Кровавый рубин

— У меня появилась одна догадка, — сказала она, чем заставила всех заинтересованно обернуться. — Даша говорила, что непонятные вещи происходили в этом доме с самого начала съемок: камеры выходили из строя, что-то падало, иногда на кого-то. Ударялись, синяки получали все. Но больше всего доставалось именно Жанне. Той девушке, что в итоге и погибла. Дом ее будто совсем не принимал. И если вы говорите, что все стало гораздо хуже именно с моим появлением, то, быть может, между мной и этой Жанной есть что-то общее? Я уже проверила: мы не похожи внешне, родились и выросли в разных районах Москвы, едва ли пересекались где-то. Она старше на три года. Совпадений в соцсетях у нас нет. Но что-то должно быть.

— Ищи среди родственных связей, — внезапно подсказал Стефан. Идея пришла ему в голову только что, и он поспешил ее озвучить: — Здесь все завязано на крови. Возможно, ваша связь тоже.

Крис кивнула, давая понять, что именно эта мысль тоже пришла ей в голову и она собиралась ее проверить.

— Моя старшая сестра увлекается генеалогией. Сдавала тест ДНК, на одном сайте строит нашу ветвь, находила каких-то дальних родственников даже в Австралии. Попробую оттолкнуться оттуда.

— Взломаешь учетку сестры? — хмыкнул Дэн.

Крис бросила на него уничтожающий взгляд.

— Попрошу у нее логин и пароль.

— Кстати, я проверила Библию, — отозвалась Лу. — Увы, никаких фоток там нет.

— Какую Библию? — не понял Стефан.

— У меня в комнате лежит. Судя по подписи, принадлежала Ольге. Мы надеялись, что внутри может лежать какая-нибудь фотография, чтобы понять, чей призрак все-таки живет в доме. Потому что если Ольга уехала отсюда, то почему ее призрак вернулся сюда после смерти?

— Если ее что-то связывает с этим домом, то мог, — задумчиво проговорил Стефан. — Можешь принести мне эту Библию?

— Я тебе что, девочка на побегушках? — вскинулась Лу. — Сходи и возьми.

Стефан поднялся на второй этаж, одновременно оглядываясь по сторонам. Нет, не опасаясь призрака, а намечая план, что еще ему стоит осмотреть этой ночью. Ну не мог он сдаться, не мог просто уехать! Да, девушек надо увозить, и он бы вернулся сюда после того, как они окажутся в безопасности, но времени больше нет. Завтра-послезавтра сюда приедет следующая группа, а значит, у него осталась всего одна ночь.

С самого начала они договорились, что каждый осмотрит свою комнату, чтобы не тратить время. Но только сейчас Стефану пришло в голову, что это была плохая мысль. Они искали рубин и могли упустить что-то более важное. Лу не сказала ему о Библии Ольги, что, если упустила что-то еще? Или Дэн не обратил внимания на важную деталь только потому, что она показалась ему несущественной? Нет, этой ночью Дэн останется в гостиной охранять девушек, а он, Стефан, заново обойдет дом. До утра времени много, что-то он успеет. В голове всплыла старая поговорка о том, что перед смертью не надышишься, но сегодня Стефан собирался всю ночь дышать полной грудью. Иногда, чтобы добиться цели, не хватает буквально пары часов, и он не собирался сдаваться до последнего. Остальные считали, что все осмотрели, и не видели смысла проверять дом заново. Остальные, но не он.

Библия лежала на столе, и с первого взгляда Стефан понял, что она была действительно старая, не из коллекции бутафории телевизионщиков. Обложка истрепалась, корешок был порван в нескольких местах. Золотистые буквы больше не блестели, краска почти полностью слезла. Стефан осторожно взял в руки книжицу, открыл на первой странице. Действительно, книга принадлежала Ольге. Та привезла ее из Петербурга, но почему-то не забрала с собой, уезжая. Почему? Библия потеряла для нее смысл? Не успела? Почему-то второе казалось более вероятным. Стефан отчетливо мог представить, как несчастная женщина убегает из дома под покровом ночи, взяв лишь немного денег, чтобы добраться до Франции. Почему туда? Почему не в Петербург к родителям? Не приняли бы ее? Боялись ее мужа? Или не к кому было уже ехать? Достоверно ведь неизвестно, когда именно появилась незнакомка в Париже. Стефан нашел лишь сведения, что во время Первой мировой Лиза помогала какой-то эмигрантке и ее ребенку. А малыш? Был ли это тот ребенок, о котором Ольга писала сестре? Или она потеряла его из-за побоев, как и боялась? Уезжала ли она отсюда с ребенком на руках? Будучи беременной? Или родила позже, может быть, даже не от Верховодина? Ответы на эти вопросы едва ли будут в Библии, но Стефан все же забрал ее в гостиную, намереваясь листать, пока все не уснут. Он не собирался посвящать их в свое желание продолжить поиски ночью.

Дэн уже успел приготовить ужин, и все собрались вокруг камина, поставив тарелки на колени. Казалось, будто они сидят на дружеском пикнике где-то в парке, а не в старом доме среди заснеженной тайги. Уютно потрескивал огонь, Дэн травил очередные байки, заставляя всех хохотать до слез, и даже притащил из запасов початую бутылку коньяка, чтобы разлить всем буквально по глотку.

— Для сугреву! — громко объявил он, подмигивая Крис. — Мелкая, тебе восемнадцать есть?

Крис закатила глаза.

— Мне двадцать три!

— М-м-м, это в корне меняет дело! — Дэн налил ей коньяк и демонстративно подвинулся ближе.

— Кстати, если что, его позволено бить, — меланхолично заметила Лу, вгрызаясь в чуть подгоревший кусок мяса. — У Лины даже неопровержимые доказательства есть! Лина, покажи ей видюшку!

— Лина, не показывай! — взмолился Дэн. — Я не перенесу такого позора!

Гостиная взорвалась хохотом, даже Стефан заставил себя улыбнуться, хотя больше всего ему хотелось побыстрее разделаться с ужином и взяться за Библию, а потом и за поиски.

— Давайте-давайте, налегайте! — подначивал тем временем Дэн. — Холодильник без электричества не пашет, надо максимально все съесть.

— Отопление без электричества тоже не пашет, так что скоро холодильник тут будет везде, — заметила Лина. — Ничего не испортится.

После ужина они подтянули импровизированные постели ближе к камину и забрались под одеяла. Лина легла ближе к камину, Дэн тут же устроился рядом, а Лу заняла место с краю, и вскоре все трое уснули. Дэн даже молодецки всхрапнул пару раз. Крис села за стол, собираясь работать, пока позволит генератор, Стефан же забрался в глубокое кресло и открыл Библию. В доме стояла убаюкивающая тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине и завыванием вьюги за окном. Призраки, похоже, тоже отправились на боковую.