Страница 53 из 62
Глава 27. Счастливые мгновения
Глава 27. Счастливые мгновения
Оставшись в одиночестве, граф и барон вытряхнули содержимое кофра на кровать, чтобы разделить одежду между собой. Пауль постарался, поэтому обошлось без драки и обид. Худосочный Касл сбегал на кухню, и сердобольные женщины не только нашли для него иголку и нитку, но и помогли подшить рукава на нарядном кафтане и переставить пуговицы на нем и штанах.
К двенадцати оба друга были готовы. Волосы тщательно причесаны, лица побриты, сапоги начищены. В петлицах по цветку — это уже постарался сам Стефан. Он сбегал в Зимний сад и убедился, что никуда волшебные цветы не делись. Мало того, появились нераспустившиеся бутоны на плюще, что увивал беседку.
— Вы окончательно сюда перебрались? — спросил Стефан, когда цветы, завидев его, повернули головки.
Даже журчание источников сделалось веселей. Граф навестил и их, умывшись живительной водой. Ширина потока сейчас была не на три пальца, как вчера, а на все пять. Мальхору и Кодидуру определенно здесь нравилось.
На обратном пути Стефан встретил женщин, которые тащили перины, подушки и стопки простыней. Он посторонился и даже втянул живот, чтобы пропустить шумную толпу. Девицы рассмеялись, только завидев его. Он заметил, как они толкали друг друга и прыскали, оборачиваясь на него.
Ясность внесли мужики, которые следом волокли огромную кровать.
— Для вас, милорд, стараемся. Хозяйка приказала в беседке спальное место оборудовать. Романтика!
Стефан поспешил к себе. Его будущая жена большая затейница.
В храм пришли заранее. Его тоже украсили, не пожалев ельника и цветов из Зимнего сада. На подоконниках лежали фрукты — все, что уже созрело. Яркими пятнами выделялись мандарины. Горел огонь в чашах, нагревая небольшое помещение. По воздуху плыли чарующие ароматы.
Священник тоже оделся по — праздничному: на нем была красная сутана, расшитая золотом и серебром, где каждый цвет имел отношение к Трем богам. Серебро — это символ седин Старца, золото — блеск меча и лат Защитника, красный цвет — символ Отрока. Красная заря — возрождение нового, начало начал.
Стефану непривычно было видеть красное храмовое одеяние. Священник нового бога облачался только в черное, поэтому в Верконе многие отвыкли от праздничного цвета Трех богов.
Небольшой зал потихоньку заполнялся. Жители крепости принарядились. Садились на скамьи, уперев взор на стоящих у алтаря мужчин. Шептались.
Заиграл орган. Стефан оглянулся. Не ожидал, что здесь будет музыка. Даже в столице не каждый храм мог похвастаться дорогим инструментом. В детстве Стефан ни разу не присутствовал на службе в крепости, поэтому поразился наличию длинных духовых труб. Их не было видно из — за каменных изваяний Трех богов.
— Спасибо, — шепнул граф Старцу, встретившись с ним взглядом. Стефану даже показалось, что перо в руке старшего бога дрогнуло.
— Пожалуйста, милый. Все для тебя, — не поняв, что граф обращался не к ней, произнесла играющая на инструменте Фая — мать Змеи. Полная женщина с упоением нажимала пухлыми пальчиками на клавиши верхней клавиатуры, не забывая работать ногами на нижней — педальной.
— Заждались? — рядом с мужчинами появилась запыхавшаяся Жейна. Хорошенькая в бледно — голубом платье и милом веночке. В руках ее была корзинка, украшенная цветами.
Касл посмотрел на девушку с интересом. Та дерзко подмигнула барону.
— Ух, какая хищная штучка, — прошептал он другу.
— Ты еще не знаешь, насколько прав, — ответил Стефан.
— Кажется, я запомню эту свадьбу надолго, — барон улыбался, и девушка в голубом отвечала ему сияющим взглядом.
— Уверен. Только, пожалуйста, останься живым, — с ухмылкой ответил ему Стефан и перевел взгляд на распахнувшиеся двери. Орган заиграл оглушающе.
В лучах зимнего солнца появилась невеста. На ее плечи была накинута белоснежная шубка. Ее тут же сняли, оставив Луизу в серебристом струящемся платье. Воздушная фата скрывала ее лицо, но позволяла разглядеть, что в ее темные локоны были вплетены голубовато — сиреневые цветы. Такой же букетик был в ее руках.
Невесту сопровождал старик. Ради такого случая Тараген, он же оборотень тигр, распрямил спину и гордо задрал подбородок.
— Ты что? Плачешь? — пораженно заметил Касл, толкнув друга локтем.
— Что — то в глаз попало, — ответил ему Стефан, не спуская восхищенного взгляда с Лиззи.
Старик торжественно передал жениху невесту и поспешил сесть. Граф подвел Луизу к алтарю.
— Дети мои, — начал священник.
Стефан не слышал, что говорил служитель Трех богов. Его переполняли радость, нежность к стоящей рядом женщине, ощущение нереальности происходящего. Пришел в себя, когда ему задали вопрос, согласен ли он взять в жены Луизу Кречет.
— Да, — выдохнул Стефан.
— А вы, Луиза Кречет, не откажетесь принять руку и сердце лорда Стефана Хорра?
— Нет, не откажусь, — последовал правильный ответ Лиззи.
Стефан выдохнул. Все, проклятие завершилось. Больше нечего бояться. Они справились.
— Поменяйтесь браслетами, — скомандовал священник, и лицо Стефана загорелось маковым цветом. Он совершенно забыл, что в храме понадобятся свадебные браслеты.
Но церемония шла своим чередом. Жейна поднесла корзинку, где на розовых лепестках лежала пара браслетов.
Граф узнал их. Один принадлежал его отцу, другой — его матери. Но откуда они взялись в крепости?
После того, как молодожены обменялись брачными амулетами, Стефан бросил взгляд на друга. Тот сделал хитрое лицо.
— Скажи спасибо своей Мамушке, — шепнул он, кивая на скамью в первом ряду. — Это она позаботилась.
Граф обернулся и увидел счастливые глаза няньки. Она сидела рядом с улыбающимся старичком — оборотнем и вытирала платочком слезы. Тараген тоже выглядел счастливым.
— Спасибо, — шепнул няньке Стефан.
— Жених может поцеловать невесту, — сообщил священник мягким голосом.
Граф поднял фату и увидел, что Луиза тоже плачет. Он губами собрал все слезинки и только потом поцеловал невесту по — настоящему. Все присутствующие в храме шмыгали носами, так волнительно это выглядело. Здоровый, словно молодой лось, граф и хрупкая, нежная, тонка и звонкая, словно льдинка, Луиза.
Ярко вспыхнул факел в руках отрока. Орган неистовствовал. Теперь к нему присоединился хор — все, кто был в храме запели славящую жениха и невесту песню. Летели лепестки цветов, сыпались под ноги молодых звонкие монеты.
На улице, хоть и был расчищен снег, Стефан подхватил невесту на руки. Сверху на нее набросили белую шубку.