы тебе не попасть под проклятие. Может, останешься в крепости?
— Ну уж нет! Я должна видеть, как чужаки уйдут. А за меня не беспокойся. Я опытная и уже ходила под проклятием, — Луиза, чмокнув Стефана в щеку, метнулась к лестнице. Она вприпрыжку спустилась с крепостной стены. Стефан едва поспевал за прыткой женой.
— Возьмем с собой оборотней? Новая королева родная сестра Вильхельма. А значит, обладает той же магией, — Стефан знал, что выиграл только первую, но самую сложную битву. Успех ободрил его.
Долго не собирались. Люди были готовы, лошади взнузданы. Касл тоже увязался, но поехал в санях. Жаловался, что болит голова. Стефан со всей очевидностью видел, что в доме друга мужиком будет Жейна.
Армия погибшего короля, несмотря на осадные орудия, которые была вынуждена тащить с собой, убиралась из ущелья быстро. Ее гнал страх. И не только открывшееся могущество местного правителя гнало их. Со склонов доносились жуткие звуки и шорохи. За деревьями и кустарниками мелькали тени.
Стефан тоже обратил на них внимание.
— Что это? — спросил он, беспокойно озираясь. Луиза чуть придержала коня и огляделась.
— Оборотни. Их прислала Хранительница. Теперь они будут сопровождать чужаков до самой границы ущелья.
— Она прислала подмогу?
— Всегда присылает, когда в ущелье заходят чужие. Когда ты заявился в первый раз за двенадцать лет, они тоже маячили за твоей спиной. Помнишь, как испугались лошади, и твой друг дал деру?
— Оборотней я не заметил, но вот ты едва не лишила меня жизни.
— А под каким еще предлогом я могла удерживать тебя в крепости целую неделю? — Луиза звонко рассмеялась.