Страница 41 из 62
Глава 21. Трудное решение
Глава 21. Трудное решение
Зайдя в дом, Стефан прежде всего подтолкнул в нужном направлении Касла.
— Ты бежишь к Мамушке, — наказал он другу. — Закутаешь ее в перину и вынесешь через черное крыльцо.
— Зачем нам с собой Мамушка? — барон оглянулся. — Ты чего — то боишься?
— В доме ведьма. И я не думаю, что та явилась, чтобы снять порчу. Как бы они окончательно не спровадили мою няньку на тот свет. Она им мешает. В крепости Мамушке будет лучше. Уверен. Там все свои.
Касл вытаращил глаза.
— Ты намереваешься ехать к Зар — разе? — увидев, как на него взглянул Стефан, осекся. Вспомнил, что ему запретили так называть леди Кречет. — Думаешь, Луиза примет тебя, да еще с таким приданым в виде Мамушки? Я помню, чем окончился твой визит в прошлый раз.
— Она.. светлая, добрая, справедливая. Я люблю Лиззи.
— Не она ли наслала на тебя проклятие?
Касл уже не в первый раз слышал, как Стефан говорит о любви к Зар — разе. Граф, обычно не распространяющийся о своих чувствах, сейчас пугал его. Даже закралась мысль, что его приворожили. «Тем более, нужно быть рядом, чтобы убедиться самому, что к нему не применили магию».
— Я заслужил, — Стефан поднял подбородок. — И собираюсь все исправить. А ты беги! Не теряй время. Я еще должен кое — куда заглянуть.
Граф проследил за другом и, когда тот скрылся за поворотом, направился в кабинет отца. Взял из потайного ящичка бюро связку ключей и небольшой предмет, который часто доставал, думая о родителях. Сунув все в карман, поспешил к выходу. Стефан собирался заскочить в грот, чтобы попрощаться с цветами и пообещать им вернуться с победой. Он верил, что так и будет.
В коридоре его поджидал камердинер. Он кинулся к хозяину.
— Какие будут распоряжения, милорд? — с надрывом в голосе спросил Пауль. Слуги понимали, что замок небезопасное место для их господина.
— Шубы, сапоги и кое — какую запасную одежду для меня и барона тайно вынесите к черному выходу. Если вдруг встретитесь с принцессой или ее гостями, то сделайте вид, что не знаете, где я, — Стефан похлопал по карману. Хроники были при нем. Он теперь не упустит их из вида.
— Слушаюсь, — Пауль тут же крутанулся на каблуках и побежал в сторону хозяйских покоев.
У двери в погреб Стефана ждала старшая стряпуха Грета.
— Вы уезжаете? — в ее глазах стояли слезы.
— Так надо, — он тепло сжал ее пухлые пальцы.
— Я приготовила вам еды в дорогу, — она оглянулась на мнущихся за ее спиной кухарок. У каждой в руках было по корзине.
— Несите все к черному входу. Пусть барон распорядится погрузить.
— Счастливо вам управиться, милорд, — Грета осенила его знаком трех богов. — Возвращайтесь счастливым. Леди Кречет будет отличной женой.
Стефан вскинул брови. Как много знают слуги! И как правильно понимают его намерения. Он вернется в замок только с Лиззи или не вернется вовсе.
— Спасибо, родные, — он был растроган. Кухарки плакали. Пошли стайкой прочь, чтобы не мешать хозяину «набираться здоровья» в вином погребе.
А Стефан летел к потайной двери, чтобы навестить перед отъездом цветы и источники. Возможно, в последний раз. Уже не надеялся, что Кодидур жив. В замке стало так холодно, что не помогали ни камины, ни очаги, ни разносимые по комнатам жаровни. А вьюга за окнами только крепчала.
Стефан, держа в руках факел, сбежал по каменной лестнице вниз. Он мысленно представлял запустение в гроте и боялся увидеть, как умирает Кодидур, а вместе с ним и цветы. Подлетев к дверям, обнаружил, что те приоткрыты. Никогда прежде не было такого, чтобы Стефан забыл их запереть. Даже в беспамятстве. А значит, здесь был кто — то чужой.
Грот встретил темнотой. В лицо пахнуло ледяным холодом.
«Хорошо, что не погасил факел», — подумал Стефан, проходя вперед и еще не веря, что случилось страшное.
Живой огонь едва справлялся с пространством. Пришлось приблизиться к стене, чтобы убедиться, что цветы мертвы. Они сбросили листву и почернели. Та шуршала под ногами, словно пепел. Даже лианы, что когда — то плотно затягивали стены, стали похожи на иссушенные корни.
Озеро тоже отступило. Там, где была глубина по пояс, Стефан едва замочил подошву. Кодидур иссяк. Даже камни, откуда горячий источник выстреливал фонтаном, выглядели сухими. Едва был жив Мальхор. Лужицу вокруг него затянуло льдом. Скоро в замке не будет никакой воды.
«Надо бы сказать, чтобы запаслись», — мелькнула запоздалая мысль.
Стефан упал на колени. Он винил себя во всем случившемся. Он плохой хозяин, плохой сын и никчемный наследник всего рода Хорр. Он впустил врага на свои земли и в свой дом.
— Простите.
Теперь он был уверен, что мерзавка Эвхения прочла «Хроники» и нашла грот. Она сорвала цветы, и те погибли, так как никто и никогда к ним не прикасался. И уж тем более не ломал. Они ведь были живыми.
Эва подложила дневник под карты, чтобы мастерски сыграть роль невесты, избранной богами. А ведь он ей чуть не поверил.
Стефан внезапно вспомнил, что дневник был в его руках, когда к нему кинулась с поцелуями Эва. Он сунул его подмышку, чтобы освободиться от племянницы короля. А когда увидел Луизу, про все забыл. Видимо, тогда он и обронил «Хроники».
Граф Хорр поднимался по лестнице походкой человека, потерявшего все самое дорогое. Его дом перестал быть домом. Он превращался в холодную скалу.
Поджидавшим у черного выхода слугам он отдал последние распоряжения. Наказал гостям не перечить, беречь свои жизни. Если будет совсем туго — уходить.
На крыльце его поджидал офицер Балт. Стефан отдал ему ключи от денежного хранилища в кабинете отца. Там хватит средств, чтобы жизнь в замке не замерла окончательно. Еда, топливо, насущные нужды — на все хватило бы с запасом. Чтобы как — то поддержать провожающих, пообещал, что к исходу года вернется.
Мамушка уже находилась в карете. Повозку поставили на полозья. Колесам по заснеженным дорогам не пройти. На задок и крышу установили корзины и мешки с провизией.
Пауль набросил на плечи хозяина шубу. Барон уже сидел в седле. Запрыгнув на коня, Стефан оглянулся на домашних.
— С нами боги. Старец, Защитник и Отрок. Они не дадут нас в обиду, — сказал он на прощание. Увидел, как посветлели лица людей. Они так и не приняли нового, навязанного силой бога.
— Отряд ждет за воротами, — подсказал Стефану офицер Балт, хлопая графского коня по крупу.
Если карета и сопровождавший ее барон выскользнули через хозяйственные врата, то Стефан поехал к главным.