Страница 47 из 62
Глава 24. Северяне
Глава 24. Северяне
— Как прекрасны ваши традиции, — выдохнула Луиза, закрывая «Хроники». — Получается, нас тоже благословили? А если бы цветок не поменял цвет, что ты сделал бы тогда?
— Я бы все равно на тебе женился.
Луиза обошла стол и обняла сидящего Стефана. Прижала его голову к груди.
— Я люблю тебя, Стеф. Сейчас еще сильнее. И пожалуйста, прости меня за все, что я творила с тобой. Мне очень стыдно. Но я не знала, как обратить на себя внимание. Я пыталась остановиться, но увязала все больше и больше. Думала, дороги назад уже нет.
— Достаточно было прийти и поговорить, — Стефан поднял голову, чтобы видеть ее лицо.
— Не думаю, что тогда ты воспылал бы ко мне любовью. Ты был такой.. неприступный и гордый. Тебе следовало разглядеть меня ближе, чтобы понять — я та, кто тебе нужен.
— Поэтому ты меня подстрелила? Но тебе удалось. Я влюбился, когда ты вытаскивала пулю, а потом грела своим телом, когда меня сжигал жар. Я все помню. Видимо, нам обоим стоило пройти испытания, чтобы узнать, что нам не жить друг без друга.
— А еще.. — хотела добавить Луиза, но Стефан ей не позволил. Закрыл рот поцелуем.
Они шли по дорожке меж деревьями, держась за руки. Смотрели друг на друга и улыбались. Иногда останавливались, чтобы поцеловаться.
— Смотри, что это? — с дрожью в голосе произнесла Луиза, когда они приблизились к мандариновому дереву. Исчезли мелкие белые цветочки. Вместо них на каждой веточке распускались крупные цветы голубоватого цвета. Они светились в темноте листьев.
— И там! Смотри туда! — изумленно воскликнул Стефан, пальцем показывая на розарий. Среди розовых, желтых и красных головок пятном выделялся куст таких знакомых семейству Хорр цветов.
— Давай попробуем потрогать и другие цветы, чтобы убедиться, что это моих рук дело? — Луиза направилась к алым флоксам и пальцем погладила лепестки крупного цветка, но ничего не произошло. На ее лице читалось разочарование.
— Ерунда какая — то.
— Подожди, — граф обнял расстроившуюся девушку. — Роза в твоих волосах тоже не сразу изменилась.
— Но в «Хрониках»..
— В «Хрониках» суженая пришла на праздник цветов со своим букетом и долго стояла в ряду прекрасных соперниц. Вспомни, как она была удивлена, что цветы поменяли окрас. Видимо, нужно время.
— А в поле с маками?
— Маки начали менять цвет только тогда, когда Хорр услышал пение и обратил внимание на девушку.
— Посмотри на меня..
Стефан не стал тянуть. Приподнял лицо Луизы за подбородок и, взглянув в глаза, произнес:
— Я люблю тебя, Лиззи. Прости за всю ту боль, что я доставил тебе. Я был таким дураком.
— Мы оба были хороши. Но я больше.
— Нет я..
— Милый, мы опять спорим.
Когда они прекратили целоваться и оглянулись на флоксы, то пораженно замерли. Цветы сделались голубыми.
— Вот видишь, — улыбаясь, произнес Стефан. — Ты — моя суженая. Без ошибок. И как бы Эвхения ни пыталась изобразить из себя избранницу, она проиграла.
— А она пыталась?
— И даже объявила в присутствии своей матери, что я сделал ей предложение руки и сердца.
— А ты делал? — Луиза широко распахнула глаза.
— Я даже под угрозой смерти я не пошел бы с Эвой к алтарю. Я не враг самому себе. Но она изворотлива и хитра. Позвала священника, чтобы тот стал свидетелем, что принцесса на произнесенное в бреду ответила согласием.
— Она произнесла те самые «да», которые перебили мои выстраданные «нет», — с грустью в голосе произнесла Луиза.
Стефан тяжело вздохнул.
— Мне тыкали в нос храмовую книгу, и я не нашел ничего лучшего, как сбежать к тебе под предлогом борьбы с оборотнями.
— И что же теперь будет? — Лиззи не отнеслась к поступку Эвы так легко, как Стефану хотелось бы. На ее глазах навернулись слезы.
— Мы поженимся. Завтра же. Боги за нас, поэтому не будем тянуть. Ты не достанешься Вельхельму, я Эве. Испортим их планы. Сразу же после свадьбы проведем консуммацию брака.
— Если, конечно, нас не попробуют разлучить, — Лиззи положила Стефану ладонь на грудь. Под ее пальцами часто билось сердце.
— Нам объявят войну, когда поймут, что мы объединились. Ты готова к ней?
— Нет, но я знаю, кого можно взять в союзники. Для этого нам придется сходить к ведьме.
— Зачем нам ведьма? Я еще не отошел от прежнего проклятия.
— Она Хранительница Северных земель. С тех пор, как наши отцы заключили союз с северянами, они наш тыл, а мы их оплот.
— Я ни разу не видел ни одного северянина. Как — то не довелось встретиться.
— Неправда, — Луиза загадочно улыбнулась. — Идем, я кое с кем тебя познакомлю.
Хозяйка крепости, укутавшись в шаль, вывела Стефана на задний двор. Граф поспешно накинул на плечи сюртук. Злой ветер тут же закопался в волосах, ущипнул щеки и сделал красным нос. Снег хоть и расчистили, с неба крупными хлопьями сыпал новый.
Когда Стефан и Лиззи проходили мимо конюшен, из темноты выскочили два огромных волка. Увидев гостя, остановились. Поджали уши.
— Свой, — громко предупредила их Луиза и взяла Стефана за руку. Убедительно повторила: — Теперь свой.
Волки попятились, уступая дорогу. Стефан кожей чувствовал, какими взглядами его провожали хищники. Граф понимал, звери не простили, будут следить и, как только он допустит ошибку, нападут.
«Придется быть начеку», — решил Стефан, оглядываясь на горящие в темноте глаза. Он бы и сам никогда не простил того убийцу, кто поднял руку на его родителей. Найти бы только.
Луиза привела Стефана к знакомому домику.
— Я догадывался, что твоя подруга не так проста, — сказал граф, вспоминая танец гибкой гимнастки с огромным удавом. — Дружить со змеями не каждая женщина отважится.
— Ты не обо всем догадывался, — загадочно ответила ему Луиза, стучась в дверь.
Открыла им Жейна. С тревогой взглянула на Стефана, но заметив, как широко ей улыбнулась Лиззи, потеплела глазами.
— Мы к тебе на минутку. Есть важное сообщение, — произнесла хозяйка крепости и проскользнула в жарко натопленную комнату.
За столом сидело несколько человек. Двое мужчин — один из них ветхий старец, и две женщины средних лет. Из присутствующих Стефану был знаком лишь священник, он же истопник. При виде гостя, все поднялись. Держались напряженно. Время было за полночь, но они не расходились. Видимо, не спалось — в крепость пожаловали чужаки.
Граф заметил за приоткрытой занавеской лишь одну кровать, значит, собрались, чтобы обсудить важное. Коротко поприветствовав их, Стефан перевел взгляд на разрумянившуюся Луизу.